— Чего дергаешься? Не бойся, не обижу. Как тебя зовут? — улыбнувшись, он потянулся ко мне, заставив еще сильнее вжаться в стену. — Ну что ты, в самом деле! — Он остановился и поднял вверх обе руки так, чтобы видны были раскрытые ладони. — Вот, видишь? Я не опасен, малышка. Может, тебя слишком сильно ударили по голове? Это бывает, здешняя стража не отличается гостеприимством. Ну, так как тебя зовут?
— Лира, — я не спускала с него взгляда. — Ты здесь давно?
— Давно? — он грустно усмехнулся. — Как сказать… В этом месте дни кажутся бесконечными. Может быть день, а может вечность. Кто знает? Я — Кайр, кстати.
— За что ты здесь? — видя, что мужчина не собирался нападать, я постаралась немного расслабиться и усесться поудобнее.
— Зачем тебе это знать? — на долю мгновенья во взгляде Кайра промелькнуло столько злобы и ненависти, что я невольно снова дернулась в сторону. Но лишь на мгновенье. Спустя секунду мужчина уже вновь приветливо улыбался. — Ну не бойся же. Просто есть вещи, которые столь юным девушкам лучше не знать. Зачем забивать такую красивую головку ненужными проблемами? Давай так, я клянусь, что не причиню тебе вреда, а ты перестаешь подпирать эти сырые камни и немного расслабишься, договорились?
— Ты ведь никого не убил? — подозрительно протянула я.
— Кажется, я уже говорил, что прошлое лучше оставить в покое, — Кайр недовольно поморщился. — Я же не спрашиваю, за что ты сюда попала.
— И не надо.
Тяжело вздохнув, я уселась и прижала колени к груди, закрыв глаза. На душе было паршиво. В то, что мне поверят, я и не надеялась, уже смирившись с виселицей. Оставалось лишь ждать.
— Неужели все так плохо? И что же ты такого натворила? Украла что-нибудь?
— Нет, — открыв глаза, я посмотрела на узника. — Убила.
— Врешь, — это был не вопрос, а утверждение, прозвучавшее так, словно Кайр ни капли не сомневался в своих словах, — ты не могла никого убить.
— Это еще почему? — я невесело усмехнулась. — Думаешь, сил не хватит?
— При чем здесь силы? — мужчина рассмеялся. — Духу у тебя не хватит, милая. Ты скорее похожа на побитого котенка, не понимающего, как он оказался в логове диких псов. Да тебя саму защищать надо, а не судить за чье-то убийство. Нет уж, малышка, ты как хочешь, а я ни за что не поверю в то, что ты способна на убийство. Так что лучше просто скажи правду.
— И что это даст? — хотелось рыдать и кричать от отчаяния, но я заставила себя успокоиться. Нет смысла лить слезы, если это ничего не изменит. — Мне все равно никто не поверит.
— А ты рискни, — склонив голову на бок, он заискивающе улыбнулся. — Тебе же все равно нечего терять, а я могу просто выслушать.
А ведь он прав. Откинувшись на холодную каменную стену, я вновь мысленно перенеслась в эту роковую для меня ночь. Слова шли неохотно, и я то и дело прерывала свой рассказ, однако Кайр оказался на удивление хорошим слушателем, и спустя какое-то время я поняла, что мне действительно стало легче. Уже было не важно, верил ли мне этот странный мужчина, и как скоро на моей шее затянется грубая петля. Я просто говорила, избавляясь от напряжения и приводя мысли в порядок.
— Что я могу сказать? — внимательно выслушав, Кайр хмуро посмотрел мне в глаза. — Тебя, милая, кто-то очень качественно подставил.
— Ты мне веришь?
— Конечно.
— Почему? — я не спускала с него недоуменного взгляда. — Не пойми меня неправильно, я очень рада. Просто… Неужели нет никаких сомнений?
— Естественно есть, — кивнув, Кайр задумчиво потер заросший щетиной подбородок. — Меня, например, удивляет, почему ты до сих пор жива. Если это действительно тот, о ком я думаю…
— Что?
— Не забивай себе этим голову, милая, — мужчина улыбнулся одними губами, но было видно, что мысли его бродят где-то очень далеко, — много знать не всегда хорошо. И в следующий раз не следует привлекать к себе внимание столь нерадостными пророчествами, этим, как видишь, легко могут воспользоваться против тебя же.
— Так ты думаешь, это тот, на кого я наткнулась? — я невольно поежилась, вновь вспомнив взгляд, которым меня одарил незнакомец. — Но как? Он не мог слышать наш разговор, да и монета… — меня прервал раскатистый смех Кайра.
— О, боги, как же ты наивна! И это тебя обвиняют в убийстве? Глупцы. Лира, поверь, таким как он не составит никакого труда услышать шелест листьев на другом конце света, а уж про золотой и говорить нечего. И угораздило же тебя так вляпаться!
— Теперь уже ничего не изменишь, — я вздохнула и вновь почувствовала тупую обреченность.
Никогда не любила чувствовать себя беспомощной, но сейчас у меня действительно не было выхода. Меня повесят. Не сегодня, так завтра, а если мне совсем не повезет, то перед казнью придется просидеть здесь еще какое-то время, развлекая стражников. Страшно не было, видимо какая-то часть меня все еще не могла поверить в случившееся. Сердце сжималось лишь от боли и сожаления. Мне больше не суждено было встретиться с родными, ощутить всю нежность любящих объятий Райны, услышать насмешливые замечания Ронула, поучаствовать в авантюрах неугомонной Таи. Спеть возле костра песню и станцевать свой последний танец. Все то, чем я так дорожила и из чего состояла моя жизнь, внезапно исчезло навсегда.
— А вот этого не надо.
Я вздрогнула, услышав недовольный голос Кайра.
— Сожаления и слезы не помогут тебе в этом месте.
— Можешь предложить занятие поинтересней?
— Конечно. Можешь попробовать бежать вместе со мной из этого проклятого места.
— Что?! — резко развернувшись, я уставилась на приблизившегося ко мне Кайра. — Ты хочешь бежать?
— Естественно. Не думаешь же ты, что я буду спокойно сидеть и ждать своей участи?
— Но как?
— Все очень просто, — он глубоко вздохнул и, посмотрев мне в глаза, улыбнулся так, словно заранее просил за что-то прощения. — Верь мне.
— Не поняла…
— Смотри на меня, девочка… Смотри… Тебе страшно, так страшно, что хочется кричать, молить о спасении, мчаться без оглядки… А теперь кричи!
Меня поглотила тьма. Я не знала, что он со мной сделал, и перестала понимать происходящее вокруг. Я не ощущала ничего, кроме ужаса — он заполнил собой все вокруг, мешая думать и чувствовать, растягивая секунды в дни и заставляя молить об избавлении от этой пытки. В целом мире не осталось ничего кроме всепоглощающего ужаса. Кажется, я потеряла рассудок…
Глава 3
Сознание возвращалось медленно, словно по крупицам собираясь в единое целое. Первым ощущением стало ласковое прикосновение прохладного ветерка к разгоряченной коже. Почему-то сейчас это было неприятно, по телу прошла мелкая дрожь, вызвав желание забраться под теплое одеяло, с любовью вышитое матерью. И лишь спустя мгновенье я, наконец, вспомнила все произошедшее со мной за эти два дня. Но откуда в тюрьме ветер?!
