как морок, снисходит, как утренний туман и пропадает, когда на всю улицу прозвучало воззвание Конвунгара:
- Данте, где ты застрял!? Давай, нам ехать нужно!
Глава восьмая. Первый после Кумира
Следующий день. Около девяти часов утра.
Погода не радует, хотя для кого-то в землях, где неутихающе, беспрестанно и без конца льют дожди, солнце — это благо, но не для этого места, которое изнывает от вечносияющего светила, что ласково продолжает поливать светом и теплом эту часть полуострова. На небе, как и всегда практически нет облаков, только у горизонта, у самой грани касания с земной твердью проходит каскад белоснежных, но довольно грузных туч, наполненных водой и возможно несущие с собой долгожданный ливень. Лазурный свод поднебесья установился монументальным и грандиозным потолком, простёршись от запада на восток, а на небесном полотне восходит яркое и ослепляющее солнце, в свете которого золотая пирамида неистово заблистала, озаряя бликами десятки километров отсюда и символизируя яркий маяк, несущий свет главной звезды, подобно духовному маяку, который указывает путь всем страждущим и заплутавшим. Так кажется Приходу, а значит в этих краях это истина.
Солнце восходит и «палящей рукой» готово вновь угнетать людей и почти все намерены провести ещё один такой знойный день, но никто даже не подозревает, что на восход вскоре явится совершенно другое светило, из ряда тех, которые указывают новый моральный путь, зажигаясь в десять раз сильнее, чем прежние светила идеи. Его свет настолько силён, что он обжигает всякого, кто не готов ему подчиниться и указывает дорогу, ведущую к спасению, и в то же время ослепляет, делая людей едиными в безумной преданности к тем, кто поднял на свои знамёна солнца. Новый порядок, идущий как тепло за светом яркой звезды, грядёт совсем скоро, и принесут его воины Канцлера, воплотив тем самым пророчества и слова Сарагона Мальтийского о торжестве «Новых Солнц». Но прежде всего его глашатаями стали те, кого не видно, кто прячется в тени как змея и готовится совершить прыжок из мрака и впиться в цель. Они – воины на невидимой войне, сражаются на фронтах, которым только суждено пройти.
И один из таких вестников нового порядка идёт по кривым улочкам и аккуратно ступает посреди разрушенных домов, тихо, практически незаметно крадучись, словно бы тень, которые исчезают с каждой секундой шествия солнца по небу. Этот воин, окутанный в вуаль мрака, непонимания, неясности и скрытых устремлений для врагов, ясен и понятен для союзников. Его чёрная накидка лишь немножко касается пыли на земле, скрывая под собой чёрную военную форму в которой он доселе сражался на рубежах Корсиканской, Северной и Прованской войн[1] и нёс смерть противнику. Сейчас он вновь готовится сражаться, знает, что сегодня будет воевать за будущее этого края и вступит в ужасную сечу. Но пока не время явить себя, не стал момент раскрытия карт, ещё немножко, ещё чуть-чуть придётся потянуть выступление, тот маскарад, который они устроили для власти Теократии. А пока нужно скрывать личину, чтобы всё удалось, всё свершилось.
- «Ястреб», приём, - прозвучало данное передатчиком в ухе воина, тенью крадущегося посреди разваленок.
Парень приложил палец к воротнику, зажав кнопку, и ответил в незаметный микрофон:
- Да, «Топаз».
- Доложи обстановку, - донёсся из передатчика в ухе сухой, грубый сиплый голос.
- Продвигаюсь в направлении позиции. На улицах полно людей, вооружённых ручным стрелковым оружием, без единой формы. Предположительно – наёмники.
- Что с гражданским населением?
- Не обнаружено. Квартал перед дворцом взят в оцепление. Меня пропустили только потому, что им был дан на это приказ.
- Хорошо, «Ястреб». Продолжайте.
Связь прекратилась, парень остался совершенно один в этом районе. Он видит, как с каждым шагом стена и ворота впереди становятся всё выше, могущественнее, монументальнее, являя свою древность и богатство, показывая силу Теократии. А там, за ними, за высокими башнями и укреплениями, ввысь устремляется пик, отлитый из золота и ставший символом веры для миллионов людей, которые думают, что здесь обитают духи и питают к дворцу только любовь и трепет, но подбираясь к месту всё ближе и ближе парень видит, что это не более чем уловка, трюк, которым дурят наивных и обездоленных, настолько ослепших, что всяк проходимец им вместо хлеба кладёт в десницу камень. Пирамида из золота настолько высока, что, кажется, будто бы она держит небо, упирается остриём в лазурную твердь, но на самом деле её суть пала настолько низко, что ничем не отмоешь это здание от долгих лет греха, его можно очистить только в искупительном огне.
На небе с рёвом пролетели два мимолётных блика, оставляющие только лишь воспоминание о себе в виде резкого мазка дымом по светлому небесному полотнищу.
- Данте, приём, - вновь зашипел приёмник.
- На связи, господин Конвунгар.
- Ты видел это?
- Самолёты. У противника имеется авиация у города. Что ж, становится неприятно.
- Это ещё не всё. Наши разведчики докладывают, что Лиссабонская Республика, Верхняя Португалия и Государство Свободной Лузитании привели свои войска в полную боеготовность.
- Португальское Содружество в полном составе?
- Да. Но помимо этого есть новости намного хуже – Пиренейская Теократия предложила размещать войска союзников у себя. Государство Басков и Верхняя Кастилия уже направили сюда по бронетанковому полку, вместе со сводным общеармейским корпусом. Национально-Демократическая Республика Андалусия, Южный Халифат и Конфедерация Андорры, Каталонии и Валенсии объявили о военном союзе.
- Страны стали объединятся. Что ж, через пару лет, возможно, они станут единым целым.
- И не без нашей «помощи». Они явно анализируют ситуацию и знают, что операция «Запад» поставит точку в их истории, поэтому они и готовятся к войне.
- Что наши?
- К Балеарским островам подошли корабли. Там было ликвидировано логово пиратов и теперь на его месте наш оперативный штаб, который будет руководить вторжением на всём восточном побережье, как только мы здесь всё выполним.
- Война?
- Да, она начнётся сегодня. Но самое худшее, что наши информаторы на севере докладывают – корпорации собирают военные грузы для стран бывшей Испании. К тому же они докладывают, что компании имеют планы на установлении тут своего правления, сместив местных царьков. Данте, нам любой ценой нужно будет сегодня устранить эмиссара, если мы это не сделаем, то через пару дней тут будут грузы и воины от Корпорации.
- Хорошо, сделаем, всё, что потребуется.
