Богвар звучно расхохотался. Под укоризненным взглядом жены охотник притих, но лукаво подмигнул Редару, украдкой улыбаясь в курчавую бороду.
Раймика, не смутившись, продолжила рассказ:
– Однажды он примчался к людям, совершенно невменяемый: кричал, рвал на себе волосы. Его долго не могли успокоить. Из Угрюмых скал вернулись мужчины с мена, сказали, что видели на тропе патрульные шары смертоносцев. Вот тут-то Крегга и прорвало. Оказывается, он пошел в пещеры с женой, рассчитывал выменять немного ткани – Юкка хотела сшить себе накидку. На тропе счастливую парочку нагнал паучий шар. Крегга он сбил с ног волной страха, и тот, беспомощный, наблюдал, как смертоносец забирает его жену. Она была стройная, легкая, как пушинка. Паук закинул лишившуюся чувств Юкку на спину и взмыл в воздух. Когда охотник пришел в себя, никого рядом не было.
Раймика остановилась, опасаясь, не слишком ли растревожила незаживающую рану в душе Редара.
– Что было дальше? – спросил юноша. Отозвался Богвар:
– Дальше Крегг хотел с голыми руками броситься на штурм города смертоносцев. От нас к закату в трех днях пути – целая паучья страна. Говорят, там правит огромный и страшный паук, Младший Повелитель Третьего Круга. Не знаю, люди много чего болтают…
– Ты этому не веришь, Богвар? И Жиллер, беглец из города Младшего Повелителя, об этом рассказывал… И старого Кордага жена говорит, что кто-то из пещер тайком пробирался в город смертоносцев, – а ты все не веришь?
– Ладно тебе, Раймика, не заводись… Может, и верю. Вот и Крегг верил, и в тот день мужчины еле его удержали. За ночь он поседел, голова стала белой, как шерсть пустынной крысы перед линькой. А через пол-луны он пропал. И никто не слышал о нем почти пятнадцать дождей. Люди уж было решили, что Крегг таки сорвался громить город смертоносцев и где-то там и погиб. Многие у нас его жалели, но увидеть в живых не надеялись. И вдруг он возвращается! Его поначалу даже не признали – был стройный парень, сильный, смелый, охотник из охотников, а вернулся сгорбленный старик с безумными глазами. И говорит только об одном: я, мол, знаю теперь, как всех смертоносцев извести. Дайте, говорит, только срок – ни одного не останется. Вот тогда-то его и стали сторониться. Он поселился в старой норе, где уж давно никто не жил – до воды далеко, да и вообще… Там и живет один и, похоже, к людям особенно не тянется… – Но ведь вы же, уходя в пустыню, – перебила Раймика, – постоянно его встречаете?
– Да, кто-нибудь из охотников то и дело с ним сталкивается. Особенно если подошла очередь охотиться в глубине пустыни, за Близнецами, как вот сегодня, например. Его там часто можно встретить. Мы поначалу думали, что он тоже охотится, радовались даже, что он самое бесплодное место выбрал. А потом Кребус как-то сказал мне: «Крегг-то совсем не на охоту в пески ходит!». «А за чем же еще», – спросил я. «Он там что-то ищет, и пусть скорпион отгрызет мне ногу, если я знаю что!» Действительно, с тех пор мы много раз видели, как он возвращался из-за Близнецов с двумя плетенками в руках. Но воды в тех местах нет и никогда не было, так что мы все недоумевали, что же он таскает в этих плетенках? А потом Зинвал рассказал, что встретил Крегга на мене в Угрюмых скалах. Что обычно выменивают нам пещерники? Тканый паучий шелк – очень уж хорошо они умеют его выделывать, – сок-дурман ортиса, горючее масло земляных орехов.
– Вон, – Раймика указала пальцем на ямку в каменистой стене норы, полную маслянистой жидкости, в которой плавал какой-то высушенный стебель. Вверх по стене тянулась жирная черная полоса. – Масло горит долго, почти без запаха. Удобно.
Редар удивился – у него дома жилища освещали только медленно тлеющими угольками из высушенных стеблей кактуса гувару. Дом! Мама! Снова полоснуло что-то, как ножом, но юноша не показал виду: не хотелось зря расстраивать Раймику.
– Ну вот, – продолжал Богвар, – все это наши меняют на еду. Им-то хуже, чем нам. Людей много, а вокруг безжизненные скалы – каждый кусок мяса на счету. Зинвал как раз удачно выменял, идет довольный, а ему навстречу – Крегг. Зинвалу интересно стало, что отшельник будет у пещерников торговать. Смотрит, а тот все, что принес, выменивает на глинянки с ореховым маслом. Зачем-то ему нужно было именно пять штук. Пещерник не соглашается: мало, говорит, за это могу только четыре дать. Тогда Крегг достает плетенку с водой, кладет сверху и говорит: «Этого достаточно?» Пещерник аж сел от удивления. Зинвал тоже. А когда нам это рассказывал, говорит: вконец рехнулся Крегг. Додуматься надо – на светильное масло воду менять! А пить что будет? Масло?
– А зачем ему столько масла?
– Да-да… Вот и Зинвал спросил: «На что тебе масло?» А тот только мазнул по нему безумным взглядом своим и снова любимую песню завел: «Смертоносцев убивать буду!»
Редар как можно более безразличным тоном спросил:
– Ты не покажешь, где живет этот самый Крегг?
– Покажу. Только зачем тебе?
– Так. Интересно. Вдруг он и правда может убивать смертоносцев.
Пустынник смотрел в пол и не заметил, как Богвар и Раймика над его головой тревожно переглянулись.
ГЛАВА 2.
ЛЕГЕНДЫ ПЕСЧАНОГО МИРА.
Свободные пустынные охотники любят послушать новости из-за границ своего маленького мирка на краю пустыни. Их приносят бродяги-одиночки, лишенные постоянного дома, но немало зато повидавшие, или беглецы из паучьих земель. Передают из уст в уста и легенды об Иваре Сильном, о Скапте Хитром, а с недавних пор еще и о путешествиях Великого Найла, который стал царем людей. Но до этого он исходил почти весь Восход и весь Юг. И мало осталось мест на свете, где бы не оставил свой след Великий Посланник Богини!..
Десятки легенд сложены о его приключениях. Одна из самых известных и любимых – о походе в страну муравьев, где Найл побывал еще совсем юным. Как в любой легенде, в ней много невероятного. Например, рассказ о том, как Найл с братьями были свидетелями войны между двумя муравейниками. Красные бились с черными. Уже здесь кроется какой-то подвох. Ну, кто, в самом деле, видел красных муравьев? На краю Великой пустыни водятся только черные – других никогда и не было. Еще, вроде, у Дельты можно встретить рыжих муравьев… Но это все только легенды и слухи, ибо свободных людей, кто добрался до Дельты и вернулся оттуда живыми раз-два и обчелся. Большинство гибнет в пути, те же, что выживают, предпочитают остаться там навсегда.
А беглецы из паучьих городов чего только не рассказывают – у страха, как известно, глаза велики. Ведь там, всего лишь в четверти дня пути по морю от Дельты, находится зловещий город Главного Смертоносца-Повелителя. Огромные мрачные строения, похожие на безжизненные, равнодушные скалы, вздымаются на невероятную высоту, а меж ними…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
