Спать! Спать! Хррр!.. Ну что разлеглась тут, всю койку заняла… Ну перестань… ну что ты мне ногами в рот… Ну что — «улетай, туча, улетай»…Сама с койки улетай… Хррр! Сама туча… Ой, а ноги холодные!.. Алк, ты чего — замерзла, что ли? Ну, иди под бочок, я тебя согрею… Хррр! Алка, ты что, не брилась сегодня? Ой, борода какая… Хррр!.
Хррр! Это ты тут сковородкой гремишь? Ой, какая ты хозяйственная, я думал, ты только поешь. Хррр! Алк, а чего ты одна чавкаешь? А мне кусочек? Ну положи мне в ротик, вот я раскрыл. Хррр! У-у, цыплячья ножка… Импортная, что ли. Пять пальцев на лапке… Хррр! И в носках… А жесткая — не укусишь!..
А? Что? Кто? Ой, простите, дедуля! А вы не суйте ноги — вам не будут кусать!
Все-все, спать, спать! Хррр! Дзз! Дзз! Я «Орел»!.. Пикирую… Хррр! Второй пилот, кажется, убит… Хррр! Точно, убит, у него уже… ноги холодные… Хррр! Разрешите покинуть самолет… Прыгаю! Дергаю кольцо, парашют не раскрылся… Хррр! Пробую открыть запасной, дергаю! Еще дергаю! Еще! Земля рядом! Чувствую сильный удар!..
А, что? Ты чего дерешься, дед, отдай парашют… Фу… Да на, забери свои трусы — ни один сон досмотреть не дают!..
За солью…
Сейчас страшно что делается — один разврат на уме! Причем бывает, знаете, внешне не подумаешь даже…
У меня тут жена во вторую смену работала, а я дома никак соль найти не могу.
Захожу к соседке, оперная певица, ну казалось бы!
Спрашиваю:
— У вас соли нет?
А у нее, видимо, одно на уме. Она мне:
— Мне это кажется странным: прийти за солью в час ночи…
Я говорю:
— Как раз ничего странного: где я еще в час ночи соль возьму? Конечно, если я вас разбудил…
Она говорит:
— Нет, я не спала, я с Рабиндранатом Тагором валялась…
Представляете? Вот тебе и певица! Прямо так и сказала! Ничего не стесняется! Мне потом мужики во дворе объяснили: Тагор этот — писатель индийский! Конечно, чего ей с нашими-то?
А тут у меня жена в первую работала, ну, я с утречка к соседке…за солью. Я уже руку к звонку протянул, слышу — мужик какой-то за дверью: «Отдохнули? Теперь ложимся на коврик, на счет «раз» подняли ножки, на счет «два» развели…
Ну, я все-таки позвонил. Певица открывает как ни в чем не бывало…
— Извиняюсь, — говорю. — Как интересно получается: индиец, а говорит без акцента…
— В каком смысле? Какой индиец?
«Какой»! То есть у нее их, видно, несколько, просит номер уточнить…
Я говорю:
— Ну тот, с кем вы в прошлый раз, извините, валялись — Рабинтранат Ткгор…
— Рабиндранат Тагор? Он же умер…
И я смотрю кругом — действительно, нет его нигде…
— Вы, — говорит, — меня, наверное, в прошлый раз не так поняли…
Чего уж тут не понять — насмерть замучила… Индийцы, видно, хиляки против наших-то баб…
А она говорит:
— Извините, что вам нужно? Я устала, всю ночь не спала…
— Да? А что так? — спрашиваю.
— Да всю ночь Жоржик мешал! Он на диван лез, а я его все сгоняла, сгоняла…
— А чего это вы его сгоняли, Жоржика этого?
— От него шерсти много…
— Грузин, что ли? — спрашиваю.
— Нет, — говорит, — сибиряк…
Ну, мне-то что? Взял соль и пошел.
Целую пачку дала. Чтоб я подольше не приходил. Ну, мне этой пачки все равно только на три дня хватило — тут как раз жена в отпуск уехала, я опять за солью…
Открывает дверь… Я даже поздороваться не успел — у певицы прямо в передней для меня уже целый мешок приготовлен…
— Вот ваша соль, и до свиданья. Извините я очень занята…
И слышу я: где-то в ванной вода льется…
— Стираете? — спрашиваю.
— Нет, — говорит, — это водопроводчик…
— Водопроводчик? А почему он у вас… моется?
Певица покраснела вся:
— Он не моется! Он кран меняет! Что у вас за мысли такие!.. Как вам не стыдно!..
Я говорю:
— А мне-то почему стыдно должно быть? Я у себя водопроводчиков не купаю…
Только дверь за мной закрыла, слышу ее голос: «Вам белье не мешает? Может, снять?» Вот такая певица…
Ну, мне-то что? Взял мешок соли и пошел… Ну, на сколько здоровому мужику мешка соли хватит? Я утром опять к ней… И слышу за дверью мужской голос: «Раздевайтесь, сейчас я вас послушаю
Звоню — она мне прямо с порога:
— Мне сейчас некогда, меня профессор слушает.
Я говорю:
— Профессор? Из консерватории? Хотя, конечно, сейчас главное не песня, а фигура. Ну, не буду мешать, идите раздевайтесь…
Она:
— Да что у вас такие грязные мысли?! Это профессор медицины! Он мне бронхит лечит! Сейчас укол будет делать!..
Я говорю:
— Это, конечно, не мое дело — я за солью пришел, но если вы порядочная женщина, пусть колет через пальто. Или из другой комнаты. Он оттуда руку протянет, вы отсюда — на кушетке подъедете.
А она мне:
— Все сказали?
Я говорю:
— Пока все…
— Тогда, — говорит, — вот ваши три мешка!..
Ну, я (этими тремя мешками еле до утра дотянул. Звоню в дверь, открывает, улыбается:
— Ну что, опять соли? Признайтесь, что для вас это только повод! Ладно, проходите, раздевайтесь, я сейчас..
И пошла куда-то в сторону спальни. Я себе раздеваюсь… Откуда я знал, что она только пальто имела в виду? Разделся так основательно…Чем, думаю, я хуже Рабиндраната Ткгора?. Повесил аккуратно так брюки на стул..
Тут она из спальни выходит… с дробовиком:
— Соли тебе? Получай, чтоб надолго хватило!
Как дала из двух стволов… Я еле выскочил, тут уж не до брюк, сами понимаете! Подбегаю к своей двери…
Чу, кто знал, что жена как раз в эту минуту вернется?
Я ей честно говорю:
— Маш, ты там не подумай чего — я просто к соседке за солью ходил…
Но эти женщины разве поймут? Сейчас такое время — у них один разврат на уме!..
Мутант
— Сэр, — сказал помощник Президента, — газета из одной шестой части света. Обратите внимание на эту заметку, сэр…
Президент удивленно поднял глаза. Одна шестая часть света уже давно никого не интересовала: после очередной короткой оттепели там снова наступил застойно-ледниковый период… Пожав плечами. Президент углубился в газету. Там под рубрикой «Это интересно» какой-то врач «неотложки» рассказывал об интересном случае из своей практики: неделю назад он по ошибке вкатил некоему Гудкову укол, совершенно забыв, что перед этим колол тем
