Я разложила свои расчеты на подставке. Прикрыла их толстым стеклом. Поверхность была слегка мутной, недорогой. Но я специально выделила на бумаге значки и доли. Ошибки быть не должно. Я справлюсь.
По идее эти бумажки мне и вовсе не нужны, я помнила все наизусть — все-таки немало времени потрачено на каждую завитушку. Но лучше перестраховаться.
Несколько видов ножей из разного материала, клещи, щипцы, давилки, капсуль, фильтры, форматоры… Оборудование алхимика напоминало мне арсенал палачей. В том числе сходство усиливалось из-за того, что я знала слишком много обездвиживающих заклинаний. Неудивительно. Не каждый ингредиент рад тому, что от него пытаются отрезать кусочек.
Растения хранились в плотно закупоренных колбах, чтобы туда не попал воздух. Кое-что я уже перетерла до состояния порошка. Кое-что высушила или сохранила относительно свежим, положив в холодильник. Например, печень живаглота.
Все на своих местах. Так… Первым делом стоило проверить совместимость крови и…
…Какой к альвам жених?! Какая свадьба?! Сначала меня выбросили как испорченный ингредиент, а теперь решили из мусорного ведра достать? Дескать, немного просушить и сойдет за свеженький? Что за безумие?
Я до боли сжала пальцы на крае стола. Сейчас не время. Я должна контролировать свои эмоции, иначе все испорчу. Основа магической инженерии это спокойный разум. А попыток, чтобы создать модификацию, у меня всего четыре. На большее количество денег не хватило. Одну следовало отминусовать, возможно, придется повторить эксперимент на глазах у комиссии. Но остальные я не должна потратить напрасно.
Я переложила баночки с составами, отсортировав их по величине пузырька, и глубоко вдохнула. Медленно выдохнула. Все следовало делать по порядку. Сначала проект, потом жених.
Я знала, что Альнир меня не обманула. Если существовала сестринская привязанность в стенах княжеского замка, то это были чувства между мной и Альнир. Первую сестру я почти не помнила, она вышла замуж, ещё когда я была сущим ребенком. Вторая сестра относилась ко мне с прохладой. А с Альнир мы сошлись на фоне схожих научных пристрастий. Мне было не тяжело объяснить ей принципы введения в алхимию. Да и разница в возрасте у нас была не такая и большая — четыре года.
Я поставила фильтроваться кровь мантикоры от шерсти или пыли, которая могла попасть. За это время успела нарезать остролист и выдавить сок из клеренса. Смешать их до однородной массы острым венчиком. Свежий травяной запах настроил меня на предстоящую работу.
Кстати, мне всегда казалось странным, что нас — княжон — так мало. Отцу надо было завести себе двадцать дочерей. Тогда можно было подсовывать их каждому, кто имел хотя бы намек на власть! Удобно же!
Газовая горелка вспыхнула, стоило мне клацнуть колесиком на ее боку. Синее пламя облизало платформу для закрепления колбы. Я измерила температуру огня щупом и, довольная, кивнула. Можно было приступать.
Пузатая колба из прозрачного эгейского стекла заняла свое место на платформе. Я разделила принесенную кровь на двенадцать частей. Влила в сосуд первую. На фоне пламени содержимое колбы казалось черным.
Руки слегка дрожали. В предыдущих попытках я использовала кровь обычных животных и даже человеческую — свою. Первый вариант не подходил мне из-за слабого присутствия магических остатков. Антимагический состав, который должен защитить поверхность от воздействия любых проявлений разрушающей магии, будь то огонь или разрыв, превратился просто в слабенькую водичку. А должен был стать плотной мазью!
Человеческую кровь достать было легко, и сначала я даже обрадовалась результату. Мишень, защищенная мазью, спокойно выдержала два огненных шара. Правда, потом взорвалась. Так у меня не стало старого сапога. Жаль. Я надеялась, что эта пара мне послужит еще сезон.
Из магических тварей по всем параметрам мне подходила только мантикора: по размеру, насыщенности тканей магией, и даже индекс морфируемости у ее крови был нужный. А еще они водились в княжеском заповеднике.
Поймать мантикору — нет ничего легче, особенно после того, как я выдержала защиту своих наработок перед комиссией. Многое кандидаты сходили с пути именно на этом отрезке. Не так просто удивить комиссию теоретическими выкладками, и ещё сложнее доказать, что описанный процесс будет успешным. Сколько не уточняй, а все равно кто-нибудь из замшелых стариков увидит многозначительность в выражении одного из заключений или лишнюю запятую.
Кровь закипела, резко запахло жженой плотью. Я выждала ещё минуту, быстро сняла колбу с огня и на три минуты погрузила ее в лёд. Колба была небольшой, но держать ее на весу, зажав щипцами, постепенно становилось все сложнее. Наверное, стоило прикрепить к рабочему столу еще пару держаков. Вот только теперь в этом нет смысла.
Башня останется моей недолго. Еще семь дней. Тот, кто займет ее после меня, наверное, выбросит оборудование в окно.
Загустевшую кровь я поставила на стол для зачарований. Теперь оставалось малое: я быстрым движением размяла напряжённые пальцы, представила схему сжатия вещества и приступила к наложению заклинания.
В лаборатории мне не нужно было использовать амулеты-стабилизаторы — кольца, подвесы — достаточно было и того, что столик был украшен полудрагоценными камнями. Мелкие я подготавливала сама, крупные пришлось купить у мастеров алхимического оборудования.
Счастливчики! Далеко не каждый алхимик-метаморфолог способен работать с камнями на нужном уровне. Это особый дар. Мне такого не досталось, иначе я давно бы съехала из этой башни и открыла собственную лавку. Ко мне бы магистры приходили за покупками!
Хотя имя, конечно, пришлось бы сменить. Даже не нужная отцу и собственному княжеству, я все равно не имела права распоряжаться своей жизнью. Ни один родственник не имел такого права. По давней традиции мы, княжны, даже потеряв мужа, должны были вернуться в родной дом. Идиотизм…
Внутри колбы началась реакция. Я проверила щупом температуру и взяла пробу на содержание примесей.
В пределах нормы — индикаторная бумажка была желтой.
Осторожно, по капле, я добавила к основе уже приготовленную растительную эссенцию и всыпала земной элемент — медные частички. Запечатала получившееся и оставила. Заклинательный столик поддерживал магическое влияние, которое я задала. И будет работать еще двенадцать часов. Тогда я продолжу работать с составом или, в случае неудачи, вылью его в отходник и займусь следующей порцией.
Теперь можно было подумать и о женихе. Альнир соврать мне не могла. Но вдруг кто-то соврал ей? Потому что из плена альвов не возвращаются.
Да и вообще, кто когда-нибудь слышал, что альвы берут в плен? Мы же для них животные… Или скорее магические твари. Не такие полезные, как мантикоры или хитавры. Но в качестве объекта охоты подходим. Появиться, красуясь, отработать магические приемы, выжечь все вокруг и пропасть. Так это происходило всегда.
И злило в этой ситуации еще и то, что альвы более развиты магически, чем люди.
Это чувствовали на себе все страны, которые граничили с землями альвов. Крупные набеги не были частыми, но оставляли следы. Хотя и здесь нам везло. Будто сама природа пыталась оградить беззащитных людей от этих уродов, возведя горы, болота и непроходимые леса, полные чудовищ.
Алское княжество никогда не сталкивалось с этой напастью, но все мы знали, что будет, если доведется столкнуться. Тотальное уничтожение.
И вдруг — вернувшийся из мертвых принц? Подозрительно. И неспроста! Мне даже на мгновение захотелось его увидеть. Чисто из научного интереса.
Если это не принц, то я бы провела опыты.
А если принц, то тем более провела. И гораздо более тщательные. Вдруг в нем есть то, что поможет другим людям в борьбе с альвами? Я бы не посмотрела, что он — принц, засунула бы в его грудную клетку свои руки по локоть. Ради науки и спасения человечества ему и потерпеть можно.
Хм-м, а ведь и правда... Если рядом с принцем нашелся бы какой-нибудь слишком одиозный алхимик, то у меня были все шансы снова остаться без жениха.
