После каждого визита Поппи говорила с воодушевлением:
– Чудные люди. Я уверена, что они клюнули.
С каждым новым визитом к ее песне добавлялся новый куплет:
– Убедитесь своими глазами – великолепный ухоженный сад. Практически частное владение. Соседи просто бесподобные. Сколько нетронутой природы – птицы, ежики, лисы! Кого вы тут видели, мисс Джемисон?
– Мм… Барсука.
– Барсука! Потрясающе!
После того, как Поппи деликатно посоветовала Эллен немного привести себя в порядок, словно та была потрепанной софой, нуждавшейся в перетяжке, девушка решила, что поток посетителей нужно контролировать. Теперь она поняла, что Ллойд имел в виду, когда говорил про туристов с фотоаппаратами, которые развлечения ради ходят осматривать дома, выставленные на продажу.
– Вы писательница? – спрашивали они у Эллен, заметив ноутбук на кухонном столе. Их очень возбуждала мысль, что они осматривают дом, который будет увековечен в каком-нибудь романе.
– Нет, я составляю план путешествия, – отвечала Эллен.
Она всерьез занялась планированием путешествия, чтобы отправиться в путь немедленно, как только будет подписано предложение о покупке. Поппи заверяла ее, что дом уйдет в два счета за тройную цену.
Эллен наводила справки через Интернет, посылала бесконечные запросы по электронной почте. Послания Ричарда она малодушно не открывала. У нее не хватало сил выносить его слезливо-агрессивную риторику. К стыду своему, она и вспоминала о нем все реже и реже.
Все мысли Эллен были заняты Шпорой. При этом ее гордость мучительно страдала от того, что он значит для нее все, а она для него – ничего, но избавиться от наваждения она не могла. Встречать она его совсем не встречала, хотя знала от Фили, что Шпора ежедневно выгуливает Отто. Если учесть, что Эллен тоже выгуливала Сноркел, часто и подолгу, не обходя стороной ни одной дорожки для верховой езды, то напрашивался вывод, что он с необыкновенным усердием избегал ее.
Все больше времени Эллен проводила в домике Фили. Она пила крепчайший кофе, рассматривала ее работы и с жадностью слушала бесконечные истории, похожие на сказки.
– Бог его знает, когда я теперь закончу бюст Годспелл, – пожаловалась как-то Фили. – Эли посадил дочку под домашний арест за то, что она допоздна проторчала в «Лоудз Инн» да еще и напилась. Он любит иной раз проявить отцовскую власть. Так, однажды он на целое лето запер Еноха в бараке за то, что тот принес из школы номер «Плэйбоя».
Эллен заметила, что большинство рассказов Фили вращались вокруг персоны Эли Гейтса и его семьи.
– Похоже, Эли готовит сюрприз к своему летнему празднику, – поделилась Фили. – Обещай, что ты обязательно придешь.
– Не знаю… Может быть.
– Я думаю, он хочет объявить грандиозную новость и явно что-то замышляет. Когда Гейтс собирается обстряпать важное дельце, об этом очень легко догадаться. Он начинает класть в церковную копилку двадцатифунтовые банкноты. Подкупает боженьку.
Эллен подумала – хоть бы он обстряпывал какое-нибудь другое дельце, а не покупку Гусиного Дома по бросовой цене.
– Послушай, а не он ли подложил мне дохлого барсука?
– Сколько можно говорить, Эллен? Это Шпора. Больше никаких подарков от него не получала?
– Нет. Я вообще его больше не видела.
– Надо думать, он очень занят. Пикси говорит, что видела его с Рори в Верхнем Спринглоуде. Отто стоял привязанный возле «Плуга», а эти два красавчика развалились в пивном дворике, – рассказывая, Фили трудилась над статуей русалки.
Эллен невесело улыбнулась. Всякий раз, когда разговор заходил о Шпоре, она старалась вытянуть из подруги побольше сведений, пока мотылек не перепорхнул на другую тему.
– Скажи, а почему он все же уехал тогда из города?
– Когда человек садится в тюрьму, то обычно покидает отчий дом.
– Его посадили, когда ему было девятнадцать, а уехал Шпора из Оддлоуда несколько раньше, разве не так?
– Да, так. На пару лет раньше. – Ваятельница налепила бородавку на нос глиняной русалке.
– Что же такое он натворил?
– Как ты думаешь? – Фили взглядом просила Эллен уняться, но та умирала от желания узнать правду.
– Понятия не имею!
– Подумай хорошенько. Какой грех, по-твоему, самый страшный? Вспомни Эдипа.
– Переспал с матерью и убил отца?
– Тепло. Попробуй еще раз. – Фили сняла бородавку с носа русалки и перенесла ей на плечо.
– Переспал с отцом и убил мать?
– Может быть, ты не обратила внимания, но оба его родителя живы.
– Переспал с обоими родителями и убил лабрадоров? – Эллен надоело играть в угадайку. – Скажи мне сама.
– Попробуй рассуждать логически. Подумай о том, как все его ненавидят. О том, сколько горя Шпора причинил, сколько сердец разбил, сколько жизней испортил. Он уехал в спешке. Двенадцать лет не показывался, а мы все еще ненавидим его. Подумай об этом хорошенько. И после того, как все обдумаешь, ты перестанешь говорить со мной о нем так, словно он невинный маленький лорд Фаунтлерой. Потому что это не так. Совсем не так Я устала тебе это повторять. Шпора – очень дурной человек.
Эллен испугалась, что Фили так сильно расстроилась. Ей было страшно поссориться с ней, но еще страшнее теперь было узнать, что же Шпора совершил.
– Прости меня, – сказала Эллен.
Фили шмыгнула носом:
– Давай не будем об этом.
Гостья охотно переменила тему.
– Когда приезжает Дилли?
– Последний экзамен завтра. Сразу после этого девочек разрешают забрать. Ее подбросят Фуллертоны. Я собираюсь закатить пир горой. Что-нибудь рыбное из тайской кухни, а? Неплохо?
Вернувшись вечером домой и просматривая электронную почту, Эллен не удержалась и набрала в поисковой системе имя «Джаспер Беллинг». Она получила длинный список ссылок. Большинство статей было посвящено закату политической карьеры сэра Джона и суду над Шпорой, приговорившему его к тюремному заключению. Он не погрешил против истины, сказав, что подделывал не только чеки. Молодой азартный Беллинг подделывал абсолютно все: старинные рукописи, рецепты, налоговые декларации, карандашные рисунки Маннинга. Все было подвластно его таланту, и Норманн Джентли, видимо, восхищался им не без основания.
Эллен читала допоздна и твердо решила возненавидеть Шпору в кратчайшие сроки. Утром раздался телефонный звонок.
– Эллен! Слава богу, ты дома. Выручай!
– Фили, где ты?
– Я на рынке в Мэддингтоне. Покупаю рыбу и не успеваю на автобус девять тридцать. Я не успею к приходу Годспелл, если ты не заберешь меня.
– Я не смогу, Фили.
– Это займет у тебя всего двадцать минут.
