– В смысле – честных правил? – не поняла и возмутилась Марианна. – Боится, что гувернантка украдет его фамильное серебро?
– Хочет, чтобы у нее была блестящая характеристика с работы. Ему не нужно гламурных дамочек или инстаграм-моделей. Никаких штанишек в обтяжку и никакой косметики. И чтобы стаж был приличный.
–Shit, – выругалась Марианна. – Косметику смою, не вопрос. Штанишки в обтяжку не ношу, у меня полно длинных юбок. Мне бабушка их оптом в секонд-хенд покупает. Возраст… тут сложнее. Двадцать три года вряд ли его устроят. А с характеристикой и стажем совсем все плохо.
– А вот и нет. Как твоя подруга и директор языкового центра, я напишу тебе отличную характеристику и рекомендации. Утром перед работой распечатаю и завезу. И в них не будет ни слова неправды. Напишу, что ты энергична, трудолюбива, терпелива, любишь и понимаешь детей и отличный специалист. Истина от первого до последнего слова! Про то, как тебя выгнали из школы, и как ты в клубе работала, не рассказывай, если не спросит. К делу это совершенно не относится. И вообще, порядочность – она не в одежде, не в паспорте и не в трудовой книжке. Поэтому не дрейфь и действуй.
Закончив разговор с подругой, Марианна некоторое время тупо смотрела на бумажку с телефонным номером миллионера и не решалась позвонить. Последние события сделали ее робкой и пугливой. Она боялась идти на контакт с новыми людьми. Ее страх перед авторитарными личностями разросся до размеров удава, который взглядом парализует и обездвиживает жертву.
Марианна разозлилась на себя и набрала номер.
Она насчитала пять гудков, прежде чем мужской голос строго сообщил:
– Слушаю.
Марианна вздрогнула и вытянулась, как расслабившийся дневальный, к которому нагрянул с проверкой генерал. За долю секунды, пока звучало короткое слово, произнесенное с непередаваемой, но узнаваемой интонацией, она поняла: не повезло. Все сказанное Вилкой было правдой. Миллионер Петр Аркадьевич именно из тех людей, которые вводили ее в ступор. Властный, не терпящий возражений, полный чувства собственной важности начальник. И начальник не только на работе, но и по жизни.
– Слушаю, говорите, – нетерпеливо повторили в трубке.
А вот теперь по позвоночнику Марианны неожиданно прокатилась волна удовольствия. Она обладала хорошим слухом, любила петь, и была неравнодушна к красивым мужским голосам. А голос, который так сухо приказывал ей говорить, был очень красив. Звучный, сильный баритон с резковатыми нотками, терпкий, как выдержанный коньяк.
– Здравствуйте, – спохватилась Марианна. – Меня зовут Марианна Георгиевна Попова, ваш телефон мне дали в языковом центре «Лингва Плюс». Вам нужен репетитор по английскому для дочери?
– Да. Только не репетитор, а домашний учитель, – сообщил коньячный баритон и замолчал на миг, потом глуховато – трубку прикрыли ладонью – сказал в сторону: – Чтобы завтра доклад с расчетами был у меня на столе. Вы поняли, Иван Владимирович? Повторять вам не надо? С подробными расчетами. Проверю каждую цифру и каждое слово. Будет ошибка хоть в одной запятой, хоть мельчайшее несоответствие СНиПу* – пеняйте на себя.
Неведомый Иван Владимирович что-то покаянно забормотал вдалеке, Марианна ему посочувствовала.
– Простите, занят сейчас, не могу говорить, – отрывисто объяснил баритон, вернувшись в трубку. – Скину сообщением адрес. На этот телефон? Отлично. Жду завтра к семи вечера. Приедете, посмотрю на вас, познакомлю с дочерью. Если вы нас устроите, обсудим детали. Привезите характеристики и резюме.
– Привезу, – пролепетала Марианна, ошарашенная сыпавшимися командами.
– Всего хорошего.
В трубке запикало, Марианна отвела ее от лица и задумчиво посмотрела на гаснущий экран. Кажется, попала как кур в ощип. Но отступать поздно. Нужно хорошенько подготовиться к встрече. Найти подходящую одежду, продумать образ, написать резюме.
Марианна открыла ноутбук и первым делом начала искать в интернете информацию о Петре Аракчееве. Но только и узнала, что он важная шишка в совете директоров газового предприятия, строит газоперерабатывающие заводы, в скандалах и аферах не замечен. И не медийная личность – ни одного портрета.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Тогда Марианна с некоторой опаской пошерстила соцсети.
Вот бы найти фотки этого высокоморального миллионера, скажем, в бане, в компании девушек по вызову, которые трут ему спинку, злорадно думала она. Но то ли Аракчеев был осмотрителен, то ли мыться не любил, но ничего подобного обнаружить не удалось.
Плюнув на поиски информации о будущем работодателе, Марианна занялась делом – взялась составлять резюме. Старательно перечисляла достижения, формулировала недостатки так, чтобы они казались достоинствами. Но потом пришлось прерваться.
В дверь поскреблась квартирная хозяйка и потребовала вынести мусор. Софью Прокофьевну (себя она просила называть «баба Соня») – заинтересовало, почему Марианна не ходит на работу. Пришлось что-то промямлить про больничный. Баба Соня посочувствовала, но это не помешало ей тут же нагрузить жилицу поручениями («Скучно, поди, тебе сидеть без дела!»). Велела вымыть ванную («Поясницу прихватило, дочка, мочи нет. Говоришь, утром мыла? Ну ты еще раз помой, учись быть хозяюшкой!»).
Затем последовала просьба сварить рисовой каши («У меня сериал начинается, как пропустить! Масла, дочка, положи побольше. Я видела, у тебя в холодильнике есть. А колбасы не завалялось?»), после достать коробку с антресолей («Ты вон длинная какая, ноги как ходули!»).
Марианна симпатии к хозяйке не испытывала из-за ее любви к халяве, мелким пакостям и грязным халатам, но съезжать не решалась. Жилье было рядом с работой, обходилось дешево, да и процесс поиска квартиры она ненавидела.
Наконец, хозяйка угомонилась и отправилась на боковую. Предварительно наказав, чтобы Марианна не принимала душ, а посуду помыла в тазике («Счета видела за воду? То-то же»!). И не смела смотреть телевизор, даже в наушниках (объяснить эту прихоть хозяйка не сочла нужным).
– Софья Прокофьевна, ко мне подруга завтра придет, документы принесет, ей можно в квартиру зайти? – льстиво спросила Марианна напоследок.
– Мы же договорились – никаких гостей! – испугалась баба Соня. – Хочешь, чтобы меня потом ограбили? Пусть в почтовый ящик бросит.
Пришлось звонить Виоле и объяснять ситуацию.
Поэтому резюме оказалось готово лишь к часу ночи. Но какое резюме! Блеск, красота! Приложить к нему характеристику, которую обещала Виола – любая Мэри Поппинс будет обливаться слезами зависти.
Держитесь, Петр Аркадьевич Аракчеев, миллионер и зануда, завтра к вашей дочери приедет лучший на свете домашний учитель английского!
*СНиП - строительные нормы и правила
5
Утром Марианна проснулась в отличном настроении. Позавтракала с аппетитом, попрыгала через скакалку, немного потанцевала ангольский танец сембу под музыку в наушниках.
Марианна не знала, из какого африканского государства прибыл в Россию ее мифический отец. Мать не говорила – вероятно, сама не знала. Их роман был мимолетен и продлился один день и одну ночь. Но родина и традиции предков привлекали Марианну неимоверно.
Танцевать африканские танцы легко! Справится каждый. Потому что главное в них – импровизация и подходящий душевный настрой.
Семба скоро была забыта. Марианна размахивала руками, дрыгала ногами, вертела попой, воображая себя в набедренной повязке, с копьем в руках, призывающей духов предков перед удачной охотой возле священного огня у подножия Килиманджаро.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
К девяти подъехала Виола, Марианна на цыпочках, чтобы не разбудить хозяйку, вышла в подъезд, забрала характеристики и горячо поблагодарила подругу.
– Это я тебе обязана буду, если поладишь с этим миллионером, – отбивалась от благодарностей белокурая, коротенькая и очень боевая Виола. – Он настырный, как овод, пока всем другим репетиторам дал от ворот поворот. Еще трое на примете, но помни, Марианна – ты лучшая и это место будет твоим! Кабы я знала заранее, никому бы его телефон не давала.
