– Колин? – окликнула она, расправляя юбки и приглаживая волосы, хотя Колин серьезно сомневался, что ей удастся придать им хоть сколько-нибудь презентабельный вид без зеркала, щетки и, пожалуй, горничной.
– Я хочу тебя, – шепнул он.
Она вскинула на него изумленный взгляд.
– Не думай, что я остановился, потому что поцелуи не доставили мне удовольствия.
– О! – произнесла Пенелопа с таким счастливым видом, что это выглядело даже забавно. – Спасибо, что сказал.
Он взял ее руку и сжал.
– Я выгляжу как пугало? – спросила она.
Колин кивнул.
– Да, но ты мое пугало, – шепнул он. И был очень рад этому факту.
Глава 16
Поскольку Колин любил пешие прогулки и довольно часто предпринимал их, чтобы прояснить мозги, было неудивительно, что он провел большую часть следующего дня, блуждая по Блумсбери и прилегающим районам, пока, подняв глаза, не обнаружил, что стоит в самом центре Мейфэра, на Гросвенор-сквер. А точнее, перед Гастингс-Хаусом, резиденцией герцогов Гастингсов, последний из которых был женат на его сестре Дафне.
Они давно не разговаривали, не считая обычного обмена семейными новостями. Из всех сестер и братьев Дафна была ближе всего ему по возрасту, и между ними всегда существовала особая связь, хотя они редко виделись из-за частых разъездов Колина и семейных обязанностей Дафны.
Гастингс-Хаус представлял собой один из величественных дворцов, разбросанных по всему Мейфэру. Огромный и внушительный, сложенный из элегантного портлендского камня, он выглядел весьма впечатляюще во всем своем великолепии.
Колин усмехнулся. Забавно все-таки, что его сестра стала герцогиней. Она не была по характеру надменной или неприступной. Собственно, Дафне было нелегко найти себе мужа именно из-за ее исключительного дружелюбия. Рядом с ней мужчины чувствовали себя так легко и просто, что склонны были видеть в ней скорее друга, чем будущую невесту.
Но все изменилось, когда она встретила Саймона Бассета, герцога Гастингса, и теперь Дафна являлась респектабельной матроной с четырьмя детьми: десяти, девяти, восьми и семи лет от роду. Порой Колину казалось странным, что его сестра давно стала матерью, а он по-прежнему ведет свободную и бесхлопотную жизнь холостяка. При разнице в возрасте в один год они с Дафной всегда вместе проходили различные стадии взросления. Даже когда она вышла замуж, казалось, мало что изменилось. Они с Саймоном посещали те же вечеринки, что и Колин, и имели одинаковые интересы.
Но затем она начала обзаводиться потомством, и, хотя Колин всегда радовался появлению очередного племянника или племянницы, каждое из этих событий подчеркивало тот факт, что Дафна движется по пути, на который он еще не вступал.
Впрочем, подумал Колин, когда лицо Пенелопы проплыло в его сознании, все это скоро изменится.
Он улыбнулся. Интересно, каково это – иметь детей?
Вообще-то он не собирался навещать Дафну, но раз уж он здесь, почему бы не зайти и не перекинуться парой слов?
Колин поднялся по ступеням и энергично постучал, воспользовавшись массивным бронзовым молотком. Дверь отворилась почти мгновенно.
– Мистер Бриджертон, – приветствовал его Джеффриз, дворецкий. – Насколько мне известно, ваша сестра не ждет вас.
– Я решил сделать ей сюрприз. Она дома?
– Я посмотрю, – сказал дворецкий с поклоном, хотя они оба знали, что Дафна никогда не откажется принять члена своей семьи.
В ожидании, пока Джеффриз сообщит Дафне о его визите, Колин праздно бродил по гостиной, слишком возбужденный, чтобы сидеть или даже стоять на одном месте. Спустя несколько минут на пороге появилась Дафна, слегка взлохмаченная, но, как всегда, счастливая.
А почему бы ей не быть счастливой? Она всегда мечтала стать женой и матерью, и, похоже, реальность превзошла ее мечты.
– Привет, сестричка. – Широко улыбаясь, Колин пересек комнату и стиснул ее в коротком объятии. – У тебя… – Он указал на свое плечо.
Дафна взглянула на свое плечо и сконфуженно улыбнулась при виде темно-серого пятна на розовой ткани платья.
– Угольный карандаш, – объяснила она. – Я пыталась научить Каролину рисовать.
– Ты? – спросил Колин с явным сомнением.
– Знаю, знаю, – сказала Дафна. – Трудно представить себе худшего учителя, но она только вчера заявила, что увлекается искусством, так что ей пришлось довольствоваться моими услугами.
– Тебе надо отправить ее к Бенедикту, – предложил Колин. – Уверен, он будет рад преподать ей пару уроков.
– Такая мысль приходила мне в голову, но, думаю, к тому времени, когда я все устрою, она увлечется чем-нибудь другим. – Она сделала приглашающий жест в сторону дивана. – Сядь. Ты напоминаешь мне тигра в клетке, когда вот так расхаживаешь по комнате.
Колин сел, хотя ему не сиделось на месте.
– И, предвосхищая твой вопрос, – сказала Дафна, – я уже велела Джеффризу позаботиться о еде.
Дафна уселась на диван, сложив руки на коленях, и улыбнулась.
– Итак, что тебя привело сюда, Колин? Хотя тебе не требуется причина. Я всегда рада тебя видеть.
Колин пожал плечами.
– Просто проходил мимо.
– Ты был у Энтони с Кейт? – спросила она. Бриджертон-Хаус, где жил с семьей их старший брат, располагался как раз напротив Гастингс-Хауса, на другой стороне площади. – Бенедикт и София уже там, помогают готовиться к завтрашнему балу в честь твоей помолвки.
Он покачал головой:
– Нет, боюсь, ты моя единственная жертва.
Дафна снова улыбнулась, на сей раз с участием, приправленным изрядной дозой любопытства.
– Что-нибудь случилось?
– Конечно, нет, – быстро ответил он. – С чего ты взяла?
– Не знаю. – Она склонила голову набок. – Просто ты какой-то странный.
– Должно быть, устал.
Дафна понимающе кивнула.
– Еще бы. Свадебные хлопоты.
– Наверное, – сказал Колин, ухватившись за ее слова как за оправдание, хотя и сам толком не понимал, что он пытается скрыть от нее.
– Ну, что бы тебе ни пришлось вынести, – сказала она с ироничной улыбкой, – для Пенелопы все в тысячу раз хуже. Женщинам всегда тяжелее. Можешь мне поверить.
– Ты имеешь в виду свадебные хлопоты или вообще все? – поинтересовался он.
– Все, – не задумываясь ответила Дафна. – Вы, мужчины, думаете, что мир держится только на вас, но…
– Упаси Боже, я никогда не думал, что мир держится на мне.
Она раздраженно нахмурилась.
– Женщинам приходится гораздо тяжелее. Особенно в связи со свадьбой. Уверена, после всех примерок свадебного платья Пенелопа чувствует себя как подушечка для булавок.
– Я предложил сбежать, – небрежно заметил Колин. – Она обрадовалась, пока не поняла, что это шутка.
