Читаем без скачивания Дети иного мира - Ярослав Васильев

– Плевать, – резко отозвался сенешаль-казначей. – Мы создавали Синклит, мы! И он должен был служить только интересам Великого леса. А теперь власть там захватили люди, гвенъя среди магистров всего двое. Но мы по прежнему соглашаемся со всеми просьбами и ведём политику с оглядкой на репутацию и интересы Магистериума. Давно пора признать, что пользы от Синклита нам никакой, но не хватает духу отказаться от ненужного дела предков.

– Тогда решено, – подвёл итог лорд Рысь.

Обсуждение деталей длилось больше часа, после чего глава тайной стражи Дома торопливо ушёл. Лорд Рысь «после отдыха» должен будет уехать на бал, потому необходимо подготовить сопровождающих гвардейцев: «внешние» обязанности командира столичной стражи с капитана Фэрхара никто не снимал. Херебард остался, а едва дверь закрылась, негромко спросил:

– Учитель. Вы же понимаете, что простой ссорой с Синклитом дело не ограничится. Но поддержали мою идею.

– Мой мальчик, – последовал короткий смешок, – когда я наставлял тебя в искусстве политики, то ни на мгновение не сомневался, что когда-нибудь ты превзойдёшь меня. Но и твой учитель далеко ещё не тот старый маразматик, каким меня хотят видеть молодые гиены из твоей свиты. Синклит при нынешнем мастер-магистре стал силён… слишком силён. Хорошо, что наши Высокие лорды, да и не только они, пока смотрят на людей свысока. Но рано или поздно кто-то откинет предрассудки и во время очередной свары догадается пригласить Синклит себе в помощь.

– Дом Изумрудной Рыси всегда стоял за невмешательство во внутренние дела Леса. Мы выступим против, и тогда нас уничтожат.

– Этого не должно случиться. Альянс неизбежно сцепится в драке с Синклитом. Два медведя не уживутся в одной берлоге. Мы сейчас поможем слабейшему, но сами останемся в стороне. А потом продиктуем свою волю победителю

– Королевства людей расцветают и рассыпаются в прах, Великий Лес – вечен! Да случится по вашим словам, наставник.

Часть VI. Великий Синклит

Глава 37. Мастер-магистр

В безмолвии Ничто нет ни времени, ни пространства, ни жизни, ни смерти, ни тела, ни материального мира. Только чистое сознание парит в пустынной черноте блаженного покоя. Так можно провести вечность… Если бы не мешала непонятная, вспыхнувшая ослепительным светом звёздочка. Стоило раздражённому сознанию сосредоточиться на наглой пришелице, выпасть из нирваны, как появилась мысль: «Кто я?». И сразу же пошёл водопад воспоминаний.

«Я мастер-магистр Великого Синклита». Перед внутренним взором тут же возник рослый златогривый красавец-атлет, но, несколько ударов сердца спустя, мысль с лёгким сожалением исправила картинку: рост средний, волосы тёмные. К тому же чуть наметилось брюшко, мышцы не такие тугие – большую часть времени мастер-магистр проводит в замке с бумагами и делами, никакая лечебная магия не вытянет. Да и лицо… нос горбинкой, губы пухловаты, зато щёки наоборот – слишком худые. Когда сознание было человеком, то в молодости не хватило денег на косметическую магию, а когда появилась возможность – возраст оказался уже не тот, чтобы переделывать лицо и фигуру без последствий для здоровья.

Что-то было не так… «Сердце! – пришла следующая мысль. – И мускулы, и тело. А откуда у чистого сознания тело? Да! Я ещё человек. Я маг. Я родился в тысяча восемьсот двадцать втором году эпохи Синклита. Но если есть тело, значит, есть…» По глазам ударил тусклый, щадяще-синий, но после долгого сна всё равно болезненный свет. Какое-то время мужчина щурился, старался закрыться от света веками, потом зрение привыкло, и он смог осмотреться. Он лежал обнажённый, на удобном ложе в небольшой комнатке. Голые синие стены были пусты, только возле двери горел календарь. «Четвёртое января две тысячи сто семьдесят седьмого года, – лениво заворочалось в голове. – Всё правильно. Прошло ровно двадцать лет… двадцать лет после чего?» В ответ закружился новый водоворот воспоминаний.

Будущий мастер-магистр родился вторым сыном барона: достаточно богатого, чтобы дать всем детям хорошее образование, но не настолько состоятельного, чтобы младший сын получил заметное наследство. Потому, едва у мальчика обнаружили неплохие магические способности, выбор был однозначен: поступать в Академию. Прославленное учебное заведение отпрыск закончил не среди худших, но и не среди лучших – добротный крепкий середнячок. Но карьеру в секретариате Магистериума сделал именно он, а не обладатели золочёных дипломов с отличием. Потому что у юноши обнаружился другой талант, куда более важный: задатки хорошего организатора. А ещё молодой человек нашёл у себя вкус к политике и замечательные способности плести интриги. Не зря уже всего к шестидесяти годам он стал кандидатом в магистры Синклита… Вот только дальше всё упиралось в тупик. Лишить статуса кандидата было нельзя, его меняют либо на белую золочёную хламиду магистра… Либо на поминальную службу в храме Дэса: должность магистра была пожизненной и заполнялась кандидатами по «сроку выслуги-ожидания» только после смерти очередного старикана. Конечно, и у кандидата власти немало – но это тень власти магистра.

Решение пришло неожиданно. Тогда только-только набирал силу Орден, ещё не Запретного, а Неведомого знания. Возможности и открытия полились рекой, все кричали о магической революции, о новых горизонтах. В Магистериуме бушевала настоящая буря – ведь основателями Ордена стали два мага, которые впервые за всю историю Синклита добровольно отказались от звания магистров! Про «классические» исследования забыли… Один из ненужных теперь изобретателей пришёл к свежеиспечённому кандидату с просьбой дать хоть немного денег на завершение исследований. Будущий мастер-магистр сразу увидел в идее непризнанного гения главное, хотя изобретатель до самого последнего дня считал разработку колдовского омолаживающего сна лишь побочным направлением в создании многофункциональных магических кристаллов. Проект длился долгие восемнадцать лет, после чего создатель методики получил в награду два квадратных метра земли, а кандидат в магистры погрузился в свой первый колдовской сон. После долгих раздумий будущий мастер-магистр решил, бодрствовать стоит по десять-двенадцать лет, а спать по двадцать. Этого достаточно, чтобы, с одной стороны, не упустить властные нити в неторопливом и косном Магистериуме, а с другой – отыграть большую часть старения организма за те самые двенадцать лет. После второго сна он стал магистром, а спустя ещё два – удачно обошёл всех конкурентов во время выборов нового главы Синклита.

Воспоминания улеглись, и мысли обрели привычную ясность. Итак, если его не разбудили раньше срока, значит, ничего особого не случилось. Впрочем мастер-магистр тут же усмехнулся: о том, что глава Синклита на самом деле не просто так, не из прихоти и чувства собственного величия только раз в двадцать лет самолично объезжает подвластные владения и принимает посетителей, а остальное время правит из своего замка, знали считанные особо доверенные люди. Как знали помощники, что пути у них всего два – либо в кандидаты Магистериума, либо на специальное кладбище в подвале замка. Откуда труп не достанет и не разговорит никакой некромант или заклинатель духов. А ещё эти доверенные лица знали, что если разбудить хозяина из-за пустяка, то путь на кладбище пройдёт через пыточную, а фантазия у мастер-магистра, которого прерванный раньше положенного срока сон зазря лишит омоложения, окажется богатая.

Едва прошла обычная после сна слабость, мастер-магистр заставил себя встать, надел в соседней комнате приготовленный заранее халат, и начал подниматься наверх сквозь этажи-уровни защиты в апартаменты. День пробуждения был известен заранее, поэтому, едва мастер-магистр прошёл последний ярус, а толстенная каменная плита, маскирующая вход в подземелье, встала на место, из соседней комнаты потянуло вкусными запахами. Там уже ждал стол – яства принялись расставлять, едва помощники получили сигнал, что Хозяин добрался уже к последнему уровню защиты. Между второй и третьей переменой блюд на несколько мгновений рядом со столом безмолвно возник слуга и положил перед владыкой небольшую кожаную папку. Тоже ещё одно правило-традиция. Сообщать во время первого обеда новости, причём только приятные новости – верная примета, что тогда весь срок бодрствования настроение будет хорошим.

Едва прочитав самый верхний листок, мастер-магистр радостно хлопнул по колену: ну и удружил рыжий покровитель везунчиков Эбрел. Помер магистр Джауме, который уже полвека портил мастер-магистру кровь! Увы, даже могущества хозяина Синклита не хватало, чтобы полностью взять под контроль выбор кандидатов в Магистериум, потому-то время от времени подобные типы и проникали. А этот Джауме не успел освоиться с бело-золотой хламидой, как стал претендовать на алмазную тиару мастер-магистра. Напоминая, что в отличие от пожизненных магистров, глава Синклита со своей должности может и уйти, а выбирать нового мастер-магистра положено не реже, чем раз в шестьдесят лет. И прибить поганца никак не получалось, слишком уж берёгся. Очередной шестидесятилетний срок истекал в нынешнее пробуждение, мастер-магистр предвидел нешуточную драку в Магистериуме… И вот надо же – конкурент помер! После такого остальные новости можно было не читать, а приступать сразу к «десерту». По приказу в обеденную залу ввели два десятка девушек, дотоле не знавших мужчины, мастер-магистр выбрал троих – попутно слегка удивившись, почему в этот раз помощники не привезли парочку свеженьких из Лина, и удалился в спальню.