ли не подумав о лазейке с бастардами, то ли нарочно оставив ее, чтобы поглумиться… Но супруги-то почему умирают?
– О чем вы так задумались, госпожа? Спать уже пора, – окликнула Мадита. – В самом деле, светает уже, эк мы заболтались-то!
– Верно, только не о том, о чем я спросила, – вздохнула я, отвлекшись от своих мыслей.
– Вы об обители? Тяжело вам там придется, – покачала она головой. – Нет, вас-то работать не заставят, как же, невеста самого князя! Но вот все прочее соблюдать придется: и на молитву со всеми вместе спозаранку вставать, и всякими душеполезными делами заниматься…
– Это какими же?
– Милостыню раздавать, да не просто так, а с напутствиями, – со вздохом ответила Мадита, – чтобы, значит, бедняки не попрошайничали, а сами добывали себе на пропитание. Будто они не добыли б, если бы могли! По правде говоря, жуликов и притвор хватает, но ведь и настоящие калеки да погорельцы есть…
– Ясно, это я как-нибудь переживу, – кивнула я, подумав, что напутствовать могу так, как учили дома, а не как положено. Правда, неизвестно, не накажут ли меня за подобное.
– И вольностей там не полагается, госпожа, – будто прочла она мои мысли. – Те дамы, которые сами приезжают, те, конечно, посвободнее себя ведут, но если это девочки молоденькие, которых в обитель отправили, чтобы их там научили послушанию, или невесты вроде вас… Шагу без пригляда не ступите! Не то что на конюшню, из комнаты-то выйти не позволят без разрешения, будете сидеть да вышивать, как знатной девице подобает. Или Книгу Создателя читать, если позволят, но это вряд ли, ее только хозяйка обители может брать, когда захочет, и остальным пересказывать…
Мадита помолчала, потом вдруг сказала:
– Уморят вас там, как пить дать уморят! С вами поеду, а то где ж это видано, чтоб невеста князя да без служанки…
– У тебя свадьба на будущей неделе, – напомнила я.
– Подождет та свадьба, – отрезала она. – Пусть будет, как Динк хочет, чтоб в один день с вашей. Уж успею и там и сям!
– Мадита… – Я потянулась к ней и обняла за крепкие полные плечи. – Сумеешь ты собрать мне припасов?
Она нахмурилась.
– Сумеешь или нет?
– Но, госпожа… – Мадита отпрянула, прижав руку ко рту. – О чем вы?!
– О том, что из обители у меня сбежать точно не выйдет, – ответила я. – Я не знаю тамошних порядков, и ты мне не поможешь. Там, надо думать, соглядатаев не меньше, чем в этом замке. Значит, времени осталось в обрез.
– Госпожа… а свадьба как же? – жалобно протянула она.
– Так ты-то выходи за Динка, – ответила я, – а я за Райгора не пойду. Жаль, нечего тебе подарить, у меня ничего своего нет. Хотя… Вот ее возьми, пускай твои дочки играют!
Я сунула ей в руки ту самую куклу.
– А как же вы… – Мадита прижала ее к груди и всхлипнула. – Куда вы…
– Не знаю пока, – вздохнула я. – Без денег далеко не уйдешь, но тут уж выбирать не приходится… Припасов соберешь мне, спрашиваю? Хоть сколько?
– Ведь найдут вас, госпожа, и вернут! И тогда вовсе глаз не спустят! – прошептала она. – А с нас с Динком головы снимут…
– С вас-то за что?
– Я не уследила! А он… кто ж другой вам Серебряного оседлает? Или вы пешком уходить собрались? Хотя какой там Серебряный, его за двойной перестрел узнают прежде, чем вас! Собралась она неведомо куда, без единой монетки, людей не знаючи…
– У тебя есть мысли получше? – невольно улыбнулась я.
– Есть, – сурово сказала Мадита и посадила куклу на туалетный столик. Фарфоровая головка склонилась набок, будто кукла с интересом прислушивалась. – Для начала не бежать впереди лошади! Прямо с утра никто вас никуда не повезет, надо ж вещи собрать, то да се, да дары хозяйке обители приготовить… Это уже какое-никакое время, хоть денек, да можно выкроить. А из тех даров и… позаимствовать.
– Дельно, – подумав, кивнула я. – Украшения-то у меня есть, которые старый князь дарил, но кому их продашь? Да и приметные они…
– Была б я ростом повыше, втрое худее да другой масти, могла б вас подменить, – досадливо произнесла она и пригорюнилась. – Под вуалькой-то да в карете лица толком не разглядишь, а в обители вас отроду не видели… А там, пока суд да дело… Я ж все тамошние ходы-выходы знаю, раз – и поминай, как звали!
У меня возник великий соблазн – дать ей свою маску или даже выкрасть другую, а потом…
Нет. Нет, не выйдет, мы слишком не похожи! И что, если эта маска Мадиту попросту убьет? Это меня она приняла, потому что я из рода Сайтор, но вот чужачку может и прикончить! Да и что толку: даже если Мадита не побоится примерить мое лицо, как с фигурой-то быть?
Умела б я колдовать, так замаскировала бы ее… Или даже куклу! Слышала ведь я сказки о волшебниках, способных оживить неживое и заставить действовать совсем как человека! Но где там…
Что ж… Придется действовать иначе. Сложнее всего раздобыть денег, но если не выйдет, уж как-нибудь вывернусь. Украшения, хоть и скромные, девичьи, можно на что-то обменять. Припасов достать проще всего, а вот конь… без коня далеко не убежишь. Значит, нужно будет увести с конюшни хоть какого-то. Лучше бы Серебряного, да Мадита права – слишком редкая масть, княжеского жеребца сразу узнают!
А может быть… Я прикусила губу, задумавшись, потом спросила:
– Мадита, ты сумеешь достать мне дорожный костюм Райгора?
– Пожалуй, но…
Она осеклась, явно поняв, что пришло мне на ум.
– И скажи, почему ты решила мне помочь? – спросила я. – Или хочешь узнать, что я задумала, да к Райгору побежишь?
– Скажете тоже, госпожа! – вспыхнула Мадита. – Просто… не зря вы сегодня про княжеское семейство расспрашивали, ох не зря! Не будет вам жизни ни в обители, ни в замке… Я ли не помню, какой вас привезли! И что от вас осталось?
– О чем ты?
Вместо ответа Мадита погладила мою косу.
– Таких, как вы, госпожа, взаперти держать нельзя, – серьезно сказала она. – Добра не жди.
– Пожалуй, – невольно усмехнулась я.
– Если уж что… нас с Динком не забывайте, госпожа!
– Не забуду, – ответила я.
Глава 8
Наутро (а по правде говоря, ближе к полудню) мне передали распоряжение князя Райгора: готовиться к отбытию в обитель. Сам он умчался по делам: траур ли, гости ли, а все же он предпочитал своими глазами видеть, что творится в округе. Вот это было нам как нельзя более на руку: князь собирался отсутствовать
