глаза, как вы разговаривали. В целом-то моя профессия здесь ни для кого не секрет.
— Значит, это тебе надо сказать спасибо за то, что мы вот уже два месяца не можем вернуться на Землю?
Гавриил виновато отвёл взгляд.
— Я понимаю вашу злость, но всё же попрошу не причинять мне вреда. Не потому, что я трясусь за свою шкуру, а потому, что без должного руководства эта община долго не протянет. Эти люди нуждаются в ком-то, кто укажет им путь. К тому же моя смерть ничего не исправит, и уж точно не вернёт никого домой.
— Ты не понял: в моих словах не было сарказма. Арксеон куда интереснее Земли, и я без шуток благодарен тем, кто устроил эту аномалию.
— Серьёзно? — удивился учёный.
— Да, представь себе, такие поехавшие существуют. Ну а теперь, я уверен, у тебя есть, что мне рассказать. Пока вы отсиживаетесь в этих гротах, мы активно исследуем Арксеон, и для нас никакая информация лишней не будет.
— Не думаю, что мои знания как-то помогут вам в исследованиях, но расскажу всё, что мне известно.
— Значит, это правда, что за аномалией стоят галбрийцы? — наперёд спросила Зора.
— И да, и нет, — уклончиво ответил учёный. — На самом деле эта разработка изначально принадлежала Велестану. Слушайте.
Все те три года, что существует Арксеон, а два государства располагают Ядрами, при помощи которых получают странников с магическим даром, обе этих страны активно шпионят друг за другом.
Велестан ворует разработки у Галбрии, а Галбрия ворует у Велестана. Шпионы трудятся день и ночь, сливая на другую сторону любую ценную информацию. Обе стороны это понимают, но поделать ничего не могут — все дыры не заткнёшь.
И вот до Галбрии дошла информация, что учёным Велестана наконец удалось вмешаться в механизм работы Ядер и внести в него корректировки, изменив число попаданцев и время их пребывания в Арксеоне.
Разведка сообщила, что следующая партия велестанских избранных будет состоять больше чем из тысячи людей, и в Арксеоне они проведут не неделю, как раньше, а целый год.
В правительстве и военном командовании Галбрии разгорелись споры. Одни предлагали воспользоваться тем, что в этот раз Велестан останется без новой сотни странников, и дожать их за следующие полгода, пока не придёт время для новой партии.
Другие же предлагали украсть разработку и проделать то же самое на территории Галбрии. Над этими людьми смеялись, никто не верил, что правительство примет их сторону.
Ведь они предлагали обречь на смерть тысячи собственных граждан ради призрачного шанса получить в своё распоряжение парочку полубогов. Как ни посмотри, такое решение было аморальным и бесчеловечным.
Но в итоге победили именно вторые. Как, почему — Гавриил не знал. Ведь он был всего лишь скромным учёным и не сидел за столом переговоров.
И вот настал «день икс». Две сотни избранных из двух стран, как обычно, улетели в Арксеон. А затем произошла «таинственная аномалия», и порталы начали раскрываться по всей территории этих стран и бессистемно затягивать в себя случайных людей.
Все понимали, что это повлечёт нешуточные народные волнения, вплоть до восстания и свержения власти.
Как успокоить массы? А очень просто: заявить, что во всём виноват Велестан, а галбрийский Центр исследований, мол, вообще не при делах.
Это враги чего-то там накрутили со своим Ядром, и в результате их бездумной выходки погибнет несколько тысяч людей с обеих сторон.
А власти Велестана на своей территории проделают то же самое, только наоборот, обвинив во всём галбрийцев.
Но о последней части плана Гавриил знал только в теории, и сам уже не мог понаблюдать за ходом её исполнения. Ведь один из порталов раскрылся аккурат возле него и затянул учёного прямо из Центра, на глазах у ошарашенных коллег.
Рассказ закончился, и на какое-то время повисла тишина. Первой её нарушила Зора, досадно хмыкнув:
— А я-то, дура, считала галбрийцев злом и верила своему командованию. А оказалось, что и там, и там в креслах сидят настоящие демоны.
Но Кабрио волновали вовсе не чудесные открытия союзницы и не политические интриги.
— Значит, это всё-таки было не природной аномалией, а проделками институтских учёных, — задумчиво произнёс он. — В принципе, я рассматривал оба этих варианта, и был готов к любому из них.
— Ну и, что скажешь теперь, когда обо всём узнал? — спросил Гавриил.
— По большей части информация бесполезная, — честно ответил Кабрио. — Но вот то, что мы здесь не навсегда, а на один год, многое меняет.
— Надо качаться быстрее, — догадалась Шери. — Чтобы, когда вернёмся, быть сильнее всех.
— Верно. На Земле не будет случайных встреч с бандитами, как здесь. Там мы разом столкнемся со всеми выжившими странниками. И раз наше время ограничено, то с прокачкой следует поторопиться.
— Мне казалось, мы и без того быстро продвигаемся, — заметила Зора.
— А потом целую неделю мотаемся по общинам и разносим подарки. Ещё и общин этих с каждым разом становится всё больше… — посетовал Кабрио.
— Но оставлять их совсем без защиты и поддержки — тоже не дело.
— Как и тратить время, налаживая быт людей, которые через год всё равно улетят на Землю. Проще дать им необходимый минимум, чтобы не поумирали за этот год, а дальше пусть сами крутятся.
— Не очень приятно такое слышать… — робко произнёс Гавриил.
— Если неприятно, сам иди на верхние ярусы и добывай всё, что нужно.
— Ты уже не первый раз упоминаешь эти «ярусы», — сменил учёный тему. — А ещё ваша одежда, явно сшитая не на Земле. А ещё клинки, превосходящие по качеству те, что можно отыскать на полях битвы.
Вот ведь глазастый тип…
— Похоже, за эти два месяца вы успели побывать не только в уже изученных биомах, а забрались намного дальше в глубины Арксеона.
— Судя по тому, как светятся твои глаза, тебе не терпится услышать подробный отчёт, где мы побывали и что видели, — хмыкнул Кабрио.
— Ну а как же, ведь на то я и учёный. Но если вы не заходите делиться секретами с представителем враждебной страны, я пойму.
— Опять заладил… Сказано же было: нет у нас никаких враждебных стран. И дружественных тоже нет.
— Но когда мы вернёмся на Землю…
— Когда мы вернёмся на Землю, то ЧТО? Явятся суровые дядьки в погонах, пригрозят нам пальчиком и потребуют выполнить команды «равняйсь» и «смирно»? Поверь мне, если сегодняшние странники вернутся на Землю, то устанавливать правила будут уже ОНИ. А каждый, кто посмеет им приказывать, будет раздавлен, как таракан.
— Как уже было сказано, я учёный, и не особо интересуюсь политикой. Ну так что, вы расскажете мне об Арксеоне?
— Не расскажем мы — расскажут другие странники. Так и быть, слушай…
