— спросила Крис у Шарон.
— Где-то в двенадцать,— попыталась припомнить Шарон.
— А когда вернутся Уилли и Карл?
Крис отпустила их до вечера.
— Часов в семь,— ответила Шарон.
— Ма, пошли в кафе, а? — попросила Риган.— Можно?
Крис взяла дочь за руку, притянула ее к себе и поцеловала.
— Беги наверх, одевайся, сейчас пойдем.
— Как я тебя люблю!
Риган выбежала из комнаты.
— Малыш, надень новое платье! — крикнула ей вдогонку Крис.
— Тебе хотелось бы опять стать одиннадцатилетней девочкой? — задумчиво спросила Шарон.
— Это предложение?
Крис глянула на письма и начала безразлично раскладывать исписанные листки.
— Ты его принимаешь? — настаивала Шарон.
— Со всеми заботами, которые у меня сейчас? И со всеми воспоминаниями?
— Да.
— Ну уж нет.
— Подумай хорошенько.
— Я думаю.— Крис подняла письмо с прикрепленным впереди конвертом. Джаррис. Ее агент.— Кажется, я просила его пока ни о чем мне не писать.
— Прочитай,— предложила Шарон.
— А что такое?
— Я читала его сегодня утром.
— Что-нибудь хорошее?
— Великолепное. Они хотят взять тебя режиссером,— ответила Шарон и сделала очередную затяжку.
— Что?!
— Прочитай письмо.
— О Боже, Шар, ты не шутишь?
Крис вцепилась в письмо и начала жадно пробегать его глазами: «...Новый сценарий... триптих... студия просит сэра Стефана Мора... При наличии согласия на...»
«Я буду режиссером!» Размахивая руками, она заверещала от радости:
— О Стив, ты ангел, ты не забыл!
Они снимали какой-то фильм в Африке. Он здорово напился. Сидя в шезлонге, на закате дня, Стив как-то сказал ей, что ему нравится работа актера. «Ерунда,— ответила Крис.— Ты знаешь, что такое настоящая работа? Самому ставить фильмы!» — «Согласен».— «Надо сделать что-то свое собственное, я имею в виду что-то такое, что будет жить потом».— «Ну и займись этим сама».— «Я пыталась, но меня не берут».— «Почему?» — «Им кажется, что я не справлюсь с монтажом». Дорогие воспоминания. Теплая улыбка. Милый Стив!
— Ма, я не могу найти платье! — крикнула Риган.
— В стенном шкафу! — ответила Крис.
— Уже смотрела!
— Сейчас иду! — На секунду Крис задумалась, взглянула на письмо и поникла.— А вдруг ерунда какая-нибудь? И не в моем стиле...
— Вряд ли. Мне кажется, фильм стоящий.
— Ну да, ты всегда считала, что в «Психо»[3] не хватает комедийных эпизодов.
Шарон засмеялась.
— Мама!
— Уже иду! — Крис медленно встала.— У тебя сегодня свидание, Шар?
— Да.
Крис покосилась на корреспонденцию.
— Тогда иди, а с остальной ерундой разберемся завтра.
Шарон вскочила.
— Хотя подожди-ка.— Крис что-то вспомнила,— Одно срочное письмо надо отправить сегодня же.
— Хорошо.— Шарон взяла блокнот и приготовилась записывать.
— Ма-а-а-м! — Риган уже подвывала от нетерпения.
— Подожди, я сейчас,— попросила Крис Шарон.
Шарон глянула на часы.
— Крис, мне уже пора заниматься медитацией.
Крис пристально и с чуть заметным раздражением посмотрела на нее. За полгода ее секретарша вдруг превратилась в «искательницу спокойствия». Началось это с самогипноза еще в Лос-Анджелесе, а потом закончилось буддийским песнопением. Последнее время, пока Шарон жила под одной крышей с Крис, в доме поселилась апатия, сопровождаемая безжизненными, унылыми напевами «Nam myoho renge kуо» («Крис, ты просто повторяй эти слова, ничего больше, и твои желания исполнятся, и все будет так, как ты хочешь...»). Эти завывания доносились до Крис и днем, и ночью, и чаще всего именно тогда, когда она разучивала роль.
— Можешь включить телевизор,— великодушно разрешила Шарон своей хозяйке.— Все нормально. От песнопения меня никакой шум не отвлекает.
На этот раз она собралась заниматься трансцендентальной медитацией.
— Шар, неужели ты действительно веришь, что вся эта чепуха может хоть каким-то образом помочь тебе? — равнодушно спросила Крис.
— Это меня успокаивает,— ответила Шарон.
— Понятно,— сухо отчеканила Крис и пожелала Шарон спокойной ночи. Она не напомнила про письмо и, выходя из кухни, пробормотала: — «Nam myoho renge kуо».
— Повторяй эти слова минут пятнадцать или двадцать! — крикнула ей вдогонку Шарон.— Может, это и тебе поможет!
Крис остановилась и хотела возразить, но передумала. Она поднялась в спальню Риган и сразу же подошла к стенному шкафу. Риган застыла посередине комнаты и внимательно вглядывалась в потолок.
— Что такое? — забеспокоилась мать.
Крис пыталась найти платье. Бледно-голубое, ситцевое. Она купила его неделю назад и хорошо помнила, что повесила платье в стенной шкаф.
— Странный шум,-— заметила Риган.
— Я знаю. У нас завелись друзья.
— Разве? Какие? — Риган перевела взгляд на мать.
— Белки, крошка моя, белки на чердаке.
Ее дочь была брезглива и терпеть не могла крыс. Даже мыши приводили ее в ужас.
Поиски платья не увенчались успехом.
— Мам, посмотри, его тут нет.
— Вижу, вижу. Может, Уилли случайно бросила его в стирку?
— Как будто исчезло.
— Ну ладно. Надень тогда синее, оно тебе тоже одет.
Они пошли в кафе. Крис довольствовалась салатом, а Риган после супа с четырьмя булочками и жареного цыпленка уплетала шоколадный коктейль, полторы порции пирога с голубикой и кофейное мороженое. «И куда это все умещается? В кости идет, что ли?» — не переставала удивляться Крис: девочка была очень худенькая.
Крис докурила и, медленно допивая кофе, посмотрела в окно.
Темная вода Потомака застыла словно в ожидании чего-то.
— Какой хороший был обед, мам.
Крис повернулась к ней и, как это часто с ней случалось, увидела в своей дочке Говарда. Она тут же перевела взгляд на тарелку.
— А пирог не будешь доедать? — спросила Крис.
Риган опустила глаза.
— Я наелась конфет.
Крис потушила сигарету и улыбнулась:
— Тогда пошли.
Около семи они были дома. Уилли и Карл уже вернулись. Риган сразу побежала в детскую, чтобы побыстрее закончить птицу для матери. Крис пошла на кухню за письмом. Уилли варила кофе в старой кастрюльке без крышки. Она была раздражена и недовольна.
— Привет, Уилли, как кино? Хорошо провели время?
— Не спрашивайте.
Она бросила щепотку соли и немного яичной скорлупы в булькающее содержимое кастрюльки. Да, они сходили в кино, объяснила Уилли. Она хотела посмотреть кино с участием «Битлз», но Карл настоял на своем: ему приспичило пойти на фильм про Моцарта.
— Ужас! — кипела она, уменьшая огонь на плите.— Такой дурак!
— Ну извини.— Крис сунула письмо под
