Тогда я, усилив меры предосторожности, решил следовать непосредственно за вами и контролировать таким образом обстановку вокруг вашего состава. Понемногу я успокоился… настолько, насколько может успокоиться полицейский, который никому и ничему не доверяет.
– Но, – вмешался Гризли-Бен, – почему вы не поехали с нами?
– Я решил использовать вас, вы уж меня извините, как приманку для Джонатана. Если бы мы прицепили свои вагоны к вашему составу, то это насторожило бы бандитов, и мы не смогли бы их поймать.
– Логично! Продолжайте, дорогой друг!
– Вскоре я узнал, что Джонатан и его банда едут по той же дороге, но впереди вас. Данное обстоятельство меня нисколько не удивило, поскольку мы ожидали со стороны вашего смертельного врага именно такого хода. Слежка по железной дороге – подобного в моей практике еще не бывало.
Нечто новенькое, не так ли? Молодцом проявил себя машинист. Благодаря его искусству – правда, не обошлось без некоторых нарушений правил безопасности, – нам удалось к вам приблизиться.
До того момента, когда вы проскочили первую остановку, все шло как по маслу. Но вдруг поезд увеличил скорость. Почувствовав неладное, я решил, что машинист вашего состава скорее всего сообщник Джонатана.
Мы, в свою очередь, тоже прибавили ходу.
Впрочем, эти легкомысленные маневры были бы невозможны на других, более загруженных поездами направлениях.
До сих пор при воспоминании об этой гонке у меня по телу бегают мурашки.
Кроме всего прочего, я каждую секунду опасался, что вы попадете в какую-нибудь ловушку, устроенную бандитами.
Мой машинист, прекрасно знавший дорогу, однозначно утверждал:
– Нападение произойдет в горах, в узком ущелье. Превосходнейшее место для засад!
Он оказался прав. Но это было потом.
А вначале, мили примерно через три, мы ощутили сильнейший толчок. Наша, тяжело груженная платформа, предусмотрительно прицепленная впереди паровоза, вдребезги разнесла какой-то вагон. Послышались отчаянные крики.
На всякий случай мы приготовились к самому худшему.
Однако, несмотря на темноту, нам удалось выяснить, что перед нами артисты цирка. Их вагон каким-то образом отцепился и остался здесь. Ваши люди были вооружены и настроены решительно. Я с удовольствием пригласил их в наш поезд. Мы наспех отремонтировали поврежденные от столкновения пути. Это отняло немало времени. Состав двинулся дальше только ранним утром.
Я страшно волновался и торопил людей. Наконец мы прибыли к злополучному ущелью. Но здесь никого не было. Неужели мы ошиблись? Или приехали слишком поздно? Поезд медленно пошел на подъем, затем последовал длинный спуск. И вот место катастрофы: разобранные рельсы, перевернутый паровоз, искореженные платформы. Повсюду кровь, обломки.
Но где вы?.. Что с вами, дорогие друзья?
Ага! Следы… люди… животные… У вагона находились две дамы… три джентльмена и один ребенок… Отлично! Сформировался караван, весьма необычный. Нас это успокоило. Жирафа… лошадь… осел… а дамы, джентльмены и мальчик на них верхом…
Необходимо караван догнать… и быстро!
Я разделил свой отряд на две группы: одну, состоящую из ваших людей, другую – из моих. Первых послал окружным путем к холмам, а сам пошел с остальными по вашим следам.
Вы двигались верхом, а мы пешком. И я все время думал – успеем или нет? Ох, эти пески и колючий кустарник! Долго же они будут нам сниться.
Жирафу мы заметили издалека. Ее шея покачивалась из стороны в сторону, словно мачта сторожевого корабля. Мы ускорили шаг. По дороге подобрали клоуна, храбреца Баттерфляя. К счастью, с ним ничего не случилось.
Когда услышали ружейные выстрелы, то помчались еще быстрее.
Подбежав, быстро рассредоточились среди кустарников. Каждый выбрал себе цель.
Дела ваши были совсем плохи! После героической схватки вы были повержены и связаны. Вас собирались расстрелять. Звонкий голос скомандовал: «Огонь!» Но мы-то были наготове! И открыли огонь первыми. Противник побежден, и вот мы перед вами.
Гризли-Бен, его супруга, Том, Баттерфляй, мистер Госсе во время рассказа, заново пережившие все случившееся, вскочили, чтобы пожать своим избавителям руки, поблагодарить и выразить не передаваемую словами признательность. Ведь речь шла о спасении жизни, о полной свободе, да еще в тот момент, когда противник торжествовал свою победу!
Что же делать теперь? Идти назад к железной дороге и ждать первого поезда? Или двигаться пешком в Лос-Анджелес?
Слово взял Гризли-Бен:
– Надо дождаться наших товарищей. Они скоро будут здесь.
– Конечно! – одобрил Силквайер. – После этого мы отправим в Лос-Анджелес людей. Они сделают все, чтобы нам прислали провизию и лошадей.
– И врача для бедной Лизи, – добавила мисс Джейн.
– Решено! – ответил Гризли-Бен. – А пока я прошу нашего бесстрашного друга Силквайера продолжить рассказ, начав историю раньше, с того, что произошло на первом представлении нашего цирка. Должен сказать, что до сих пор ничего не понимаю. Вам, друг мой, вероятно, известна вся подоплека этой драмы, когда мы столько раз рисковали жизнью, а я потерял целое состояние?
– Да! Конечно! Так слушайте. Вы знаете, что мистер Джонатан считается платиновым королем?
– Да, нам, как, впрочем, и всем, это известно.
– Мистер Джонатан и в самом деле обладал огромным богатством, источники которого, правда, были весьма сомнительны. Словно колосс на глиняных ногах, восседающий на троне из благородного металла, но с прогнившими стойками.
Дела Джонатана уже давно шли плохо, хотя он и продолжал вести образ жизни миллиардера. Как человек, совершенно лишенный предрассудков, этот господин, чтобы найти дополнительные средства, решил прибегнуть к нетрадиционным методам.
И он создал банду Тринадцати… в своем роде уникальную.
Вы видели ее в деле… Люди Джонатана имели связи в высших государственных, деловых и финансовых кругах. Благодаря этому бандиты оставались неуязвимыми для правосудия.
– Даже в китайском квартале? – спросил мистер Диксон.
– Конечно, и особенно там, в этом проклятом месте, настоящем притоне, с грязными улицами, зловещими домами, маленькими и жестокими людьми. Более всех в этом смысле выделяются готовые на все скупщики краденого.
Словом, Джонатан и его подручные действовали в полной безнаказанности.
– Но почему, черт побери, он вцепился именно в меня, в мою семью! Мы же совершенно не знали его до сих пор!
– Потому что Джонатан – главарь банды Тринадцати – стремился любой ценой сохранить лицо Джонатана – платинового короля.
Для этого ему необходимо было официально обеспечить производство значительного количества драгоценного металла.
