- Кто рассказал тебе о Яне? Хелена?
- Ты. - Сказать, что он удивился, ничего не сказать. Остап точно помнил, что ничего подобного отцу не говорил. - Я сразу понял, что там, - отец мотнул головой в неизвестном направлении, - тебя кто-то заинтересовал. Вначале я забеспокоился, но потом рассудил, что это временное явление. Случайное помутнение рассудка, как бывает у мужчин твоего возраста. Да что там, я сам был таким. Ты вернулся, и я надеялся, что все осталось в прошлом. Но однажды... Сын, ты разговариваешь, когда спишь. Знаешь об этом? - Остап отрицательно покачал головой, уже начиная понимать, но желая дослушать. - Ты звал ее во сне.
Остап не знал, что отец заходит в его комнату по ночам. Возможно, он слишком громко говорил, а папе не спалось? Интересно, как часто это происходит, и почему отец признался только теперь? Это важный факт, ведь он часто дежурит ночью и может уснуть в любой обстановке и разном обществе. Стало как-то обидно, что старший Дорош не сообщил ему этого раньше. А о том, что знает о Яне - особенно. Он заставил себя проглотить обиду.
- Ты не спрашивал меня ни о чем. Почему?
- Боялся. Не хотел напоминать о ней. Надеялся, что ты забудешь, что больше не поедешь туда. Что Хелена, в конце концов, тебя уговорит. Не важно, какая из этих причин главная.
Тамара оказалась права. Отец действительно хотел его союза с Хеленой.
- Я не люблю Хелену.
- Любовь! - Горький смех отца разнесся по комнате. - Смешно слышать такое от взрослого человека. Любовь выматывает мужчину, выворачивает его наизнанку, а затем оставляет ни с чем. Поверь мне, без нее лучше. Спокойнее.
Боль отца выплескивалась наружу резкими словами. Остап понимал его состояние, как никто другой, потому что был взрослым, когда мать ушла к другому. Но он так же знал, что многие пары живут счастливо, назло всем трудностям, бросая вызов препятствиям и преодолевая их. Он надеялся, что им с Яной хватит терпения и сил, чтобы совершить такой же подвиг. Остап хотел этого слишком сильно, чтобы отступить - в угоду отцу.
- Она не такая, как мама. Яна понравится тебе, отец.
- Нет, - тот покачал седой головой, заранее отказываясь от знакомства. - Не будет этого.
- Ты не дашь нам ни единого шанса?
- Ты поблагодаришь меня - позже, когда поймешь, что я прав.
Разговор стал походить на заколдованный круг. Остап не понимал отца, а отец не хотел понять сына.
- Па, ты умный, интеллигентный мужчина. Я всегда равнялся на тебя. Но... Нельзя судить человека, которого ты не видел ни разу в жизни. Ты не подумал о том, что я могу потерять свое счастье, если оставлю эту девушку?
- Найдешь другое счастье. На свою голову. Девушка! Все они девушки на первом свидании.
Остапа передернуло от подобного цинизма - неожиданного и от этого еще более болезненного.
- Кого-то другого я ударил бы за такие слова.
- Давай. Чего ждешь? Бей отца!
- Успокойся.
- А зачем? Я приехал сюда ради вас - тебя и Тамары. Мечтал, чтобы хоть у моих детей была нормальная жизнь. Выучил тебя, помогал с работой, сам вкалывал, как проклятый. И что я получил взамен? Ради какой-то девчонки ты готов пожертвовать всем!
- Из-за этого весь сыр-бор?
- Ты о чем?
Отец вдруг прекратил кричать и уставился на сына, переводя дух.
- Поэтому ты почувствовал себя хуже? Потому что боялся, что я... А собственно, чего ты боялся? Что Яна приедет сюда, или что я останусь там?
Отец как-то сник, опустил голову и некоторое время смотрел на свои руки. Ожидая ответа, Остап не решался нарушить молчание. Отец и так разволновался сверх всякой меры. Но проблема требовала разрешения, другого выхода он не видел. Наконец, старший Дорош заговорил.
- Честно сказать, я не думал, что ты можешь там остаться. Это же смешно! Неужели она так сильно заморочила тебе голову?
- Я люблю ее.
- Вот, снова ты об этом. Любви не существует.
- Но ты же любишь меня, Мару.
- Это не то. Дети - совсем другое. Когда у вас с Хеленой появятся малыши...
- Не с Хеленой. С ней - ни за что.
- Не хочешь с Родзинской, встретишь другую женщину. Ты же виделся здесь с кем-то?
Остап не хотел отвлекаться на ерунду.
- Папа, объясни, почему ты все время упоминаешь Хелену?
- Она выбрала тебя.
- Мама тоже тебя выбрала.
- Да, но в отличие от меня ты Хелену не любишь, значит, не скован чувствами, не ограничен в действиях, не станешь отвлекаться от работы.
- Я не женюсь на женщине, плетущей за моей спиной интриги. Счастье, что план, который она придумала, провалился.
- Это я его придумал.
- Что?! - Остап вскочил на ноги, несколько мгновений, не веря, буравил отца взглядом, затем заметался по комнате. - Боже мой! Папа, ты не мог!
- Это мой долг - удержать тебя от соблазна.
Остап остановился перед отцом и вымучил фразу, которая далась ему непросто:
- Не хочешь ли ты сказать, что вся эта затея с приступом, вынужденной госпитализацией, - ему пришлось перевести дыхание, чтобы продолжить, - выдумка?
Отец кивнул, и на его лице не было раскаяния.
- Так задумывалось. Когда я понял, что ты увяз по уши, то попросил Хелену прийти к нам в гости. Она отправилась к тебе так быстро, как смогла, а потом позвонила мне и сообщила, что мои предположения верны. Пришлось что-то придумывать, чтобы оторвать тебя от этой... - отец замолчал, подбирая нужное слово, а потом махнул рукой. - Но я так перенервничал, что мне действительно стало плохо. Так что фактически я и Хелена тебя не обманывали. Мы хотели тебя спасти, уберечь.
- От меня самого?
- От ошибки. От алчной женщины.
- Но она и я - единое существо.
- Остап, но это же глупо!
- Возможно, но это моя личная глупость.
- Я этого не допущу.
- Еще один приступ? И как долго это будет продолжаться? Пока мне не придется бросить работу, чтобы ухаживать за тобой?
Остапу не верилось, что он разговаривает со своим отцом. Что один из самых близких людей готов пойти на обман, лишь бы заставить его уступить, отказаться от человека, которого он уже считает родным, и при этом даже не пытается его услышать и понять, следуя собственным убеждениям о том, что лучше для его ребенка.
Прежде у них никогда не возникало разногласий. Почему это случилось теперь? Возможно, раньше их представления и цели совпадали, а сейчас - нет?
