Читаем без скачивания Ледовая армия (СИ) - Погуляй Юрий Александрович

— Дурончая. Чего ты мне снег в уши сыпешь? — недоверчиво ухмыльнулся воин.

Я махнул рукой, одним ударом сломав дерево толщиной в локоть.

— Ой-ой…

— Теперь ты понял?

— Это ты убил Барри? — ахнул Буран. — Или… Нет, это не мог быть ты! Та тварь выбила окно и выпрыгнула из рубки, когда ты ушел на берег.

— Нет, не я. Но он все равно бы умер. Он зашел в Южный Круг тогда, в шлюпке. Я знаю. Так лучше.

— О да, мне заметно полегчало, знаешь ли. Да и Барри, наверное, — сказал Неприкасаемый. Помолчал немного. — Ты ведь знаешь, что компас забрала та тварь, которая его убила? — произнес Буран.

— Да.

— И как нам уходить? А? Эд, ты, я вижу, все понимаешь. И ты не похож на кровожадного ублюдка. Где компас?

«Компась! Компась!» — заорала в моей памяти Гончаяс корабля Сканди из Кассин-Онга.

— Хозяин просил, чтобы смертей больше не было. Он сожалеет. Уходи, Буран.

— Эд… Как же так… Как…

Растерянный воин опустил меч, потер шею свободной рукой.

— Как так вышло? Ведь просто сходили на берег. Ледовая дрянь… Я должен был пойти с тобой.

— Нет. Мне очень хорошо, Буран. Поверь. Лучше, чем было.

— Компас у тебя?

— Нет. Он у хозяина.

— Как странно ты разговариваешь, Эд, — усмехнулся Буран, внимательно глядя на меня. — Ты же понимаешь, что мы не можем вернуться без компаса?

— Да. Но он у хозяина.

— Ах у хозяина! — хмыкнул Буран. — Да, ситуация непростая.

Я почувствовал движение в лесу. Лайла. Она обходила Неприкасаемого со спины.

— Кто там? — спросил меня тот. Безошибочно ткнул мечом в ее сторону.

— Лайла.

— Что? — опешил Буран. — Она…

— Да. Она тоже. Уходи, Буран. Я не хочу тебя убивать.

— Ну, положим, это не так-то просто.

Неприкасаемый сделал шаг вперед.

— Лав — Капитан, да?

— Нет…

— Ох ты ж божечки. Тупой бугай? Вот это да, — Буран сделал еще один шаг.

— Не надо, — попросил его я. — Не делай этого.

— Ты хороший парень. Слабак, но хороший, — сказал он. — Не знаю, что разглядел в тебе Торос, но я ему всегда верил. Знал бы он, до чего мы дошли.

Шаг.

— Буран, прошу, уходи.

Он развел руки в стороны, побалансировал ими, как чашками весов:

— Эд или целый мир? — будто сомневаясь, произнес Буран. — Проход для всех через Южный Круг или мальчишка, который всех всегда бросал? Ты ведь понимаешь, что у меня тоже нет выбора?

Неприкасаемый сожалел. Действительно сожалел, но уже решил, что будет делать дальше. Я мог подействовать на него эмпатией, развернуть его, быть может, хотя в Ордене их к такому скорее всего готовили. Но не стал. Буран был достоин честности.

— Выбор есть. Ты можешь уйти. Можешь остаться здесь навсегда. Жить на берегу. Не знать больше холода.

— В этом наша разница, Эд. Я понимаю тебя, но тебе не понять меня. То, что мы знаем, должны узнать там, во льдах. Это перестало быть простым приключением. Теперь в нас есть что-то от Клинков. Миссия.

Шаг. Между нами была всего лишь пара ярдов.

— Ты не сможешь победить, Буран.

— Значит, так тому и быть, — пожал плечами он. — Потому что вернуться назад и предложить всем лежать на песочке и размножаться, потому что Эд стащил компас и его не отдает — это та еще история, да. Может, договоримся? Возьмем то, что наше, у твоего «хозяина» и вернемся?

— Нет, Буран. Это никогда не было нашим.

Неприкасаемый раздосадовано и устало выдохнул.

— Ладно, дай пройти.

Он двинулся вперед, и когда поравнялся со мною, я толкнул его в грудь. Воин грохнулся на землю, но перевернулся через себя и вновь оказался на ногах. Весело и немного изумленно улыбнулся:

— Ну, я хотя бы попытался, да? Думал, может, проскользнет.

Второй клинок оказался у него в левой руке.

— Ты был неплохим парнем. Мне очень жаль, Эд, — сказал он. — Не думал, что такое вообще возможно — сойтись всерьез.

От его первого удара я уклонился, отпрыгнув в сторону, наслаждаясь силой в ногах и легкостью тела. Но тут же последовал второй, от которого я снова ушел. Движения бойца Ордена Неприкасаемых были стремительны, и стой на моем месте простой человек — сталь уже пустила бы кровь.

Из леса вышла Лайла: обнаженная, хищная.

— Ой-ей! — со смехом воскликнул Буран. — Это нечестно — в таком виде на драку приходить! Я бы даже сказал — противозаконно.

Он встал так, чтобы видеть нас обоих. Мы с Лайлой молчали. Я вытащил меч.

— Ну вот так уж полегче будет, спасибочки, — прокомментировал это Неприкасаемый. — Так не придется мне голову ломать. Ведь потом скажут, мол, большой дядька девочку и ребенка обидел. Никто ж не будет разбираться, Гончие там или говорящие рыбы.

— Ты много болтаешь, — сказала Лайла.

— Это да. Мне многие так говорят, — осклабился Буран.

Его атаки мне удалось отбить, но под их напором я попятился, Лайла бросилась влево, и Буран звериным чутьем перехватил ее движение. Хлестанул сталью по спине, и девушка упала. В следующий миг на него уже насел я, вложив в удар всю мощь Гончей. Лязг, почти хруст, и один клинок Неприкасаемого грохнулся на землю. Буран ошеломленно отступил, тряся левой кистью и сжимая немеющие пальцы. Мои следующие атаки воин парировал осторожнее, осознав силу противника и не пытаясь блокировать, а последний удар и вовсе слил в сторону. Энергия, вложенная в замах, развернула меня, и воин тут же крутанулся в подсечке. Небо прыгнуло вниз, я грохнулся на землю и тут же откатился в сторону, уходя от завершающей атаки.

Буран выдернул меч, крутанул его в руке. Пошел по дуге, держа в поле зрения Лайлу. Та поднялась, хищно глядя на него из-под нависающих на лицо волос.

— Быстрые вы какие, — усмехнулся Неприкасаемый. — Не успеваю! Старость?

Я молча бросился на него, заметив краем глаза, что и Лайла подготовилась к прыжку. Меч я занес только для того, чтобы отвлечь воина. Тот поднял руку, встречая удар. Встретил так, чтобы потом одним движением подсечь мне ноги. Но в момент столкновения я отпустил рукоять клинка и вцепился ему в руку. Дернул, и Неприкасаемого сорвало с места. Кракнуло, будто сломалась ветка. Буран зашипел от боли, а я бросил его на землю. Тело бойца словно и не весило ничего. Я оттолкнул клинок воина в сторону. Встал над ним.

— А вот это обидно было, — процедил он и пнул меня под коленку.

Крак. В глазах потемнело, я согнулся и упал. Неприкасаемый извернулся с рыком боли, прыгнул к мечу и схватил его левой рукой. Перекатился, уходя от атаки Лайлы, и ловко встал на ноги. Отступил, изучая нас. Правая рука свисала вниз, будто сделанная из тряпок.

— Уходи, Буран. Пожалуйста, — сказал я, пытаясьвстать и чувствуя, как осколок кости рвет мою плоть.

— Ой, не стоит беспокоиться, мне и тут весьма хорошо. Тем более я, кажется, разобрался в вашем танце.

— Перестань уже! — повысил голос я. — Это не игра.

— Иначе скучно. Так, теперь ты, девочка моя, — Буран пошел на Лайлу. Я, хрустя сломанной ногой, встал. Боль кусала тело, но Гончая может вытерпеть и не такое.

— Ничегошеньки, — отметил это Неприкасаемый, полуразвернулся.

— Перестань!

Лайла увернулась от его удара, а затем бросилась вперед и повалила воина на землю. Вскрикнула, когда тот врезал ей по голове рукоятью меча, вцепилась в свободную руку.

Я поднял свой клинок, подошел ближе. Буран боролся с Лайлой, силясь избавиться от хватки. Увидев меня, он выругался, попробовал выкрутиться и сбросить девушку с себя, но сказительница вдавила его в землю. Все вокруг было перемазано черной кровью.

Я присел рядом с Неприкасаемым и ударил. За миг до этого в глазах Бурана появился страх уходящего под лед ребенка. Но моя рука была тверда.

За хозяина.

Глава двадцать восьмая «Королевский заклинатель Плоти»

Когда стало светать, проснулся Лав. Увидел нас, побитых дракой Гончих, выругался и разбудил друга. Мы не смогли осмелиться на такой шаг. Сон этого человека был важнее любых ран.