Читаем без скачивания Злой среди чужих - Олег Филимонов

Оказывать сопротивление и отстреливаться сотрудники не пытались, наоборот, стремились разбежаться с дороги. Одного пытающегося спастись, но в панике не сообразившего, куды бечь, я отловил за шиворот, встряхнул и поинтересовался, кто здесь главный и где его можно найти. Пойманный, закатывая глаза, обмяк. Настаивать не пришлось – начальника моментально сдали. В воздухе пахнуло дерьмом. Я брезгливо выронил из рук вонючего чмошника и направился к лестнице. Забавно: такого понаписали, что сами во все поверили, и теперь жидко гадятся от ужаса. Да уж, тут явно не воины собрались.

Владелец, он же директор шарашкиной конторы, он же главный редактор, заседал на втором этаже. Некоторые газетчики пытались спастись именно там. Последний из тех, кто успел скрыться в кабинете начальника, захлопнул дверь перед самым моим носом. В помещении разнесся его панический вопль:

– Он уже здесь! Что же вы, стреляйте!

Я благоразумно отступил за угол. Правильно сделал, через пару мгновений дверь начали дырявить выпущенные с той стороны пули. Дождавшись, когда народ израсходует боеприпас или ему надоест палить, я испустил душераздирающий стон и уронил на пол этажерку с кипами старых газет. Из-за двери раздалось настороженное:

– Кажется, убили?!

Выждав несколько секунд, я шагнул к двери, успел увидеть в пулевой пробоине расширяющийся от удивления глаз и пнул замок ногой. Тот не выдержал, дверь распахнулась, а кто-то с грохотом улетел внутрь комнаты.

Следом я забросил в помещение гранату и доходчиво пояснил:

– Ахтунг! Граната!

Суета и крики там начались неимоверные. Послышался звон разбитого стекла – это кто-то, похоже, решил из окна выпорхнуть – лети, голубок, стань голубем… почтовой газеты. Я спокойно зашел в кабинет, подобрал гранату и вернул ее на место в разгрузке. Ну не настоящий же штурм было устраивать – бросать гранату с выдернутой чекой я не планировал. Этим и так хватило. На полу, пытаясь забиться в какие-нибудь щели, копошилось три человека. Еще один притворялся мебелью, спрятавшись за шкафом.

Потом была бойня… в миниатюре. Для достижения требуемого настроя в умах я слегка отпинал присутствующих, не отделяя «агнцев от козлищ» – не место и не время, и вдребезги разнес кабинет. Крушил без фанатизма, но с удовольствием – возникла настоятельная необходимость спустить пар. А на ком еще это делать, как не на людях, виноватых в том, что меня так в городе встретили?!

Директора этого болота я опознал уверенно. А чья еще задница может торчать из-под самого большого стола? Неужто он кому-нибудь другому такое козырное местечко мог уступить? Его я оставил на сладкое.

Насытившись разрушениями, я извлек начальство из-под стола и ударом револьверного ствола вышиб ему зубы. Заодно проверим одно любопытное утверждение: «Говорят, у потерявшего зубы только свободнее язык».[81]

– Кто статью писал? Он тут? Я понимаю, что со стволом во рту говорить сложно, ты пальцем ткни.

Дрожащая рука указала на одного из присутствующих. На секунду отвлекшись от директора, я подошел к лежащему на полу телу и ударом ноги сломал репортеришке челюсть. Ничего, зато руки целы, написать опровержения эта травма не помешает.

– Теперь с тобой, – вернулся я к начальнику. – От кого материал получали и кто заказ на статью давал? Или это была полностью ваша инициатива?

– Самуэль Скотт, – прошамкал тот окровавленным ртом.

– Это тот, который по делам колонистов? Я ничего не путаю?

Директор кивнул.

– Надо же, я не знал, что его Самойлой кличут – Скотт и скот… Давай-ка поподробнее.

Мы побеседовали. Выяснилось интересное: информацию в газету Скотт сливал собственноручно и освещать события в таком вот ракурсе тоже рекомендовал именно он. Зачем, спрашивается? Чтобы против меня общественность настроить и держать на коротком поводке, как злобного монстра? Наверное… Других соображений в голову пока не приходит. Ладно, потом подумаем, что с ним делать.

– Какая у вас отпускная цена на тираж? – неожиданно сменил тему я.

Мне ответили.

– Значит, моральный ущерб мне штрафом в десятикратном размере от стоимости тиража компенсируете. Учтите, это я с вами еще очень по-божески обошелся. Мог бы и в двадцатикратном взять, статей-то две было, – ухмыльнулся я. – Теперь о другом: чтобы избежать иска за клевету… – Демонстрируя, какой именно будет иск, я навел револьвер ему в лоб. – Вам придется напечатать несколько статей уже по моему заказу. Возражения есть? – Директор промолчал. – Резюмирую, возражений нет. Давайте обсудим подробности.

Договоренностей мы достигли…

Чтобы у читающего прессу народа не случилось разрыва шаблона, на публикации опровержения настаивать я не стал – исподволь надо к нужным мыслям подводить. Запланирована была целая серия статей с постепенным повышением градуса тепла. Вплоть до неприкрытого восторга и всеобъемлющей любви к русским героям (раз уж и Бриана в русские записали, пусть так и будет). Материал я обещался предоставить.

Напоследок, используя расхожие штампы (так этой братии привычнее будет), еще раз припугнул:

– Если что-то пойдет не так, жить будете плохо… и недолго. В общем, не стремитесь попасть в некрологи других изданий. Наверное, даже на том свете обидно будет, если ваша газетенка сгорит, а конкуренты «жареными фактами» воспользуются.

Утром я держал в руках свежую газету. Новая статья называлась нейтрально и вполне прилично – «Вольные стрелки». В таком же нейтральном стиле была выдержана: русские, конечно, пришли, но не стоит впадать в отчаянье. Немного зверствуют, но в пределах нормы и наказывают все же по справедливости. Если не хотите, чтобы наказали вас, – ведите себя хорошо. Не такие, оказывается, и плохие эти русские парни, даже героические, местами…

В конце статьи (мелким шрифтом) редакция ненавязчиво извинялась перед читателями за невольное искажение фактов: мол, материал был сырой и из-за головотяпства несознательных сотрудников пошел в печать без соответствующей проверки, но теперь мы исправились и вещаем только чистую правду.

Потянет. Могут ведь, когда захотят… и если хорошенько простимулировать. Недаром в изначальном смысле слова стимул – это острая палка погонщиков скота…

С новым рейдом мы решили не затягивать: раньше сядем – раньше выйдем. Поэтому на дело отправились в тот же день. Для начала посетили угольный разрез и поговорили с охраной. Ничего толкового разузнать я не рассчитывал, просто было интересно посмотреть на место, где вполне мог оказаться сам. Но криптонитовый уголь здесь добывали открытым способом, а работали исключительно вольнонаемные (если так можно назвать людей, которым просто некуда больше податься). Шахты, где вкалывали каторжники, находились в другом месте.

Тут же находился доргский перерабатывающий комплекс, который «отделял зерна от плевел». Полностью автоматизированный. Полученный криптонит «инки» переправляли к себе, а отходы шли на нужды людей. От карьера к городу была проложена узкоколейка, по ней гоняли составы с углем и возили рабочих. Тех, кто жил в городе, а не в бараках рядом с разрезом. Здесь бандиты не нападали, они подстерегали машины на дороге.

Поговорил с шоферами. Картинка вырисовывалась странная – если кто выживал после налетов, то только они. Охрану всегда валили наглухо, но гражданских иногда оставляли в живых. Или кто-то из водителей на банду работает, или что-то еще… Но не слишком похоже, что кто-то стучит: выжившие сразу попадали под подозрение, а водил меняли на других. Это не помогало.

В последнее время нападения участились и бывали случаи, когда охране давали отступить, просто отгоняя ее огнем, а водителей, напротив, жестоко убивали. Создавалось впечатление, что тут несколько банд с разными почерками орудует.

Потом мы целую неделю жили в пампасах, пытаясь выследить врага. Побывали на местах, где происходили нападения, но каждый раз след уводил в прерии, разделялся и терялся среди тысяч других следов. И нападающие не повторялись, меняя места засад. Подумывал подстеречь банду там, где устроил бы засаду сам, но подходящих участков вдоль дороги было много. Вероятность того, что мы выберем правильное место, весьма мала, или нужно несколько таких, как наша, групп. Тогда я решил сменить тактику и скрытно сопровождать проходящие по трассе машины – будем ловить на живца.

Эта уловка сработала.

Я получал от охраны карьера информацию, когда ожидается очередной транспорт, и мы, держась в отдалении, курсировали вдоль наиболее опасных участков дороги.

Один налет мы прозевали, так как находились в другом районе, а на второй раз повезло – услышали звуки перестрелки. Успели мы только к шапочному разбору. Хотя я особо не торопился – вступать в бой задачи не стояло. Судя по масштабам операций, шайка немаленькая – нам ее не победить, а вот спугнуть запросто. Снимутся и уйдут в другое место, а нам нужен именно их лагерь.