в реальный мир.
В реальном мире я стоял с клинком в руках, который чем-то напоминал извивающийся живой свет. Немного расслабившись, я позволил духовной энергии развеяться, и на месте куска света теперь был уже хорошо известный мне цзянь. Он почти не отличался от того, что был у меня до этого. Единственное, что было немного другим — это наличие цепей на рукоятке, а также белых линий по центру самого лезвия. А так… он совсем не изменился.
— Вот и все! — проговорил громко Нимая Оэцу. — Твой занпакто готов!
— Спасибо, — кивнул я ему на это и сделал несколько пробных и очень аккуратных движений. Затем я спрятал его в ножны и погладил по ручке. Клинок отозвался приятным теплом и готовностью сражаться в любой момент.
— Вижу, что ты стал понимать собственный занпакто лучше, — сказал мужчина, внимательно окидывая меня взглядом. — Жаль только, что я теперь не смогу никак узнать о его состоянии.
— Кстати, я всё хотел узнать, — решил наконец-то поинтересоваться у него. — Ты же можешь отслеживать занпакто шинигами?
— Конечно, — сказал тот с легкой гордостью. — Я знаю, где каждый занпакто, который я создал.
— Даже когда Айзен прятался в здании Совета 46? — поинтересовался я у него.
— Даже тогда, — хмыкнул он.
— Понятно, — кивнул на это. — Тогда как насчет Куросаки Ичиго?
— А вот местоположение его занпакто мне неизвестно, — выдохнул создатель занпакто. — Все дело в том, что его оружие не создано из асаучи. У него несколько другая природа.
— Вот как, — протянул на это уже я. — Ну ладно…
— Ты думал, что я помогу вам в поисках Куросаки, но нет… мне, если честно, было бы очень интересно изучить его клинок, — сказал мужчина, поправляя очки и расплетая собственные волосы. Они снова вернулись в форму непослушной гривы.
— Да, у всех много вопросов к нему, — добавил в ответ я, а затем завершил разговор. — Хочу еще раз поблагодарить за работу над моим занпакто. Уверен… многие сильно удивятся новыми возможностями моего клинка.
— А то! — довольно сказал тот. — Ты точно сможешь устроить… СУПЕР ШОУ! Йоу!
Мне оставалось только покачать головой на это, потому что я даже не знаю, что мне сказать в ответ. Ну что мне говорить на такое возбуждение? Ладно, если бы это была какая-то девушка… Тц…
— Спасибо, — еще раз проговорил я ему, не обращая внимания на странный танец, который он пытался исполнить.
— Тогда, время тебе отправляться дальше! — наконец-то проговорил Нимая. — Тебя уже ждут на примерке! Становись сюда.
Он указал на уже знакомую возвышенность. Я спокойно на нее встал. Оэтцу взял свой молот, завертел им, создавая огромный и тяжелый звук лопастей. Через мгновение он опустил молот на другую возвышенность, и меня резко, как никогда до этого, швырнуло высоко в небо.
— Высоко лети! — прокричал Оэтцу. — Солнце принеси-и-и-и-и!
После этого я перестал его слышать, но все еще продолжал лететь в спокойствии и даже каком-то расслаблении. Когда я достиг высшей точки, я начал медленно и спокойно планировать. В этом нет ничего сложного, просто нужно немного контролировать духовные частицы в окружающем пространстве. Спокойно приземлившись на каменную поверхность, я осмотрелся.
Мгновенно передо мной раскрылась красная дорожка. Она тянулась далеко, прямо к еще одному месту, похожему на дворец. Если меня приглашают, то кто я такой, чтобы отказываться пройтись по этой дорожке?
Шагать было недолго, потому что как только я ступил на красную дорожку, она рванула под моими ногами с большой скоростью, затягивая в здание. Внутри ощущалась сильная духовная энергия, которая выглядела и ощущалась нейтрально.
Когда я оказался внутри, мои глаза мгновенно уловили образ женщины, возвышающейся на троне. Вокруг неё, как волшебная паутина, раскинулись целые рулоны ткани самых разных цветов и узоров, свисая с потолка и стен, создавая ощущение погружения в другой мир. Ткани казались такими яркими и живыми, что словно танцевали в легком воздушном потоке, создаваемом движением вокруг трона. На самом троне восседала Сенджумара Шутару. Длинные черные волосы Сенджумары падали вниз волнами, словно темная вода ночного ручья. Ее голову украшало величественное золотое украшение в форме полумесяца, от которого отходило множество золотых полос, придавая ее образу величественный и несколько мистический вид.
Одета она была в белый хаори с длинными рукавами, под которым скрывалась форма шинигами. Поверх хаори Сенджумара носила необычной формы белую накидку, которая добавляла ей воздушности и величия. Эти слои одежды элегантно сочетались с ее тонкой фигурой, подчеркивая каждое движение. На ногах у нее были окобо с очень толстой подошвой, что делало ее чуть выше, чем она была на самом деле.
— Привет, Хитоши, — проговорила она и немного наклонила голову. — Снимай всю свою одежду.
— Так быстро? — удивился я и решил немного пошутить. — А как же первое свидание? Как же первый поцелуй?
— Или ты снимешь одежду, или я сама с тебя её сниму, но тогда… и о своём младшем брате можешь забыть, — сказала Сенджумару с какой-то странной ухмылкой.
— Тц, ладно, пусть будет так, — ответил я. — И не нужно мне угрожать таким! Некоторым это может очень сильно не понравиться.
Я спокойно и без особого стыда скинул одежду. Всю одежду… оставаясь полностью нагим. Если честно, то особого стыда за себя я не ощущаю.
— Да у тебя… чертова штука там, — проговорила женщина с каким-то большим интересом и смущением. Но её глазки так и оценивающе рыскали по моему дружку. Одно только желание — и он восстал, готовый к любой битве.
— Хочешь ощутить? — задал я ей вопрос. В этом контексте… это было пошло. Да.
— Извращенец! — проговорила она. — А как же первое свидание?! Ты сам об этом говорил.
— Всё-всё, — поднял я руки. — Тогда как насчет провести время вместе? Мы можем прогуляться…
— Сразу приглашаешь на свидание? А? — поинтересовалась она уже более спокойным тоном. — Мне это не интересно. Сейчас я должна пошить тебе новую одежду. А значит… мне нужно снять мерки с твоего тела.
— Ладно, — выдохнул я, тоже откидывая шутливый тон в сторону. — Тогда за дело.
Следующим мгновением вокруг неё начали летать самые разные инструменты для снятия мерок, и все они контролировались руками из костей. После этого она повернулась к какой-то черной ткани, развела руки и начала что-то очень активно делать, при этом напевая какую-то странную песенку:
— Чипи-чипи, чаба-чаба, дуби-дуби, даба-даба…
Не знаю, что она напевает, и желания вслушиваться или разбираться нет от слова совсем. Через некоторое время она взмахнула тканью и резко её перевернула. В тот же момент три её костяные руки снова занялись моими замерами, а затем вернулись обратно к работе с тканью. Было
