— Ещё и с Галеем будешь объясняться, — напомнил я больше себе, чем ей.
Про него не следовало забывать, а заодно и про китайскую лапшу, которой я рисковал стать после того, как он узнает, что натворила его приёмная дочь.
Мидори подошла ко мне вплотную и заглянула в глаза.
— Я очень этого хочу, господин Оками. Теперь, когда вся неправда позади, я уверена, как никогда. Но если ты мне откажешь, то будешь прав. Только это ничего не поменяет. С Горо я уже никогда не буду и посвящу себя учёбе, чтобы поехать в Академию в следующем году. А потом найду тебя там, и ты увидишь, что я не так плоха, как ты считаешь.
— Мне всего лишь нужен Целитель, — ответил я и, ничего больше не говоря, тоже вытянул руку над головой, а затем прикоснулся к ладони девушки.
Мы будто дотронулись до Знамений друг друга, и когда над нами вспыхнул свет астральных тел, ритуал клятвы был исполнен.
Мидори Арадо стала моим вторым доверенным магом, готовым следовать за мной в любое пекло.
— А ведь ты тоже теперь не сможешь мне врать, — сказала она зачем-то и улыбнулась.
Когда мы опустили руки, я заметил, что внизу, у трапа, стоит учитель Ма и внимательно наблюдает за нами.
— Какие трогательные изменения, — прищурился он. — Однако хочу сообщить, что в списке лучших учеников Ютаки тоже появились изменения. Кеншин Або решил передать своё место в Академии другому студенту.
В этот момент во двор школы вошёл Горо Исима.
* * *
Через полчаса всё было готово к отлёту.
Учитель Ма последним вышел из салона и попрощался.
Его слова, сказанные со странной интонацией, до сих пор не выходили у меня из головы:
— Удачной вам телепортации, ученики.
Он сказал это так, будто знает то, чего не знаем мы.
Позади меня, кроме двух парней из Сатории, уселись брат с сестрой Гамзо: Грич и Кика. Впереди маячила тёмная макушка Ючи Хамады.
Мидори села справа от меня, а Джанко — слева. Две непримиримых ученицы постоянно косились друг на друга, морщились и всячески демонстрировали неприязнь. Если бы не Мичи и его постоянные шуточки, обстановка была бы намного напряжённее.
Хотя по большому счёту, атмосферу напрягал совсем другой человек — его взгляд я постоянно ощущал на своём затылке.
Горо Исима вместе с Джуном Цути устроились отдельно от всех и выбрали кресла в хвосте салона. Наверняка, Горо был уверен, что именно я уговорил Мидори бросить мать, а заодно и его, так что очередная разборка, но уже намного серьёзнее, ждала меня совсем скоро.
Сама же Мидори даже боялась обернуться, чтобы не встретиться с взглядом с Горо. Бледная и нервная, она постоянно дёргала ремень своей сумки, которую поставила на пол перед собой.
— Я бросила его, — прошептала она мне. — Он такого не простит.
— Разберёмся, — бросил я хмуро: другого ответа у меня всё равно не имелось.
С Горо однозначно надо было разбираться, иначе он не даст нам всем житья.
Верхолёт сделал круг над школой и устремился в сторону гор, набирая скорость для телепортации.
Джанко нервно выдохнула.
— Я никогда не летала на верхолётах… жутковато…
— Да это дело пяти минут, — заверил Мичи со знающим видом, хотя и сам впервые сел в верхолёт.
— Мичи прав, это не так уж и долго, — сказал я, наклонившись к Джанко. — Телепортируемся сразу в столицу, а потом…
Мой голос заглушил громкий треск, охвативший машину, будто она вдруг полопалась снаружи.
— Великий Бартл, что это?.. — напугалась Мидори.
Я и сам не понял, что это. Да и занервничал не меньше остальных.
В салоне показался стюард, бледный, как смерть.
— Всем оставаться в креслах! — Он поднял руку. — Не вставать! Ремни не отстёгивать! Это временные трудности с заклинанием телепортации…
Снова раздался треск, уже намного сильнее.
Стюарда бросило в сторону, верхолёт накренился, загудели сигналы тревоги, замигали красным лампы на потолке. Я успел лишь переглянуться с Мичи, застывшем в ужасе, а затем меня сжало ремнём безопасности от чудовищного удара.
По салону пронеслись синие молнии телепортации, крики заглушил скрежет и скрип корпуса верхолёта. Перед глазами вспыхнула слепящая желтизна, а потом всё поглотил мрак…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})* * *
— Кирилл! — Кто-то вцепился мне в плечи. — Мать твою, перец! Очнись! Надо валить!.. Кто-нибудь, помогите мне его вытащить! Эй! Как там тебя… финтифлюшка… помоги мне!
В ответ кто-то закашлялся и хрипло выкрикнул:
— Мой брат ранен!
Сильные пальцы опять вцепились мне в плечи и дёрнули так, будто вытряхивали душу.
Боль заставила меня распахнуть глаза. Передо мной, в клубах дыма и копоти, маячило лицо Мичи. Стиснув зубы, он вытаскивал меня из-под груды покорёженных кресел.
Увидев, наконец, что я очнулся, но пока что не до конца, Мичи забормотал, вываливая на меня всю информацию сразу:
— Мы в заднице, перец… мы в самом вонючем дерьме из всего дерьма во вселенной…
Я никак не мог встать на ноги, поэтому он продолжал тащить меня по разбитому салону верхолёта и бормотать:
— Пилоты погибли… стюард тоже… ещё трое учеников погибли… двое ранены… мы в таком дерьме, что лучше сдохнуть…
Перед глазами плыли серые пятна, но даже они не помешали увидеть, что творится в салоне: разруха, пламя, искры, копоть и дым.
Я кашлянул, пытаясь заговорить, но изо рта потекла кровь.
— Ты пока помолчи… сейчас сначала выползем из машины, и всё скажешь…
Он наконец дотащил меня до пробоины в корпусе верхолёта, и вместе мы вывалились наружу, на чёрный горячий песок.
Ощутив под ладонями дрожь земли, её гарь и жар, я медленно повернул голову и оглядел округу.
Чёрные безжизненные горы, горячий ветер и пыль, мёртвые вулканы и ямы, гигантские бездонные пробоины, из которых идёт дымок…
— Где мы? — спросил я шёпотом, хотя уже знал ответ, жуткий до мороза по коже.
— Заклинание телепортации было повреждено, — тихо отозвался Мичи. — Оно взорвалось прямо в кабине пилотов. Верхолёт потерял управление и телепортировался совсем не туда, куда мы отправлялись.
Он мучительно выдохнул и добавил мёртвым голосом:
— Это Земли Котлованов…
* * *
