Удовлетворившись этой публичной демонстрацией своей отваги, Грозовой Лик повернулся и взглянул на Джули. Она похолодела от его взгляда. Этот мужчина хотел ее, был уверен в своем праве на нее и не сомневался в том, что ее получит. Прежде чем Джули успела прийти в себя и как-то отреагировать, по рядам апачей прошло волнение: появился Кочиз. Он шел медленно, сложив на груди руки. В отличие от остальных он был не в набедренной повязке, а в кожаных штанах. На этот раз его украшало еще большее количество, бус и ожерелий, чем днем раньше. Его блестящие черные волосы были перевязаны на лбу лентой. Выйдя прямо в центр круга, он остановился и долго и внимательно смотрел на Дерека. Затем он обратился к нему тихим, певучим голосом.
Джули даже не пришлось просить Темного Бизона перевести слова вождя. Он сам заговорил достаточно громко, чтобы Дерек мог его слышать.
– Кочиз повторяет свое решение. Если победит Грозовой Лик, женщина останется здесь так долго, как он захочет, и будет выполнять все его приказания. Если победит другой, вы оба уйдете с миром. Кочиз говорит, что он видел в белом человеке друга, и его сердце в любом случае наполнится печалью, как бы ни закончился поединок, потому что Кочиз и белый человек никогда больше не встретятся снова.
Глядя на Кочиза, Дерек крикнул Темному Бизону:
– Переведи ему, что я хочу кое-что сказать.
Просьба была передана, и Кочиз сделал знак: он готов выслушать Дерека.
– Скажи ему, – выкрикнул Дерек, – что я разгневан на апачей за жестокое убийство моих людей. Но, несмотря на гнев, я все равно благодарен Кочизу за то, что он сохранил мне жизнь, и рад тому, что он видит во мне друга. Я не собираюсь возвращаться сюда и никому не скажу, где вас искать. Если мы когда-нибудь встретимся снова, я надеюсь, мы сможем выкурить трубку мира. Между нашими народами не должна больше проливаться кровь.
Темный Бизон торопливо перевел, но вождь ничего не ответил на слова Дерека. Бросив последний взгляд на соперников, Кочиз достал из-за пояса нож, высоко поднял его над головой и молниеносным движением воткнул в землю.
Грозовой Лик пронзительно закричал и бросился к ножу, и тогда Дерек понял: нож был один, и они должны были за него драться. Он резко прыгнул, и оба противника добрались до ножа одновременно. Грозовой Лик схватил Дерека за горло и сильно ударил его коленом в пах. Дерек застонал от боли и изо всех сил сдавил запястья индейца. Раздался хруст сломанных костей, но Грозовой Лик не вскрикнул и не ослабил хватки.
Противники повалились на землю и продолжали бороться, перекатываясь с места на место. Когда они подбирались к границам круга, зрители предусмотрительно пятились назад. Увидев лежащий неподалеку большой камень, Грозовой Лик снова пронзительно выкрикнул боевой клич. Он схватил камень и что было силы обрушил его на своего соперника, но Дерек вовремя увернулся. Удар прошел вскользь, и камень только оцарапал ему ухо. Грозовой Лик ударил снова и на долю секунды оглушил Дерека. Но этого времени хватило, чтобы индеец успел схватить нож.
Дерек тут же овладел собой, бросился вперед и схватил индейца за ногу. Грозовой Лик упал на спину. Но через мгновение он чуть приподнялся и направил клинок в спину бледнолицего.
Молниеносным движением Дерек перехватил запястье Грозового Лика, вывернул его и вынудил индейца вонзить нож в свою же собственную грудь. Сталь пронзила живую плоть. Дерек надавил сильнее, и нож вошел в тело индейца по самую рукоятку. Фонтаном брызнула кровь. Она тут же залила всю грудь Грозового Лика и обагрила песок под ним.
Со всех сторон раздались изумленные восклицания. Раскрыв рот в немом крике, Грозовой Лик уставился на Дерека расширенными от боли зрачками. Затем его глаза остекленели. Женщины, как положено, горестно завыли, а мужчины все стояли и ошеломленно глядели на Дерека, не издавая ни звука. Казалось, они не верили в то, что случилось, и ждали, что Грозовой Лик вот-вот поднимется с земли.
Дерек встал на ноги и огляделся в поисках Джули. Она хотела было побежать к нему, но не могла сдвинуться с места. Радость, облегчение, любовь – все эти чувства нахлынули на Джули волной, приковав ноги к земле. Бог смилостивился над ними, это было единственное, что она сейчас понимала; Темный Бизон остался с виду все также холоден и невозмутим.
– Все кончено, вы свободны. Теперь уводите. И не оглядывайтесь назад. Держите свое слово – вы обещали не говорить солдатам, где нас искать. Мы переберемся на другое место; но все равно узнаем, если вы нас обманете. Вам подарили жизнь. Так не будьте неблагодарными.
Дерек помахал рукой Джули, и она наконец пришла в себя и бросилась в его объятия. Он прижал ее к себе, но тут же отстранился.
– Нам нужно идти, пора.
Кочиз мельком взглянул на мертвое тело Грозового Лика и удалился. Больше они его никогда не увидят. Темный Бизон проводил их за пределы лагеря и подвел к лошади, которую специально оставили здесь для них по приказу Кочиза.
– Вы знаете дорогу к форту? – спросил он. Джули покачала головой.
– Сначала двигайтесь на восток. Когда спуститесь с горы, поверните на юг и следуйте вдоль большого оврага.
Темный Бизон рассказал еще, где они смогут найти воду, кивнул им на прощание и не оглядываясь пошел к лагерю.
Схватив лошадь за шею, Дерек легко вспрыгнул на нее, затем нагнулся, подхватил Джули под руки и усадил ее за собой. Они уезжали, и никто не попытался остановить их. Джули обняла Дерека и положила голову на его широкую спину. Лазурное нёбо было чистым, ветерок – теплым и лёгким. Она подняла лицо к солнцу и мысленно возблагодарила Бога за этот день… за их удачу… за свободу.
Как и обещал Темный Бизон, через час они выехали к воде и вдоволь напились. Перед тем как снова забраться на лошадь, Дерек внимательно поглядел на Джули.
– Ты выглядишь… очень усталой. Ты волнуешься о томпак нам забрать малыша из форта? Не стоит. Я обещаю тебе: мы без него не уедем.
Лицо Джули, осветилось улыбкой, которая шла, казалось, из самого сердца, и она ответила:
– Я понимаю, что впереди нас еще ждут нелегкие времена. Но сейчас в моей душе нет ничего, кроме радости.
И они стремительно поскакали – прямо к форту, за малышом. А потом они отправятся на поиски Майлза.
Небо из голубого уже стало бирюзовым, а прерия все тянулась и тянулась до самого горизонта, словно подзадоривая их: а ну-ка попробуйте доехать до самого конца! И они, конечно, доедут. Разве они не прошли через все это – уничтожение каравана, смерть Терезы, исчезновение Майлза, плен Дерека, отчаяние Джули? И когда казалось, что все уже кончено, разве они снова не обрели друг друга?
Лишь одна вещь на свете, подумалось Джули, оказалась способна их разлучить – их гордость, даже не гордость, а упрямая гордыня. Именно она когда-то действительно угрожала их любви. Да, теперь уже нет больше ее или его любви. Две любви, пройдя сквозь огонь и смерть, горе и бесконечные испытания, слились в одну-единственную – их любовь.
