кареты и начали громко лаять. — Тихо! — произнес я следующую команду, и они замолчали.
— Барон, — кучер спрыгнул с козел и подошел ко мне. — Думаю, чтобы у вас не возникло проблем с вашими… питомцами, — произнес он. — Возьмите эту бумагу с собой, — он протянул мне тубус.
— Спасибо, — поблагодарил я Гасса и сразу же убрал тубус в магическую сумку.
Странно, почему Жумельяк сразу не отдал приказ передать эту бумагу мне.
Думаю, так возникло бы меньше проблем.
Хотя кто знает, что вообще в голове у этого Жозе. Сын кардинала был одним из немногих в этом мире, чьи намерения я не мог считать и понять.
Это мне не нравилось. Но таковы были нынешние реалии, которые могли измениться в будущем.
— Сидеть, — приказал я Тине и Титусу, и они послушно выполнили мою команду, даже несмотря на то, что усидеть на месте им было крайне сложно. Они были очень молоды и игривы, поэтому энергия била из них ключом.
Это было нормально, но мне, как их хозяину, нужно было держать их в ежовых рукавицах, чтобы воспитать из них идеальных компаньонов. Эта мохнатая парочка будет мне большим подспорьем на моем пути становления к силе и власти в этом новом мире.
— Жуль! Барон Кастельмор! — знакомый голос послышался со стороны таверны, и мы с Де’Жориньи одновременно повернулись на его источник.
К нам, пошатываясь и улыбаясь широкой улыбкой, шел не кто иной, как Анри Де’Аламик собственной персоной.
Только не говорите мне, что и он тоже…
— О! Анри! — воскликнул радостно здоровяк. — И вы тоже здесь решили остановиться? — довольным голосом произнес он, видимо решив, что появление пьющего святоши — это просто совпадение.
— Ага, — кивнул маг с элементом Света и, поравнявшись с нами, поздоровался, после чего его внимание привлекли Титус и Тина, которые сидели у моих ног. — Это ваши, барон? — удивленно спросил он.
— Да, — кивнул я, посмотрев на волчат.
— Хм-м, интересно, — задумчиво произнес он. — Как там они правильно называются, — он коснулся рукой своей аккуратной эспаньолки. — Фанги. Точно! — произнес он, смотря на Тину и Титуса, которые в свою очередь, подняв морды, преданно смотрели на меня, высунув языки.
— Знакомы с этими существами, Анри? — задал вопрос здоровяк.
— К сожалению, немного, — ответил он. — Взрослые особи этих тва… волков довольно опасны не только для обычных людей, но и для магов, — произнес Де’Аламик. — Дело в том, что во время опасности они могут создавать вокруг своего тела магический защитный контур, который отлично блокирует как физические, так и магические атаки. К тому же, если кормить их насыщенным маной мясом, например, других существ из разлома, то они могут вымахать до небывалых размеров. Хотя по другую сторону разлома они стоят далеко не на самой верхушке пищевой цепи, — добавил лекарь, изрядно удивив меня не только своими знаниями, но и терминами, используемыми в речи.
А ведь при этом он был очень далек от состояния «трезвый».
— Понятно, — ответил я и потрепал по макушке своих волчат. — Спасибо за информацию, — поблагодарил я пьяного святошу.
— Ой, да что вы, барон! — он махнул рукой.
— А вы тут по какой причине, Анри? — тем временем поинтересовался у нашего собеседника Жуль, который, видимо, так и не понял, что Де’Аламик здесь не случайно.
— Как это по какой? — удивился он. — По той же причине, что и вы, вероятно, — ответил он и усмехнулся. — Хотя, если честно, не думал, что я вас здесь увижу, дорогой Жуль, — добавил он и огляделся по сторонам. — А чего мы на улице стоим⁈ Пойдемте за наш стол, — он кивнул в сторону гостиницы, на первом этаже которой, как это было принято в большинстве подобных заведений, располагалась таверна.
— А, так вы отправитесь с нами? — Жуль хлопнул Анри по плечу, и я заметил, как лицо лекаря исказилось от боли и страдания.
Да уж, Де’Жориньи не щадил никого.
— А что касается присоединиться к вам, так это вообще прекрасно! — радостным голосом добавил здоровяк. — У меня давно в горле пересохло! — он обнял Де’Аламика за плечо. — Идемте, Люк, — кивнул он мне и вместе Анри пошел вперед.
— Я вас догоню, — ответил я благородным, так как мне нужно было решить вопрос с тем, куда пристроить Титуса и Тину.
И к моему великому счастью, в такой большой гостинице-таверне, которая в основном предназначалась для благородных или богатых купцов, оказалась псарня.
— Господин, вы уверены, что они…
— Да. Они смирные, — перебил я бедного псаря, с опаской поглядывающего на Тину и Титуса, которые сейчас не особо отличались размером от обычных собак, сидевших в вольерах.
Хотя это касалось только размеров. В остальном мои фанги выглядели куда как опаснее обычных собак. Как, впрочем, и своих обычных представителей — волков.
Он недоверчиво посмотрел на волчат и тяжело вздохнул.
— Ладно, — нехотя ответил псарь. — Пойдемте, господин, — он кивнул на самый дальний конец псарни, и мы отправились туда.
«Ого. Неплохо», — была моя первая мысль, когда я увидел большой металлический вольер, который явно был предназначен для кого-то более крупного, нежели
