меня из строя, ведь Агросс был настроен решительно, и, кажется, плевать он хотел на все вытекающие моего состояния. Возьмет хоть спящую, хоть мертвую, не моргнув. Он солгал мне, солгал! Провел, как маленькую девчонку! А я повелась, наивная. Сама пыталась его обмануть, и сама оказалась обманутой. В таких играх ему нет равных. В таких играх я еще новичок.
Противная горечь заливала всю душу, пока он волочил меня по коридору в спальню. И когда ноги совсем подкосились, словно на плечи мне взгромоздили самый тяжелый вселенский груз, он взял меня на руки и переместился в спальню через портал. Поставив на пол, встряхнул меня, как безжизненную куклу, и развернул к зеркалу. Глаза метали молнии. Губы были плотно сжаты, вены на шеи выступали, как у психически-нестабильного мерзавца. И он всячески пытался нагнать на меня ужас и страх.
Да фигос-два! Только попробуй тронуть меня, и я устрою тебе сладкую семейную жизнь… Вот
только сказать это вслух я как-то не решилась.
— Где мой друг?
— Тебя сейчас интересует жизнь какого-то мальчишки, а не своя собственная? Не думаю, что после сегодняшней ночи ты сможешь говорить или вставать.
Он агрессивно смотрел на меня, а потом вдруг схватил грубо за талию и притянул к себе. Послышался треск платья. Кончик языка прошелся по моей шее, оставляя влажную дорожку. Он вдруг остановился на жилке, что пульсировала. Зубы коснулись ее, и я замерла, беспомощно хватая воздух ртом.
— Посмотри на себя… Простота, вот что самое сложное на свете, — рычал он мне в ухо. Прикусив мочку, он провел рукой по спине, заставляя меня выгнуться. — Не один мужчина не пройдет мимо тебя. Тебя желает каждый. Они только и думают, как бы затащить тебя в постель и как насладиться тобой. Все до единого! Я слышу все их развратные мысли, и чувствую их вожделение, их желание. Их влекут мысли о распутстве с тобой. Но ты только моя.
Темная ипостась не заставила себя долго ждать, и позади меня стоял обезумевший демон, который одним ударом разбил зеркало в мельчайшие осколки. Его действительно не волновала моя дальнейшая судьба. Его не волновало ничего, кроме него самого. Но что это было? Ревность в его словах? Да… Борьба. Собственничество.
— Ты же сказал, что не нарушишь слово!
— Я Темный, Таира, а Темным верить нельзя…
Из меня вырвался смешок. Потом еще один и еще…
— Сколько ж за тобой числится грехов, что Боги тебя связали со мной? — буквально выплюнула, глядя на его отражение, в маленьком оставшемся кусочке.
— Ты больше не боишься меня, ты ничего больше не испытываешь! — разозлился он. — Где же твой страх? Где? — завопил ненормальный демон. Но я впервые смотрела в эти безумные кровавые глаза и не боялась. — Я вытащу твои желания на поверхность! А после и твой страх проявит себя! — я продолжала непоколебимо стоять, и не сводила с него холодный взгляд. Он прорычал что-то невнятное, с силой развернул меня и впился в мои губы. Сминал их больно и жестоко. Прикусывал. Я не успела опомниться, даже отпихнуть его не смогла. Он завладел мною. Усилив свой напор, пропихнул горячий язык мне в рот, от чего я прикусила его. Ошеломленный моим действием, он гневно посмотрел на меня и резко занес свою руку надо мной.
— Мне не нравится твоё поведение, поэтому я готов изменить свое… Я разорву твою одежду и возьму тебя прямо сейчас… — Темный вконец обезумел и опрокинул меня на постель. Всего лишь одно мгновение, и я лежу в кровати, запутавшись в собственном платье. Лежу, придавленная к постели его каменным телом. Сейчас я чувствовала все… все что угодно. Все эмоции, которые способен испытать человек. Все! Но не страх…
— Сделаешь это, и я превращу твою жизнь в ад!
— Назови мне более вескую причину, почему я не должен сделать этого сейчас?
— Я беременна. Этого достаточно?
Глава 37. Таира
Когда в нас подлых мыслей нет,
Нам ничего не следует бояться.
Зло ближнему — вот где источник бед,
Оно и сбросит в пропасть, может статься. (Данте)
Глаза, залитые кровью стали еще более сумасшедшими. Еще более невменяемыми. Он замер. Не сводил с меня взгляд. Пытался уличить во лжи. Вот только я не врала. Еще вчера сама бы не поверила в собственные слова, но в один момент поняла… Ощутила. Маленькое, теплое, и невероятно сильное. Очень сильное. Оно есть во мне. Я уверенна.
Не страшно, нет. Я не боюсь. Он не сделает мне ничего. Я ношу под сердцем ребенка Темного Бога. Я успокаивала себя этими мыслями и не знала, насколько они могли быть действенными в данной ситуации.
Он смотрит на меня, рычит. Монстр хочет взять свое, но понимает — не может. Я упираюсь ладонями в холодную каменную грудь. Хочу кричать, но не могу. Это трудно, когда чувствуешь себя под угрозой. Словно мой крик станет для меня приговором.
Чувствую, как его кровь бежит. Заставляет его закипать. Пахом он прижимается ко мне. Я не двигаюсь. Ударить бы коленом, да ноги запутались в платье.
Руки монстра приподнимают подол до самого живота. Я упираюсь бессильно в его плечи, начинаю ерзать, пытаюсь пнуть его. Не могу. Прижимает еще крепче, причиняя боль. Пальцами впивается в мои бедра, когтями оставляет красные следы на коже. Заставляет меня дернуться, податься вперед от боли. Впивается в губы, оставляя мучительный ожог, и резко отстраняется, словно ненавистна, противна.
Ощущения скверности накрывает меня. Словно грязная, опороченная.
— И почему твоя беременность должна меня остановить? — бросает небрежно, показывая свою силу лишь взглядом. Таким ледяным и пронизывающим, что я усомнилась.
Возьмёт меня. Причинит вред.
Заношу свою руку и ударяю его по лицу. Не отстраняется. Словно ждал именно этого.
Показывает оскал как зверь. Улыбается. Морально избивает меня. Душу терзает. Рвет на части.
— Убьешь меня? — голос дрожит.
— Нет. Ты слишком ценный дар, — сказал спокойно.
— Удивительно, что ты это понимаешь, — вдруг огрызнулась, тут же прикусив щеку с внутренней стороны и чувствую, как солоноватый привкус заполняет рот.
— Молчи.
Вытянув мои руки над головой, он держал их так крепко, что мне казалась, на запястья льют кипяток. Когтями распорол ткань, обнажив грудь, и припал к ней порочными губами. Втягивал сосок, облизывал и покусывал, вырывая стоны отчаяния. Отстранился. Снова взглянул на меня.
Мрачное отрешенное лицо говорило о том, что не отпустит. Никогда…
Пытаться кричать бессмысленно. Пытаться сопротивляться тоже. От монстра не убежать. Не скрыться. Я обездвижено лежала под ним, а он наслаждался всем происходящим. Все начало казаться каким-то сном. Неправдой. Он снова потерся об меня своим естеством, которое
