Кассетный приемник щелкнул и завертелся. Арчер наклонился ближе.
НАЧАЛО ЗАПИСИ
ГРОМКИЙ ТРЕСК / СТРАННЫЙ ВСКРИК / ЗВУК ЛЬЮЩЕГОСЯ ЧАЯ / И НАКОНЕЦ ГОЛОСА ДЕДУШКИ И БАБУШКИ ХЕЛМСЛИ
ДЕДУШКА ХЕЛМСЛИ: Идет запись? Смотри, там лампочка мигает. Это значит, что он записывает, да?
БАБУШКА ХЕЛМСЛИ: ДА, вероятно. Пожалуй, да.
ДЕДУШКА ХЕЛМСЛИ: Ну, так, это наша первая попытка перевести дневники в аудиоформат.
БАБУШКА ХЕЛМСЛИ: Хочешь чаю?
ДЕДУШКА ХЕЛМСЛИ: Спасибо, с удовольствием. Так, посмотрим, с чего бы начать… ой! осторожней с чаем! Я, кажется, – ну да, обжег себе язык.
БАБУШКА ХЕЛМСЛИ: Ничего страшного, милый. Не трать зря пленку. Вот, возьми этот. Начнем с Египта. И кстати, сразу упомяни, что в те дни мы были гораздо моложе.
ДЕДУШКА ХЕЛМСЛИ: Хорошая мысль. Начнем с самого интересного. Проведя не один час над картами и вычертив курс, мы подготовили самолет и вылетели в Египет. Неполадки с компасом вынудили нас несколько раз свернуть не туда, однако мы нашли верный курс и полетели над морем.
БАБУШКА ХЕЛМСЛИ: Только в процессе корректировки мы потратили слишком много горючего, и до конца маршрута нам его не хватило.
ДЕДУШКА ХЕЛМСЛИ: На закате мы достигли пустыни. Двигатель начал отказывать. Я постарался посадить самолет как можно осторожнее, однако воздух не держал, и наша птичка понеслась носом вниз в дюны. Мы успели надеть парашюты и выпрыгнуть. О, какое зрелище нам открылось! Поистине, не видел настоящего заката тот, кто не наблюдал заходящее солнце, вися на парашюте над пустыней. Волшебное зрелище, правда?
БАБУШКА ХЕЛМСЛИ: О да, дорогой.
ДЕДУШКА ХЕЛМСЛИ: Так на чем я остановился? Ах да. Приземлившись, мы отыскали самолет, вытащили из-под обломков все, что смогли, и разбили лагерь.
Мы не знали, что делать дальше, и хотели спать, но не могли оторваться от звезд над пустыней. Нигде в мире мы больше не видели таких красивых звезд. А на следующее утро я проснулся оттого, что кто-то лизал мне лицо.
БАБУШКА ХЕЛМСЛИ: Это не я.
ДЕДУШКА ХЕЛМСЛИ: Нет! Это был верблюд – верблюжий будильник. Отлично задает настроение на день. Впрочем, нам и в самом деле очень повезло, потому что верблюд этот принадлежал бедуинам, и те предложили нам помочь. Мы собрали снаряжение и…
ЗВОНИТ ТЕЛЕФОН. БАБУШКА ХЕЛМСЛИ БЕРЕТ ТРУБКУ.
БАБУШКА ХЕЛМСЛИ: Алло… Да… Ах, Ричард, это замечательно!
ДЕДУШКА ХЕЛМСЛИ: Что там?
БАБУШКА ХЕЛМСЛИ: Погоди, я папе скажу. У них родился мальчик. Мальчик! Назвали Арчером Бенджамином.
ДЕДУШКА ХЕЛМСЛИ: Арчер Б. Хелмсли? Гм, звучит.
КТО-ТО ВЫБЕГАЕТ ИЗ КОМНАТЫ (СЛЫШНЫ ШАГИ). БАБУШКА ХЕЛМСЛИ ВСЕ ЕЩЕ ГОВОРИТ ПО ТЕЛЕФОНУ.
БАБУШКА ХЕЛМСЛИ: Мы приедем ненадолго. Но мы хотим тебя кое о чем попросить.
ШАГИ ВОЗВРАЩАЮТСЯ, ЭТО ДЕДУШКА ХЕЛМСЛИ. БАБУШКА ВЕШАЕТ ТРУБКУ.
БАБУШКА ХЕЛМСЛИ: Надо ехать. Они в Розвудской больнице, палата 37Е. Что ты… зачем ты взял этот старый ящик?
ДЕДУШКА ХЕЛМСЛИ: Это старые книги Ричарда, он читал их, когда учился в школе.
БАБУШКА ХЕЛМСЛИ:…
ДЕДУШКА ХЕЛМСЛИ: Я, пожалуй, почитаю их малышу. Ему, должно быть, скучно целыми днями глядеть в потолок.
БАБУШКА ХЕЛМСЛИ: У нас не будет на это времени, дорогой; положи, положи. Как выключается магнитофон? Эта – нет, вон та справа… нет? А может, вон та? Точно!
КОНЕЦ ЗАПИСИ
Арчер сидел, молча глядя на магнитофон. В дедушкином голосе ему почудилось что-то знакомое. Впрочем, почему бы и нет? Он ведь тоже из рода Хелмсли, как и сам Арчер, и отец Арчера. И каков бы ни был этот голос, он казался просто волшебным. И бабушкин тоже.
Арчер откинулся на спинку стула.
«Раз уж они сумели выжить, когда их самолет упал в пустыне, – подумал он, – что им какой-то айсберг? Может быть, Одноглазый прав».
Вытащив из магнитофона кассету и встав, Арчер заметил под столом небольшой деревянный ящичек. Проведя пальцами по пыльной крышке, мальчик обнаружил на ней инициалы: «Р.Б.Х.» Это были инициалы его отца. «Неужели тот самый ящик?» Мгновенно поверив в это, Арчер поднял крышку и обнаружил, что в ящике лежат книги. Он снова сел, стер с корешков пыль и открыл книгу под названием «Ветер в ивах». Книга была очень хорошая. Она напоминала о доме.
Арчер унес ящик к себе в комнату и там по очереди извлек из него «Путешествия Гулливера», «Путешествие к центру Земли», «Остров сокровищ» и «Приключения Алисы в Стране чудес».
Он проглотил все книги за каких-то несколько дней. Мама не вмешивалась – ей нравилось, что он занят серьезным делом. Впрочем, погляди она на названия книг, могла бы решить иначе.
Дочитав «Приключения Алисы в Стране чудес», Арчер закрыл книгу и спустил ноги с кровати. Его комната кончалась дверью на балкон; Арчер открыл дверь и шагнул вперед.
АРЧЕР ПРИНИМАЕТ РЕШЕНИЕ
За шеренгой домов, что выстроились вдоль Ивовой улицы, скрывался настоящий потайной мир. Повсюду росли деревья, а при каждом доме имелся обнесенный стеной садик, куда выходил балкон верхнего этажа. Отсюда Арчер часто тайком следил за соседями. Он улегся животом на перила и посмотрел вниз, в сады.
«Где-то есть моя Страна чудес, – подумал он. – Надо только отыскать кроличью нору».
К сожалению, из нор в городе имелись только водосточные люки, и Арчер сильно сомневался, что они ведут в Страну чудес.
И там, на балконе, молча глядя в чужие сады, Арчер принял решение. Он больше не будет сидеть на месте. Он найдет способ бежать из узкого высокого дома на Ивовой улице и бросится навстречу собственным приключениям. Другого выхода нет. В конце концов, он, Арчер, принадлежит к роду Хелмсли, а это что-нибудь да значит. И Арчер знал, что это значит. Это значит, что он должен совершить что-нибудь замечательное – что-нибудь достойное золотого века рода Хелмсли – и, может быть, даже вернуть этот золотой век. Он знал, что это будет непросто, но не мог допустить, чтобы Хелмсли унизились до бесконечного лизанья почтовых марок. Что сказали бы дедушка с бабушкой, если бы это увидели? Ну нет, он пойдет навстречу приключениям, и пусть они гордятся внуком. А раз дедушка с бабушкой ему помочь не в силах, придется найти других соратников.
Арчер не знал, что соратник, который ему так нужен, живет буквально в соседнем доме. Мальчика этого
