— Лола тебе поверила?
— Не знаю. Я сказал это очень убедительно.
— Почему она хочет его открыть?
— Она сказала, что в сейфе лежат деньги. Если бы я его открыл, мы бы их поделили.
Долгая пауза. Потом он все же не удержался:
— В сейфе есть деньги, Чет?
— Триста долларов, — солгал я. — Джонсон держал их на всякий случай. Ей нужны не деньги, ей нужна улика.
— Она сказала, что там много денег.
— Она врет. Это просто уловка, чтобы заставить тебя открыть сейф.
— Так… ну что же, Лола будет разочарована.
На следующее утро, когда Рой занимался заправкой, скрипнула дверь в моей спальне. Вошла Лола. Она закрыла дверь и прислонилась к косяку.
— Скажи, как мне открыть сейф. Я устала. Я не хочу ждать. Если ты мне не скажешь, я позвоню в полицию и отправлю тебя в Фарнворт.
Нет, дорогая, козыри были в руках у меня.
— Иди и звони, — сказал я. — Ты не получишь денег. Зато я скажу им, где твой муж Карл Джонсон. И не думай, что они поверят тебе, а не мне. Не только у меня плохая репутация. Я расскажу им про Франка Финни, у тебя будет масса неприятностей.
Если бы я даже ударил ее кулаком по лицу, все равно я не достиг бы такого эффекта. Лола едва не упала.
— Что ты знаешь о Франке? — процедила она сквозь зубы.
— Что ты его убила… Нам придется провести остаток своих дней здесь, нравится тебе это или нет.
Змея долго смотрела на меня своим ненавистным взглядом, потом вышла, оставив дверь открытой.
Этот раунд выиграл я, но не тешил себя иллюзиями. Так легко эта женщина не сдастся.
Следующие два дня были нелегкими. Но ничего не случилось. На третий день Рой сказал мне, что Лола собирается в Вентворт. Красный сигнал зажегся в моем мозгу.
— Она собирается оставить тебя один на один с сейфом. Лола не поедет в кино.
Рой покрутил пальцем у виска.
— Иногда я думаю, не помешался ли ты.
— Давай рассуждать. Лола знает, что ты любишь деньги. Она говорит тебе, что сейф набит деньгами, и надеется только на то, что как только ты останешься один, то пойдешь и откроешь сейф. Лола спрячется поблизости и «вернется» как раз тогда, когда ты его откроешь. Это ее единственный шанс.
— Проверим твои слова.
— Проверим.
Немногим позже девяти я увидел, как Лола садится в «Меркурий». Рой стоял в свете луны, заложив руки за спину и глядя, как огни «Меркурия» исчезают вдали.
В ближайший час ничего не произошло. Это был самый долгий час в моей жизни. Потом я увидел огни грузовика у бензоколонки. Рой вышел из закусочной и обслужил грузовик. Он несколько минут поболтал с шофером, потом грузовик уехал. Наступил решающий момент. Я это чувствовал.
Рой стоял и смотрел на холм, за которым лежала дорога в Вентворт. Он постоял так минуты три-четыре, глядя в темноту. Не было ни огонька. И вдруг он сорвался. Деньги оказались сильнее всех доводов рассудка. Рой собирался открыть сейф! Я смотрел, как он остановился перед дверью бунгало. Помедлил всего секунду. Еще раз оглядел длинную, уходящую вдаль дорогу и вошел внутрь.
Я видел, как в гостиной вспыхнул свет. Ему нужно было всего лишь несколько минут, чтобы открыть сейф и взять доллары. Теперь я уже ничего не мог поделать.
Я выложил свои козыри, но партия проиграна.
Потом я увидел Лолу. Она, должно быть, оставила свою машину у подножия холма с потушенными фарами. Она отлично это проделала.
Быстро и молча Лола шла по направлению к бунгало. Пересекая тропинку из белого песка, она попала в полосу света, и я ясно увидел ее. Ловушка была расставлена, и Рой попался в нее. Я представил себе, как он на корточках сидит перед сейфом. Конечно, дверца уже открыта. Рой смотрит на деньги как завороженный… Лола подкрадывается… Она его убьет. Я был абсолютно уверен в этом. Теперь она находилась в нескольких ярдах от него. Я откинул простыню и одеяло, которыми был укрыт. Спустил ноги на пол. Боль росла в моей груди, но я не обращал на нее внимания. Я думал только об одном: нужно добраться до бунгало и спасти друга.
Я пересек холл и открыл входную дверь. Я ощутил тепло и влагу на своей груди. Это была кровь. Рана открылась и кровоточила. Лолы нигде не было видно. Кровь заливала тело и одежду, но я продолжал идти. Я был уже возле бунгало, когда раздался звонкий треск выстрела.
Сердце мое едва не разорвалось: Рой погиб. Я остановился и услышал звук падающего тела. Больше мне не о чем беспокоиться, это конец пути. Я толкнул входную дверь и вошел в гостиную.
Рой стоял у стены с револьвером в руке. Дверца сейфа была распахнута, обнажая его содержимое, заботливо разложенное Джонсоном по полочкам. У ног Роя лежала Лола с дырой во лбу. После такого выстрела не живут. Да, Лола была мертва. Мы с Роем смотрели друг на друга.
— Ты был прав, — сказал он. — Если бы ты не предупредил, она прикончила бы меня.
Я кое-как добрался до кресла и рухнул в него. Поток крови оставлял темные пятна на моих брюках. Рой стоял неподвижно, глядя на Лолу.
— Нам нужно удирать отсюда, — сказал я, задыхаясь. — Бери машину. Нельзя терять времени! Мы еще успеем…
Он оглянулся и посмотрел на аккуратно разложенные пачки долларов.
— Я вышиб револьвер у нее из рук, когда она вошла, — сказал Рой. — Я не хотел убивать ее.
— Готовь машину! Поторапливайся! Нам нужно удирать!
Мне показалось, что мой голос доносится как бы издалека. Крови было так много, что я испугался.
— Да…
Он подошел к сейфу и взял в руки несколько пачек. Потом оглянулся, сдернул скатерть со стола и стал бросать в нее пачки.
— Я истекаю… Сделай мне перевязку, Рой, — молил я.
Он повернулся и посмотрел на меня. Это был человек, которого я никогда раньше не видел. Рой показался мне чужим.
— Ты воображаешь, что сможешь далеко уехать? — его голос был резким и грубым. — С такой кучей денег я смогу начать новую жизнь — такую, какую хотел всегда! Для тебя в машине нет места! И не смотри на меня так. Не думаешь же ты, что стоишь дороже ста тысяч долларов! Ни один человек не стоит этого. — Он кивнул мне на узел с деньгами. — Ты спас меня, я спас тебя, у нас ничья, не так ли? Теперь я выхожу из игры.
Мне вдруг сделалось все равно. Я дал ему уйти.
Через минуту я услышал рев мотора. Я видел из окна огни «Меркурия». Машина быстро двинулась по горной дороге в Тропика-Спрингс. Я посмотрел на Лолу, лежащую около моих ног. Лицо ее было испачкано кровью, рот перекошен в гримасе. Теперь все казалось странным: как мог я ее любить, как мог ее любить человек, подобный Джонсону? Я крепко держался за стул, чтобы не упасть. Темнота наваливалась на меня. Рано или поздно, но кто-то приедет на станцию «Возврата нет», увидит свет в бунгало. Он взглянет в окно и увидит нас. Если я к тому времени умру, все уже не будет иметь для меня значения. Если же я буду еще жив, меня вылечат, но никто не поверит, что я не убийца. Когда найдут труп Джонсона, никто не поверит, что я не убийца. Никто не поверит…
И я ждал, надеясь на смерть.
БОЛЬШЕ НАДЕЯТЬСЯ БЫЛО НЕ НА ЧТО…
Ясным летним утром
Глава 1
В 5.37. Виктор Дермотт неожиданно проснулся в холодном поту от страха.
Виктору Дермотту перевалило за тридцать восемь лет. Это был высокий темноволосый мужчина крепкого телосложения. Иногда его принимали за Грегори Пека и просили автограф. Впрочем, и он добился определенного успеха в жизни. За последние десять лет Дермотт написал четыре неплохие пьесы; их с успехом ставили на Бродвее и даже в некоторых европейских столицах. Этот успех никоим образом не испортил Дермотта. Те, кто были знакомы с ним, считали его превосходным человеком. Он удачно женился на двадцативосьмилетней привлекательной женщине, которая обожала его так же, как и он обожал ее. У них был ребенок.
За два месяца до этого солнечного утра Вик Дермотт придумал сюжет новой пьесы. Это был один из тех приступов вдохновения, которые так любят писатели, но от которых страдают их друзья и знакомые, вынужденные терпеть раздражение и «глухоту» своих гениев. Драматург предвидел это и попросил секретаря — светловолосую эффектную женщину по имени Вера Сандер — отыскать ему место, где бы он смог проработать месяца три в полной изоляции. Через два дня она выполнила его поручение: нашла небольшое, но шикарное ранчо в штате Невада, примерно в пятидесяти милях от Питт-Сити и в двадцати милях от Бостон-Крик.
Питт-Сити был главным городом округа, но небольшой Бостон-Крик все же имел лучшие магазины и очень уютные кафе.
Ранчо называлось «Вестлендс». Оно принадлежало престарелой супружеской паре, которая тратила свое время и капиталы на путешествия по Европе и была рада сдать дом в аренду такому известному человеку, как Виктор Дермотт.
К ранчо вела извилистая дорога. Миль пятнадцать она петляла среди чахлых кустарников и соединялась с магистралью, ведущей в Питт-Сити. Трудно было найти более уютное и тихое место, чем ранчо «Вестлендс».
