Читаем без скачивания Собачье наследство - Кевин Уигналл

— Попытайся заснуть.

Элла с надеждой посмотрела на дверь, затем быстро скользнула в постель, повернувшись к Лукасу спиной. Он решил, что девушка не заснет, а станет дожидаться Криса.

Потом Лукас открыл «Песнь о Нибелунгах» и на некоторое время отключился от реальности.

Он продолжал сидеть с дочитанной книгой на коленях, когда услышал стук двери в конце коридора, потом — громкие шаги. Элла подняла голову с подушки еще до того, как Крис дошел до двери. Раздался стук и запинающийся голос:

— Это… Это Кри… Это Крейг.

Лукас открыл дверь и впустил парня.

— Как ты себя чувствуешь? — спросила Элла.

— Нормально. А ты?

— Я беспокоилась о тебе.

— Извини, — дернул плечом Крис, повернулся к Лукасу и сказал: — Я выпил немного пива…

Вообще-то говорить об этом не было никакой нужды, но Лукас ответил:

— Ничего страшного. Иди поспи.

— Сначала надо пописать.

Тяжело ступая, парень направился в ванную, и Лукас с Эллой обменялись улыбками.

По крайней мере, выпив несколько стаканов пива, Крис теперь заснет, а если он поспит, то с ним скорее всего будет легче общаться — что бы ни случилось наутро. Элла — другая, Лукас не сомневался: даже с тем, что произошло раньше, она справится. В ней есть что-то от человека, который не осознает, насколько сильным может быть.

Крис вышел из ванной, сделал попытку снять что-то из одежды, но рухнул на кровать. Элла пригладила его волосы и ответила на слезливые объятия. Молодой человек почти тут же затих, поэтому Лукас выключил свет и откинулся на спинку кресла, всматриваясь в темноту.

Он пытался вернуться к содержанию прочитанной книги, но нужное настроение прошло. Лукас мог думать только о работе. Теоретически самая трудная ее часть уже позади: он сохранил девушку живой и невредимой. Завтра надо будет спрятать ее в безопасном месте.

Если Марк Хатто утром снимет трубку, это не проблема. Но вот если Хатто мертв… тогда парни, которых послали по следу Эллы, являются частью чего-то большого и очень опасного. Целая армия ублюдков, и достаточно хорошо организованная, чтобы оказаться не по зубам Лукасу, особенно после пары лет, проведенных не у дел.

Никто больше не боится ни его самого, ни его репутации. Некоторые из этих молодых щенков даже не знают о существовании какого-то там Лукаса. Девушка, которая сейчас забылась в беспокойном сне, тоже ничего не знает.

Впрочем, наверное, лучшее в сложившейся ситуации — это факт, что никто не рассматривает его как угрозу, что никто вообще не принимает Лукаса во внимание.

Глава 4

Следующим утром после очередных двух звонков в доме Хатто снова включался автоответчик. Лукас посмотрел на часы, хотя который сейчас час — здесь, там, вообще где-нибудь, — уже не имело никакого значения.

На звонки в доме Хатто не отвечают, и Лукас совершенно не желает знать почему. Ему хочется оттянуть момент, когда придется все рассказать Элле. Он бы предпочел, чтобы новость принес кто-то другой.

Лукас направился обратно к машине. Солнце палило вовсю, поэтому он держался теневой стороны улицы, пробираясь сквозь толпу туристов. Лукас вернул автомобиль в бюро проката, потом отправился покупать билеты на десятичасовой поезд. Если уж куда-то и передавать новых знакомых, то консульство в Цюрихе — самое подходящее место. И если что-то пойдет не по плану, то он хотя бы будет играть на своей территории.

По дороге в гостиницу Лукас зашел в магазин, купил небольшой чемодан, рюкзак и туалетные принадлежности. Впрочем, какое-то шестое чувство подсказывало ему, что впереди их не ждет ничего хорошего и лучше было бы передать Эллу и Криса полиции прямо здесь, во Флоренции.

Если Хатто нет в живых, ему даже не удастся получить остаток денег. Тем не менее вот он — герой, твердо решивший вернуть девушку целой и невредимой. И он знает, что дело здесь не в сочувствии, а в извращенной профессиональной гордости, как у адвоката, решившего выиграть процесс вне зависимости от того, кем является его подзащитный.

У Лукаса был ключ, однако он услышал, что Элла и ее бойфренд разговаривают, поэтому постучал.

— Это папа.

Крис открыл дверь. Оба были одеты, но выглядели сонными и растрепанными. На этот раз никто из них не потянулся к пистолету.

Лукас бросил вещи на кровать:

— Зубные щетки и все такое. Освежитесь, мы уезжаем.

— Куда?

— Здесь неподалеку есть универмаг. Купим вам кое-какую одежду, чтобы сумки не были пустыми. Потом сядем на поезд.

Лицо Эллы приобрело обеспокоенное и озадаченное выражение.

— Не понимаю. Я думала, сегодня мы позвоним папе и улетим домой…

Лукас посмотрел на часы. Намек на скрытую правду так и остался похороненным в глубине его глаз.

— Я позвоню ему из Милана, там у нас пересадка. Нужно поскорее уезжать отсюда.

Крис с нескрываемым раздражением осведомился:

— И куда вы нас везете?

— В Швейцарию. — Лукас передал Элле сумку с туалетными принадлежностями и добавил: — Только помните: на людях меня нужно называть папой.

— Знаете, на самом деле вы не выглядите достаточно старым, чтобы быть моим отцом, — улыбнулась Элла.

— Тогда не называй меня никак. Только не говори «Лукас». По крайней мере в присутствии посторонних.

Ее улыбка увяла, и до Лукаса слишком поздно дошло, что это был комплимент. Девушка оказала ему знак внимания, и уместнее было бы поблагодарить ее — может, даже сказать что-то приятное в ответ.

Настроение у всех несколько поднялось, когда троица оказалась в универмаге. Делая покупки, они подшучивали друг над другом, а когда Лукас платил, Элла мило улыбалась и говорила:

— Спасибо, папа.

— Да, пап… спасибо.

А Лукас поглядывал на них и тоже улыбался.

— Не за что.

Он попытался улыбнуться девушке за кассой, но та ответила угрюмым взглядом. Она понимает, подумал Лукас, что, как бы они себя ни вели, он не может быть их отцом. И не только потому, что выглядит слишком молодо.

Крис, по счастью, немного пришел в себя. По дороге в гостиницу, нагруженный пакетами с покупками, он все время шутил с Эллой. Маловероятно, что хорошее настроение останется у девушки на весь день, но будет легче, если Крис окажется достаточно собранным, чтобы в случае необходимости успокоить ее.

По дороге обратно Лукас внимательно всматривался в толпу. Казалось, по улицам гуляют только беспечные туристы, но ему не терпелось поскорее убраться из Флоренции. По собственному опыту Лукас слишком хорошо знал, что в таких крупных туристских центрах убить кого надо — проще простого.

Когда они вернулись в отель, Лукас держался уверенно, первым вошел в вестибюль и осмотрелся по сторонам, прежде чем дать пройти своим подопечным. Пока Крис и Элла шли в сторону лифта, он быстрым взглядом окинул оставшуюся позади улицу.

И тут Лукас услышал, как за спиной произнесли ее имя, и это сделал не Крис, а какой-то незнакомый европеец.

— Элла!..

Фальшивая жизнерадостность. Как будто неожиданно встретил старую приятельницу.

Лукас резко развернулся, выхватывая пистолет из-под рубашки. Откуда взялся этот тип? С лестницы, что ли?.. Он должен был его увидеть, а теперь слишком поздно…

Элла обернулась на возглас: незнакомый парень уже поднял пистолет на уровень ее лица.

Крис, который стоял у лифта, обернулся — и остолбенел. На лице Эллы застыло вопросительное выражение. Лукас болезненно ощущал недостаточную быстроту своих движений: казалось, он вынимал пистолет целую вечность, а незнакомец уже давным-давно был готов к стрельбе.

Лукас продолжал движение, и тут случилось что-то странное. На секунду, всего лишь на секунду вся троица словно оцепенела: Крис с остановившимся взглядом, Элла, так и не сумевшая избавиться от удивленной улыбки, и убийца с пальцем на спусковом крючке, еще не нажатом… при этом конец глушителя — всего в нескольких дюймах от ее глаз.

Лукасу не было видно его лица, но рука с пистолетом уже поднялась на уровень виска незнакомца, как будто кто-то другой сделал это за него. Он спустил курок, и парень рухнул; грохот выстрела прокатился по вестибюлю, будто кто-то с силой захлопнул дверь.

Лукас ринулся вперед, затолкал Эллу и Криса в лифт, поднял пистолет убитого и передал его девушке. Прежде чем оттащить тело в тень под нижним лестничным пролетом, еще раз обвел вестибюль взглядом. Повсюду виднелись пятна крови; впрочем, тут было сумрачно, поэтому существовала вероятность, что некоторое время никто ничего не заметит.

Лукас зашел в лифт и нажал кнопку четвертого этажа. Элла и Крис уставились на него затравленными взглядами, и он подумал, что это все же лучше, чем если бы они ударились в панику и крик.

Лицо и голова девушки были в чужой крови, липкие брызги застряли в волосах. Лукас кое-как вытер ей щеки и лоб, потом взял у Эллы пистолет и бросил в один из пакетов.