Я упоминаю о своем текущем сотрудничестве с Фэтбоем Слимом (чье настоящее имя — Норман Кук), и Джонатан говорит, что обедает сегодня в компании своего друга Джона Дигвида, одного из ведущих диджеев мира и приятеля Нормана. Поначалу я слегка удивлен: как, Джонатан слушает танцевальную музыку, работая над своими дизайнерскими проектами? Но затем, хорошенько приглядевшись к сидящему напротив парню с короткой стрижкой и в майке с рисунком, понимаю, что передо мной — чуточку постаревший британский клаббер-подросток. Не скучно ли ему здесь, в Купертино?
Купертино расположен к югу от Сан-Франциско и к западу от Сан-Хосе. Городок, если его можно считать таковым, лежит среди прибрежных холмов и виноделен. Здесь не так уж много развлечений — бизнес-кампусы, магазины и удивительная бакалейная лавка с товарами из Азии. На холмах, раскинувшихся к западу, технократы выстроили немало новехоньких особняков. Не так уж далеко базируются «Хьюлетт-Паккард», «Гугл», «Сан микросистемс» и прочие компании Силиконовой долины, превратившие тихий, сонный Сан-Хосе с притороченной к нему территорией Стэнфордского университета в столицу компьютерных и IT-разработок. В этих краях можно наблюдать плотнейшее скопление инженеров, компьютерных гениев, технарей, бизнесменов, фантазеров-мечтателей и жуликов-нахлебников.
Насколько я могу судить, занятий в этой части залива не так уж и много. Я практически беспрепятственно езжу на своем велике по чистым, безупречно гладким шоссейным дорогам, и вокруг ровным счетом никого — пешеходов или велосипедистов, во всяком случае. Все дороги ведут в места, как две капли воды похожие на те, что я только что покинул. Интересуюсь, не ездят ли местные жители в Сан-Франциско, чтобы развлечься: ну там, концерты, спектакли и выставки, или может, их привлекает безумно пестрая кухня тамошних ресторанов? Ничего подобного, эти парни настолько любят свою работу, что безвылазно торчат здесь, в своих живописных пригородах — засиживаются допоздна в офисе или берут работу на дом.
В здешних местах аккумулированы огромные денежные средства. В эпоху Карнеги, Фриков, Меллонов, Дьюков и Лаудеров миллиардеры создавали бы вокруг собственного имени шумиху, поддерживая местный музей, больницу, библиотеку, какую-либо иную достойную помощи организацию или предприятие: как Билл Гейтс сделал это, основав Фонд Гейтса, или как Пол Аллен с его музеем «Почувствуй музыку». Но мне кажется отчего-то, что местная тусовка предпочитает решать проблемы собственной сферы деятельности: выпуск программного обеспечения, Интернет-технологии, электронные диковинки или все сразу. У меня создалось впечатление, что по крайней мере кое-кто из них не особенно заботится о деньгах, которые зарабатывает: они слишком занятые люди, чтобы просто сидеть, пересчитывая деньги. Виртуальная реальность «Второй жизни», да и только.
Я помню Сан-Франциско времен первого Интернетбума. В те годы все поголовно собирались запустить собственный онлайн-бизнес, мир ожидали резкие перемены, а инвесторы выстраивались в очередь, чтобы завалить наличными любого, кто обладал хотя бы смутной идеей, мало-мальски подвешенным языком и минимальными навыками программирования. Лихорадочный энтузиазм того времени, возможно, не уступал «Манхэттенскому проекту» и усердию, с каким создавалась атомная бомба. Иначе говоря, это открывало новые возможности, сулившие изменить весь мир. Но здесь носителями прежнего миссионерского рвения оказались вздорные фантазеры-дельцы. Замыслы создания новых веб-сайтов множились вовсю, предлагалось все, что только можно вообразить, — весь спектр услуг для домашних животных, службы помощи по хозяйству… Казалось, будущее предопределено: никому и никогда больше не придется выходить из дому. Каждая идея была гениальной, потрясающей, революционной. Нет ничего удивительного в том, что Сеть порой называли наследием эпохи хиппи — только с более дорогостоящими игрушками.
Не случайно, что скромный гараж в Пало-Альто, где когда-то начинали Билл Хьюлетт и Дейв Паккард, почитается здесь за святыню. Как студия звукозаписи «Сан» в Мемфисе, где зародился рок-н-ролл, или Менло-парк в Нью-Джерси, где Эдисон впервые зажег свои огни, этот неказистый маленький гараж почитается отчасти именно потому, что в нем нет ровным счетом ничего примечательного. Все дело как раз в его заурядности. Первым изделием «Хьюлетт-Паккард» стал аудио-осциллятор для тестирования музыкального оборудования. В самой компании издаваемый им писк называют «звуком, который услышал весь мир».
David Paul Morris/Getty Images
Гараж считается местом зарождения Силиконовой долины, и это делает его прекрасным символом успеха концепции «это может каждый», которая еще очень даже популярна в этих местах. Начинай с малого, мечтай по-крупному. Мысли должны быть свежими. Думай иначе.
Старые хипповые лозунги, только на новый лад.
Во время первого бума «дот-комов» цены на недвижимость в плотно населенных городах вроде Сан-Франциско (и на Манхэттене), естественно, взлетели до небес. Закончившая обучение молодежь, не примкнувшая к миру «дот-комов» (все эти юные дарования — художники, музыканты, писатели, актеры, богемные фрики, все те, кем прежде славился город и кто, возможно, вдохновил «дот-комщиков»), оказалась вытолкнута на окраины или даже в Окленд и прочие города Калифорнии.
В конце 90-х вся эта пирамида рухнула, но цены на недвижимость на прежний уровень так и не вернулись. Многие молодые вольнодумцы так и не возвратились туда, откуда их выпихнули, ведь место было уже занято. Во время первой революции «дот-комов» мир действительно изменился, но не настолько глубоко, радикально и основательно, как некоторые полагали. Далеко не каждый поспешил «переселиться в Сеть», так что оптимистические предсказания не спешили оправдываться.
Возможно, с окончательным становлением социально-интерактивных, коммерчески-ответственных сайтов следующего поколения — наряду с повсеместным внедрением скоростных технологий и WiFi — в нашей жизни все же произойдут хотя бы некоторые из обещанных перемен, но явно под другими лозунгами, чем предполагала первая революция. Кому-то еще нужна доставка видеокассет на дом всего за пятнадцать минут?
Как ни парадоксально, но по мере того, как управлять всевозможными услугами с мобильных телефонов или ноутбуков становится все проще, а всевозможной информации в доступе становится все больше, тем выше поднимается интерес и спрос на те вещи, которые невозможно оцифровать: «живые» выступления музыкантов, встречи лицом к лицу, взаимодействие, общие переживания, вкус, умиротворение. Те, кто вечно сидит в социальных сетях, начинают ценить подлинность, аутентичность чувств — все то, что часто оказывается подделкой при общении он-лайн.
