Читаем без скачивания Инквизиция: Омнибус - Дэн Абнетт

— Небольшое утешение, — добавил Клют.

Двери огромного зала содрогнулись и затрещали. Офицер указал бледным пальцем на Чевака.

— Скажи сейчас же, иномирянин, иначе ты труп.

— Это я-то труп? — возмутился Чевак. — Ты бы в зеркало посмотрелся.

Офицер Освобожденных выхватил из кобуры ржавый болтпистолет и в гневе выстрелил в высшего инквизитора. Чевак тут же превратился во вспышку радужного света, выскользнул из-под смертоносного потока снарядов и взбежал на гору монет рядом со столом. Болты врезались в чудовищное тело леди Крульды, один попал в висок и положил быстрый конец ее людоедским пиршествам.

Офицер предателей забулькал от гнева, что остальные Освобожденные восприняли, как приказ открыть огонь. Их потемневшее от времени оружие окатило выстрелами апартаменты правительницы, раздирая дорогие шелка, картины и мебель. Сапоги Чевака начали погружаться в денежную кучу, монеты покатились вниз, и гора начала оседать, точно песчаная дюна. Затряслись и обрушились башни из монет, погребая авангард солдат Нургла под лавиной золота и серебра.

Тут замелькали топор, серворуки и мехадендриты Торкуила, отсекая стволы автоганов, расшвыривая совращенных Хаосом гвардейцев и прожигая в кадианских культистах такие дыры от плазмы, что те разваливались напополам. Безоболочечные пули Освобожденных бессильно рикошетили от силовых доспехов Реликтора, поэтому некоторые чумные солдаты обратили древнее оружие против слепой варповидицы. Космический десантник в считанные мгновения оказался рядом, обхватил девушку, создав вокруг нее непробиваемый щит, и принял на себя ураганный огонь, вынося ее из гущи битвы.

Один из сержантов с лицом-гнойником двинулся на Клюта, сжимая в кулаке цепной меч. По пути ржавое от крови оружие срезало головы все еще сидящих за столом аристократов Шпиля, четверо бледных гвардейцев шли следом.

Клют вскинул свой обрез и осыпал Освобожденных солью и серебром, отступая за трон леди Крульды. Там, куда попадала благословенная дробь, плоть предателей пузырилась и дымилась, но пистолету было не под силу остановить их продвижение. Склизкая плоть просто поглощала выстрелы, будто бесчувственная глина.

Клют скривился, когда новые очереди ударили по колоссальному трупу леди Крульды и ее деревянному трону. Инквизитор увидел, как Гессиан следит за врагами из-за ящика с адамантиевыми слитками. Освобожденные приближались, поливая все перед собой пулями, и инквизитор вновь принял решение, тяжким грузом легшее на душу. Выплюнув первые несколько строчек освобождающих заклинаний, выученных у Фалангаста, Клют вернул демону толику его нечистой силы.

В тот же миг ощутив прилив энергии, Гессиан окутался тонким мерцающим покровом эфирного пламени, и его глаза вспыхнули золотым светом. Освобожденные ринулись навстречу демонхосту, из ладоней которого хлынул поток адского огня, сжигая гвардейцев-предателей на месте. Когда Гессиан опустил руки и дьявольское пламя погасло, Клют уже успел перезарядить пистолет-дробовик и рискнул выглянуть из-за трона. Похожий на труп сержант и его солдаты практически не пострадали. Рваная, вспухшая плоть побурела и покрылась ожогами, но распухшие конечности и гнилые лица уцелели в сверхъестественном пламени. Даже аблютрафурские бронежилеты почти не пострадали, их только опалило в нескольких местах. Клют вздохнул. Лицо Гессиана перекосилось в смятении и от потустороннего гнева.

Освобожденные между тем направили древнее оружие на демонхоста, а сержант выхватил цепной меч, чтобы сразиться с существом. Гессиан снова спрятался за ящиком и вновь поднял руки, на сей раз обратив ярость адского пламени на слитки. Куски чистого адамантия полетели в Освобожденных, сокрушая кости и вышибая мозги этим пародиям на гвардейцев, пробивая и броню, и прогнившие тела.

Стены у дверей большого зала поддались, и огромные металлические створки рухнули на пол, придавив собой еще двоих гвардейцев Нургла. В проем хлынула волна безумцев, словно единое, огромное существо, состоящее сплошь из запавших глаз, скрежещущих зубов и окровавленных ногтей. Каннибалы наводнили зал и начали бросаться на все, в чем только билось сердце. Первая волна замедлилась, пожирая гвардейцев у входа и аристократов, как живых, так и мертвых, и это дало Клюту и Гессиану время, чтобы добежать до Эпифани, Торкуила и высшего инквизитора на другой стороне зала.

Отряд вслепую помчался сквозь губернаторские покои, залы и комнаты, а сзади грохотали остатки Освобожденных, возглавляемые офицером. К счастью, стреляли они назад, во вторую волну каннибалов, которая хлынула из бокового прохода и устремилась за ними.

Ввалившись в двери главной опочивальни, Чевак и его свита перебрались через укрепленную кровать леди Крульды и к ужасу обнаружили, что дворец кончился. Они оказались на просторном балконе, с которого открывался лучший вид в городе — на разрушенный пожарами улей и вонючие болезнетворные болота вокруг. Чевак перегнулся через изящную балюстраду и с замиранием сердца увидел, что вселяющее ужас расстояние до основания башни — это только начало отвесного склона. Там, где заканчивались дворец и Шпиль, еще на километры тянулись виллы и звездоскребы, поднимающиеся из сплошного переплетения фабричных труб и дымоходов в подножии города. Высший инквизитор поднял взгляд, разглядывая самоубийственно крутой отрезок стены, отделявший балкон Крульды от посадочной платформы ее персонального челнока. Будучи планетарным губернатором, а также владычицей улья Аблютра, она должна была периодически наносить визиты правителям соседних ульев.

— Хотите жить — лезьте, — сообщил Чевак, вскочил на балюстраду и уцепился за готическую горгулью, торчащую из стены Шпиля. Если бы только было время, чтобы придумать какой-то другой план. Но когда их преследовали до зубов вооруженные Освобожденные, а голодные до человечины орды бесновались позади, ничего не оставалось, кроме как карабкаться наверх.

По счастью, архитектура Шпиля была весьма вычурной и изобильной на всевозможные украшения, статуи, барельефы и горгульи, за которые могли цепляться даже неискушенные скалолазы. Чеваку помогала молодость, а Гессиан безо всяких усилий полз по стене, сам похожий на горгулью. Клюту было довольно сложно не представлять самого себя, хватающегося за воздух и падающего с самой верхушки улья, но ему помогали карабкаться дальше иные образы — видения каннибалов, пожирающих его внутренности. Эпифани могла не беспокоиться насчет головокружения, слепота стирала разницу между покорением Шпиля и подъемом по лестнице на палубу «Малескайта». «Отец» тихо парил над ней на маленьком антиграве, и его увеличительная оптика позволяла варповидице ясно видеть, за что держаться. Легче всего, пожалуй, было Реликтору, несмотря на наибольшую массу. Он полз по Шпилю, будто бионический паук, цепляясь за выступы мехадендритами и руками в латных перчатках, а если подходящего выступа не было, просто вонзал сервопридатки прямо в камень.

Чевак перемахнул через край посадочной площадки, мысленно благодаря Клюта за охотничьи сапоги и их нескользкие подошвы. Высший инквизитор протянул руку другу и помог ему взобраться на платформу. Тяжело дыша после подъема, они огляделись и с ужасом поняли, что личного челнока леди Крульды не было на месте. Неудивительно. Когда продовольственный кризис достиг пика и начались голодные бунты, люди любой ценой старались достать хоть какое-то летательное средство, чтобы сбежать от бедствий города-улья.

Через несколько секунд к инквизиторам присоединились Торкуил и Гессиан. Чевак встал и посмотрел вниз, на путь, который они преодолели. На балконе толпились разъяренные деграданты, которые уже пытались повторить их восхождение. Выхватив болтпистолет, технодесантник открыл огонь по лезущим по стене каннибалам, и вниз посыпались сбитые болтами живые скелеты. Подняв взгляд, высший инквизитор увидел лишь украшенную скульптурами колокольню и болезненного цвета облака, до которых почти что дотягивался острый шпиль башни. Теперь дворец закончился по-настоящему.

— Где Эпифани? — Клют уже был на ногах и осматривал посадочную площадку. Позади Чевака появился «Отец» и завис над платформой. Следом из-за края показалась голова Эпифани, и Клют расслабился. Через считанные мгновения он снова напряженно сжался, увидев за ней разлагающиеся черты офицера Освобожденных. Именно он тащил девушку с собой на последних метрах мучительного подъема. Офицер перевалился через край платформы, и к нему тут же ринулись демонхост, космический десантник и оба инквизитора. Полы шинели захлопали на ветру, когда Освобожденный встал на краю площадки, сжимая в одной гниющей руке Эпифани, а в другой — ржавый болтпистолет. Гвардеец приставил ствол к ее виску, и его противники тут же застыли.