– Сколько? – Спросила она хрипло. – И скажи мне, тебе понравилось? Мне даже не нужно спрашивать, было ли им хорошо, ведь я знаю, насколько ты талантлив.
– Боже… Мэри, – прошептал он. – Позволь мне обнять тебя. Господи, я бы убил ради этого.
– Ты больше никогда ко мне и близко не подойдешь. Так сколько? Две? Четыре? Упаковка из шести штук?
– Тебе, правда, нужны детали? – Его голос был мягким, грустным, обрывистым. Вдруг его голова опустилась и безвольно повисла. Он выглядел, как полностью разрушенный человек. – Я не могу… Я больше не буду этого делать. Я найду другой способ.
– Другой способ снимать напряжение? – Отрезала она. – Ты уверен, что не будешь спать со мной, так, может, воспользоваться собственной рукой?
Он глубоко вздохнул.
– Рисунок. У меня на спине. Это часть меня.
– Неважно. Сегодня я уезжаю.
Его взгляд метнулся к ней.
– Нет, не уезжаешь.
– Да, уезжаю.
– Я отдам тебе эту комнату. Тебе не придется меня видеть. Но ты никуда не пойдешь.
– Как ты собираешься остановить меня? Запрешь здесь?
– Если это потребуется.
Она отпрянула.
– Ты несерьезно.
– Когда у тебя следующее медицинское обследование?
– Это не твое дело.
– Когда?
Злость в его голосе, чуть охладила ее пыл.
– Э-э-э, в среду.
– Я удостоверюсь, что ты туда попадешь.
Она уставилась на него.
– Почему ты это делаешь?
Его плечи поднялись, потом вновь упали.
– Потому что я люблю тебя.
– Извини?
– Я люблю тебя.
Самоконтроль Мэри унесло прочь взрывом ярости такой силы, что она не могла выговорить ни слова. Он любит ее? Он не знает ее. И он был с другой… Гнев закипел с новой силой, когда она представила его с другой женщиной.
Внезапно Рейдж спрыгнул с кровати и подошел к ней, словно чувствовал ее эмоции и подзаряжался от них.
– Я знаю, что ты злишься, боишься, что тебе больно. Вымести это на мне, Мэри – Он схватил ее за запястье, чтобы она не могла убежать, но не мешал ее попыткам вырваться. – Используй меня, чтобы облегчить боль. Позволь мне почувствовать это своей кожей. Ударь меня, если нужно, Мэри.
Черт бы ее побрал, ей очень этого хотелось. Казалось, вся сила, внезапно родившаяся в ее теле, направлена именно на это.
Но она не животное.
– Нет. Теперь опусти меня.
Рейдж крепче обхватил ее запястье, и она снова начала вырываться из его сильной хватки, помогая себе всем телом, пока не почувствовала боль в плече. Рейдж легко утихомирил ее, повернув ладонь другой стороной так, что ее напряженные согнутые пальцы оказались сверху.
– Используй меня, Мэри. Позволь мне испытать эту боль вместо тебя. – В одно мгновение он провел ее ногтями по своей груди, а потом обхватил ладонями ее лицо. – Позволь мне страдать за тебя. – Его губы коснулись ее рта. – Отпусти свой гнев.
Да поможет ей Бог, она укусила его. Прямо в нижнюю губу. Просто впилась зубами в его плоть.
Когда что-то грешно прекрасное коснулось ее языка, Рейдж застонал в одобрение и прижался к ней теснее.
Мэри всхлипнула.
В ужасе от того, что только что сделала, испуганная тем, что могла сделать дальше, она попыталась вырваться, но он удерживал ее на месте, целуя, говоря, что любит, повторяя все это снова, и снова, и снова. Твердая, горячая длина его возбуждения уткнулась ей в живот сквозь полотенце. Он потерся об нее, его тело было полно грешным, бьющимся обещанием секса, которого она не хотела, но в котором нуждалась так, что все внутри нее сводило судорогой.
Она хотела его… хотя знала, что он трахал других женщин. Сегодня ночью.
– О, Господи… Нет… – Она мотнула головой, отворачиваясь, но он поймал ее за подбородок и вернул на прежнее место.
– Да, Мэри. – Он целовал ее яростно, его язык пульсировал у нее во рту. – Я люблю тебя.
Что-то внутри нее щелкнуло, и она оттолкнула его назад, вырвавшись из объятий.
Но вместо того, чтобы побежать к двери, она беспощадно уставилась на него.
На его груди виднелись царапины. Его нижняя губы была прокушена. Он задыхался.
Она потянулась вперед и сорвала полотенце с его тела.
Рейдж был чудовищно возбужден, эрекция была напряженной, огромной.
В эту безмолвную секунду она ненавидела его гладкую идеальную кожу, тугие мускулы, красоту падшего ангела. Но больше всего, она ненавидела его гордо стоящую эрекцию, эту сексуальную игрушку, которую он так часто использовал.
И все же, она хотела его.
Если бы у нее была хоть капля разума, она бы убралась подальше. Она бы заперлась в ванной. Черт, да она была бы просто в ужасе от его размеров. Но она вышла из себя, потеряла контроль. Она взяла его твердую плоть в одну руку, тугие комочки – в другую: ни то, ни другое не помещалось в ее ладони. Его голова откинулась назад, мышцы на шее напряглись, дыхание с трудом вырвалось изо рта.
Его дрожащий голос наполнил комнату:
– Делай все, что потребуется. О, Боже, я люблю тебя.
Она грубо подтолкнула его к кровати, позволяя идти только до тех пор, пока сама не бросила на матрас. Он упал на сбитые простыни, руки и ноги в стороны, словно отдавал всего себя ей, без всяких оговорок, без всяких ограничений.
– Почему сейчас? – Резко спросила она. – Почему сейчас ты хочешь заняться сексом? Или это не имеет никакого отношение к сексу, и ты просто хочешь еще крови?
– Я умираю от желания заняться с тобой любовью. И я могу сделать это сейчас, потому что я могу контролировать себя. Я… истощен.
О, какая прекрасная мысль.
Она покачала головой, но он оборвал ее:
– Ты хочешь меня. Так получи свое удовольствие. Не думай ни о чем, просто забери удовольствие.
Сходя с ума от желания, злости и отчаяния, Мэри задрала вверх свою ночную рубашку и оседлала его бедра. Но оказавшись сверху, взглянув на его лицо, она заколебалась. Она действительно собирается сделать это? Взять его? Использовать его, просто чтобы заполучить свое, не позволяя ему сделать то, на что он имеет полное право?
Она начала слезать с него.
Быстрым движением Рейдж приподнял ноги, и она упала ему на грудь. Его руки сомкнулись вокруг нее.
– Ты знаешь, чего ты хочешь, Мэри, – прошептал он ей в ухо. – Не останавливайся. Возьми то, что тебе нужно. Используй меня.
Мэри закрыла глаза, отключила созание и позволила телу действовать по собственному усмотрению.
Потянувшись к его бедрам, она взяла его в руку и тяжело пустилась вниз.
Они оба вскрикнули, когда она приняла его целиком.
Он был огромным внутри ее тела, растягивал ее так сильно, что казалось, она разорвется на куски. Она глубоко дышала и не двигалась, бедра были напряжены, пока она пыталась привыкнуть к нему.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
