вернётся. Вернётся и всё изменится. Она говорила, что мы поймём, когда настанет это время, и встретим того, кто навсегда изменит судьбу мира. Встретим демона с чистой душой, возлюбившего порочное дитя.
Пустой и Войд уставились на меня. Я даже слегка опешил от их взглядов, пронзающих мою душу.
— Вы чего? — Я медленно сделал шаг назад.
— Цербер, ты и есть демон с чистой душой. — Войд кивнул. — Я видел тебя настоящего. Когда я только встретил тебя, я сразу понял, что всё идёт к тому, о чём говорила нам Нуара.
— Сначала я не верил, но после твоих слов про то, что сестра появилась перед тобой в образе маленькой девочки… — Пустой встряхнул головой. — Вот же… это и в самом деле правда.
— Ребят, я совсем запутался. — Теперь настала моя очередь встряхнуть головой и выбить странные мысли из головы. — Нуара — она ваша сестра, это я понял. Она пошла против воли создателя, и он приказал Пустому её убить. После она переродилась и теперь вы на моей стороне? Ничего не понимаю.
— Цербер, раньше я не верил ни брату, ни сестре. — Пустой посмотрел мне прямо в глаза. — Я считал их слова бредом и думал, что они сошли с ума. Я искренне верил в Агудара и его идеи. Но сейчас, когда я прокручиваю в мыслях смерть сестры, и вспоминаю всё, что было… Мне в голову закрадываются мысли, что она была права. И её возрождение служит этому подтверждением.
Я сделал шаг в сторону, чтобы переварить полученную информацию. Всё это звучало странно, а резкая смена вектора Пустого меня серьёзно смущала. Почему он вдруг поменял свои взгляды на жизнь, как только узнал о сестре? Да и сам Войд ведёт себя очень странно. Происходящее вызывает уйму вопросов. Хотя, я ведь знаю, что правда всегда звучит по-дурацки. Может, довериться им? В любом случае, что я теряю?
— И что дальше? — Я посмотрел на братьев. — Что вы от меня хотите?
Войд и Пустой переглянулись, после чего Войд уверенно произнёс:
— Сделай то, что должен. Пройди подземелье и избавься от Агудара.
— Избавиться от Агудара? Как вы себе это представляете? — Я ошарашено вздёрнул бровями. — Это абсурд. Даже если я смогу пройти подземелье, что дальше? Как я избавлюсь от Творца? Вам не кажется, что наш план изначально провальный. Что-то я сомневаюсь, что он не слышит наш разговор и не предпримет никаких действий, чтобы нам помешать.
— Сестра верила в то, что говорила. — Уверенно произнёс Пустой. — И раз она возродилась, значит, её слова были правдой. Тебе суждено всё изменить. Раз и навсегда.
— Бред… — Я покрутил головой.
— Цербер. — Войд подошёл ко мне и положил мне руку на плечо. — У тебя получится. Ты сможешь всё изменить. Только ты на это способен.
— Да что вы заладили? — Я не выдержал и перешёл на крик. — Только я способен? Да почему вы сами не пойдёте и не завалите его? Что вам мешает?
— Убить Творца? — Пустой хмыкнул. — Ни у кого на это сил не хватит. Даже у нас.
— Тогда чего вы ждёте от меня? — Теперь я совсем запутался.
— Никто и не просит тебя убивать. Пройдёшь испытание и получишь желание. Загадай его и измени всё. — Войд резко встал прямо передо мной и наши взгляды соприкоснулись. — Ты ведь знаешь, что нужно загадать. Всё это время ты шёл к тому, чтобы сделать это. Не ошибись.
— Полный бред. — Я отошёл на шаг назад. — Всё это звучит как полный бред. С чего Агудару давать мне желание, если он изначально знает, что этого делать не стоит? Да и эта вся история про ангелов, демонов, нефелимов… Как-то всё очень нескладно звучит. Демонов я видел, нефелимов тоже, а где ангелы? Разве нефелимы не дети ангелов? Где тогда они? И почему вы нефелимы, но создал вас Агудар? Разве он ангел?
— История переписывалась миллионы раз. — Пустой решил выбрать откровенный путь повествования. — Ангелов не существует. Они были придуманы Агударом, чтобы смертным было во что верить. Это проще для их понимания. Лучше, чем знать, что ими правит некто, создавший арену смертников, чистилище и другие миры, в которых правит смерть.
— Слепая вера? — Я усмехнулся. — И неужели никто не догадывается, что всё это напускное? Что всё это ложь и фарс?
— Догадываются. — Войд кивнул. — Отголоски древних легенд иногда проникают в людские идеологии и поражают целые расы. Многие сходили с ума, когда им открывалась правда. Это ещё одна причина, почему правлению Агудара должен прийти конец.
Я посмотрел на Пустого:
— А что насчёт тебя? Почему ты на моей стороне? Разве тебя всё это не устраивает? Тебе не нравится такая жизнь? Мотивы Войда я ещё могу понять, но не твои.
— Тебе и не нужно их понимать. Достаточно того, что я сказал. — Сухо ответил Пустой. — Хотел бы тебя прикончить, уже бы сделал это.
— Но ведь ты и хотел. — Я хмыкнул.
— До того, как узнал, что сестра переродилась.
— Ладно, хрен с ним. — Я отвёл взгляд и посмотрел на застывшего Асмодея. Он стоял рядом с трупом Айвен, выставив руки над её трупом. — В любом случае, от своей цели я не отступлю и пройду это подземелье до конца. Вот только, как это сделать, если нас осталось всего двое? Сможем ли мы?
— Я был вашим последним испытанием. — Пустой оскалился. — Считайте, что вы прошли его и удостоены дойти до конца.
— Вдвоём? — Я нахмурился. — И кто из нас тогда заслужит желание?
— Тот, кто выживет. — Спокойно ответил Войд. — Либо ты, либо он.
— Мы будем с ним сражаться за право загадать желание?
— И за право жить. — Произнёс Пустой. — Именно так. Я думаю, у тебя не возникнет с этим проблем. Он слабее тебя и ты его одолеешь. Хотя, если ты хочешь, я могу завалить его сейчас. Тогда у тебя не будет преград.
— Нет, спасибо, не нужно. — Я нахмурил брови и посмотрел на Асмодея. — Когда-то, он был моим другом. Я не знаю, правильно ли так поступать или нет. Да и всё это выглядит странно. Нереально. Ваша история слишком мутная, чтобы поверить в неё вот так, совсем не думая. Если мне и придется его убить, я должен решиться на это сам.
— Выбор за тобой. — Пустой вышел вперёд и посмотрел на Войда. — Тогда, сейчас мой брат отменит свою способность и всё вернётся на круги своя. Я сделал вид, что дерусь с тобой, ты меня одолеешь и попадёшь к Агудару. Захочешь всё изменить, сделаешь всё, что для этого нужно. Уверен, наш отец будет
