читал письмо только что. Вспомни, какими действиями Анакаоны хотел испугать нас этот одураченный науа касик?
— Эта женщина послала своих людей на Кубу, на иные завоёванные нами острова. Желая переманить тех. кто хочет сражаться, но не под властью науа, а под командованием таких же таино, как они сами. И на Пуэрто-Рико, чтобы подтвердить мир с Орденом Храма. Только Борджиа и так не воюют с таино.
— Зато воюет империя Теночк, как и мы сами. Потому тлатоани и использует такую хорошую для него стратегию, как не дать своему нынешнему союзнику, племенам таино, стать слишком независимым. Ослабить и превратить не то в вассала, не то просто в слугу. В слуг, племён много, на разных островах. Анакаона, та не совсем умело, но пытается на живую нитку сшить племена. И использовать как опору того, с кем не враждует.
— Использовать тамплиеров, — согласно кивнул забывший о вине Колумб, начинающий понимать суть замысла. — И Чезаре Борджиа, этот странный император, он согласится. Его цель — лишить империю Теночк союзников и… И сейчас он старается отрывать от неё вассалов. Насильно сделанных такими, а не ставших добровольно. Поэтому не майя, а другие, токонаки.
— Тотонаки, но их название не важно, — отмахнулся Веласкес от несущественного с любой точки зрения. — Письмо будет важным и за него будут благодарны. Не твой отец, ему застит глаза ненависть и обида. Королева Изабелла Трастамара и император Чезаре Борджиа, вот кто должен его увидеть. Только второй ближе, а время очень важно сейчас. Ещё и Анакаона. Ты можешь её ненавидеть, я просто не любить, но она нужна живой и правящей этими проклятыми и доставившими нам немало бедствий таино. Лучше она, чем руки тлатоани, какие бы имена они не носили.
— Да… Тогда да! — окончательно решился сын вице-короля. — Бери это письмо и вези хоть Борджиа, хоть самому дьяволу. И переговоры с Анакаоной должны пройти так, как выгодно Испании, а не уязвлённому самолюбию отца. Иначе все мы многое потеряем, а получим только кровь, смерти и недовольство монарших особ.
Вице-губернатор Кубы довольно улыбался. Неожиданно для себя ему удалось вытащить из колоды такую карту, которая, если правильно её разыграть, способна будет сбросить в ничто все его прежние ошибки. Ошибки то прошлые, а услуга, оказанная сразу двум монархам, окажется в настоящем времени, о которой будут помнить и которая перебьёт прежние воспоминания. Он на это надеялся, а потому многое готов был сделать для воплощения задуманного в жизнь. А переговоры действительно пройдут так, как надо. Ему надо. Анакаона на них должна не просто остаться живой и невредимой, но и узнать о том, что рядом с ней поселилась не змея даже, а целый клубок ядовитых гадин.
Глава 6
Глава 6
1504 год, апрель, Папантла, империя Теночк
Долог ли путь в сорок, примерно, километров? На первый взгляд совершенно идиотский вопрос, на который имеется всем очевидный ответ. Ничтожное по любым меркам расстояние, которое обычному человеку легко даже пешком преодолеть за единственный день, к вечеру не слишком то и притомившись.
Так? А вот не совсем. Добавим к просто расстоянию откровенно паршивые дороги, тяжелый для европейца климат, необходимость двигаться не одному, а в составе не слишком многочисленного, но всё же войска. Вспомним очевидный факт — у этого самого войска есть ещё и обоз, в котором присутствуют как довольно тяжелые орудия, предназначенные для сокрушения стен вражеской крепости, так и разного рода припасы, в том числе порох, ядра, бомбы и прочая картечь. Добавим кое-какие инструменты, небольшой запас провианта и… Все? Ан нет, имелся ещё один значимый фактор — ожесточённое противодействие тех, кто не желал нашего появления под стенами города тотонаков под названием Папантла.
Науа, разумеется.Причём не те, которые только-только столкнулись с европейской манерой ведения боя. Увы, но то время уже окончательно и бесповоротно кануло в Лету. На неожиданность обычных для Европы воинских ходов ацтеков уже не купить, требовалось принимать их как успевших научиться. Ага, та самая неудачная осада Коба, знания о которой не могли не оказаться в головах командиров войск Теночка.
Шанс у них был по сути один — раздергать наши войска на не таком уж и длинном марше от Куйушкиуи к Папантла, совершая множество мелких уколов, а вовсе не устраивая серьёзное сражение. Благо дорога этому способствовала, равно как и цветущая буйным цветом «зелёнка» вокруг. Противоядие против подобного, конечно, имелось. Лечи подобное подобным! Вот и наше войско сразу после начала марша выплеснуло из себя множество малых отрядов, что должны были кружить вокруг, оберегая основу от вражеских наскоков, обстрелов и прочих пакостей. И особенно беречь орудия и повозки с порохом. Пусть у науа не было огнестрельного оружия, осути его и всех особенностях они прекрасно знали. Понимали и то, что достаточно поджечь бочонки с порохом и… И всё, финита ля трагедия, поскольку на комедию результаты подобной диверсии однозначно похожи не станут.
Малые отряды, да. Некоторая часть их была из числа храмовников, но большая из тотонаков, для которых эта местность была родной и знакомой с самого детства. Ощутимый фактор, дающий преимущество пусть перед тоже изучившим эти места, но не столь привыкшим к ним противником.
М-да, не зря кузницы в Куйушкиуи работали практически круглосуточно, «убивая» в ноль все запасы металла. Зато удалось снабдить многих тотонаков не только трофейными, снятыми с науа, но и свежесделанными доспехами, да и про оружие не позабыть. Вооружение по образцам, схожим с используемым в империи Теночк, но вместе с тем вносились и некоторые отличия, чтоб бойцы своего с чужим даже не думали перепутать. В частности, особого типа шлем, который в Теночке в принципе не использовался, защищающий большую часть лица. Хуже наших и вообще европейских, но… Кто вообще сказал, что вспомогательные войска вооружаются наравне с собственными головорезами? Ха, держите карман шире!
Ох и началась заварушка, едва только головная часть растянувшегося подобно змее войска отошла от укреплений и особенно артиллерийских позиций на достаточное расстояние. Науа! Они словно — а может и не словно, а действительно — ждали этого момента. Начался самый форменный адище, когда не было и нескольких минут покоя — исключительно остервенелая грызня тех самых малых и не очень групп — стремящихся напасть на боевые порядки движущегося к Папантла войска с одной стороны противостояния и защищающих боевые порядки с другой.
Никакой тебе пассивной обороны, она была бы заведомо проигрышной.
