— А, да что угодно. Сегодня вообще вечер какой-то дурацкий… Ни хрена не выходит, руки как грабли, две струны порвал…
— То, что я видел на твоем столе, это ноты?
— А вы думали — шифровки?
— Судя по каллиграфии, вернее, отсутствию оной, а также несметному количеству исправлений…
— Да, да, какой же вы зануда! Только не говорите никому! И так ни хрена не получается…
— Получится. Не паникуй и не дергайся. Всему свое время. А будешь ныть и жаловаться — сделаю придворным бардом.
Кантор, молча и не оборачиваясь, показал его величеству два пальца.
— Статья третья, пункт «вэй», — съязвил в ответ король и уже серьезно добавил: — Заканчивай с плитой, присаживайся, да поговорим о том, ради чего я, собственно, пришел.
— Так это было еще не все?
— Разумеется. Сейчас речь пойдет о вещах более серьезных, чем утешение депрессивных бардов, которое изрядно надоело за последние полгода. Скажи мне, Кантор, за вчерашний и сегодняшний день не попадали ли в поле твоего зрения люди, особенно женщины, которые искали бы знакомства с тобой?
— В субботу на вечеринке, — немедленно вспомнил Кантор, но его величество тут же перебил:
— Нет, после того. Та шикарная блондинка, которой ты пренебрег на упомянутой вечеринке, не в счет.
— Тогда нет.
— Значит, не наняли еще… — задумчиво пробормотал король.
— Кто кого не нанял?
— К твоему сведению, отвергнутая тобой блондинка — не кто иная, как Нита Галл, особа, широко известная в узких кругах. Наемница, специалист по приручению и дрессировке мужчин любого склада характера. В отличие от обычных соблазнительниц, которые пользуются только своей красотой и слабенькими дозволенными зельями, Нита обладает еще несколькими способностями. Прежде всего, ум, интуиция и знание психологии позволяют ей на основании короткой беседы создать полный психологический портрет собеседника. Но кроме того, у нее есть особое чутье. И не эмпатия и не телепатия, а просто такой вот дар — всегда знать, чего человек хочет. В сочетании с уже упомянутыми умом и красотой это страшная сила.
— То-то она удрала, как только я ее заподозрил… — проворчал Кантор, утешившись лишь единственным фактом — он вспомнил наконец, как эту красотку звали.
— Именно потому она и удрала. Увидела, что клиент не ведется на красоту, влюблен насмерть в другую женщину, убить для него — что высморкаться, да еще и заподозрил. Твоя способность привлекать к себе особ противоположного пола тоже не осталась незамеченной. Словом, раскусила тебя Нита, потому и удрала. Поняла, что ваши сверхъестественные привлекательности друг дружку нейтрализуют, а хочешь ты прежде всего заманить ее в тихое и темное место, чтобы проверить свои подозрения.
Кантор нахмурился.
— А вы точно уверены, что она не телепатка?
— Ее проверяли. Точно. Тем не менее можешь взглянуть, что она поведала нам о людях, с которыми общалась всего два раза и только по делу. — На стол перед Кантором легли старательно исписанные листы признания. — И сделай выводы.
Госпожа Нита Галл сообщала, что была нанята по специальности незнакомыми ей господами. Поскольку взять клиента под контроль не удалось по объективным причинам, контракт был разорван по ее инициативе. От оплаты консультации заказчики отказались. Далее шло подробное описание жадных заказчиков и все, что наемница могла о них сказать. Количество информации повергло Кантора в недоумение.
— Она с ними точно не спала? — поинтересовался он, переворачивая страницу.
— Нет. Она с ними только общалась, — нажимая на каждое слово, ответил король. — Ты видишь уровень? Ты представляешь, сколько она могла им сказать о тебе, если бы они не пожлобились?
— Обо мне вы с нее тоже отчет взяли? — Кантор постарался, чтобы это прозвучало небрежно, но скрыть нервозность у него не получилось. — Заплатив то, что зажали заказчики?
— Неужели она сказала бы мне что-то новое? — усмехнулся Шеллар, и невозможно было определить, правду он говорит или лжет. — Я ей, конечно, заплатил, чтобы молчала, если вдруг заказчики одумаются. Но о тебе я знаю куда больше, чем она может сказать.
— Тогда что вы от меня хотите?
— Я всего лишь хочу, чтобы ты знал: за тобой кто-то следит. Кому-то понадобилось взять тебя под контроль. Будь осторожен, пожалуйста. Мне кажется, история с твоей простреленной курткой не закончилась. Если вокруг тебя опять начнет кружить какая-нибудь блондинка, познакомься, возьми адрес, договорись о встрече и обязательно дай знать мне или Флавиусу. Эти таинственные заказчики не оставят тебя в покое, с ними надо разобраться раз и навсегда. И если ты с кем-то пьешь, ни на секунду не оставляй свой сосуд без присмотра. Взгляни, что обнаружили в той кружке, из которой ты пил на вечеринке.
— Да я бы наутро окочурился, если бы это выпил! — изумился Кантор, изучив список.
— Благодари моего агента, что тебе не удалось этого выпить. И следи за посудой, когда пьешь не один. Насколько ты устойчив к любовной магии?
— Золотую паутину я вижу и, кажется, научился справляться. Некоторые ведовские приемы чувствую еще на стадии применения. Эгинские куколки вроде той, что подложили Александру, на меня действуют так же, как и на всех.
— Значит, регулярно проверяйся. Я дам тебе адрес одной надежной ведьмы, она работает на корону, ходи к ней раз в неделю. На предмет классической магии тоже каждую неделю проверяйся у мэтра Истрана. Как у тебя со всяческими зельями и эликсирами?
— Зелья, заговоренные ведьмами, действуют, но очень недолго. А то, что приготовлено на основе классической магии… — Кантор помедлил и неохотно признался: — У меня на них не то аллергия, не то какая-то магическая несовместимость. Чего только со мной не бывало после таких приворотов… Начиная с относительно безобидного поноса и заканчивая судорогами с нарушением дыхания. Чуть не уморила одна экзальтированная дура. Приворожить не приворожила, но уж славу и долгую память себе обеспечила.
— Верно, я об этом случае тоже слышал. Тогда тем более внимательно следи, что и с кем пьешь. В четверг будь готов присутствовать на небольшом официальном мероприятии при дворе Орландо Второго. Там будет да Коста, которого тебе предстоит опознать. Заодно увидишься с отцом, он хотел с тобой поговорить. Да, и еще я хотел тебя попросить… Познакомь Мафея с графом Гаэтано.
— Зачем? Плакса и его хочет припахать для вразумления поехавшего крышей графа?
— Насколько мне известно, твои усилия были не напрасны. Гаэтано все-таки притих. Вслух он от своего мнения не отказывался, но перестал возмущаться на каждом углу и относительно терпимо общается с Орландо.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
