эта мартышка про тебя уже забыла.
— Хорошо бы, — я совсем не был так же уверен.
Мы попрощались, приехал на Котельническую, только снял обувь, как тут же позвонил бригадир. Попросил подъехать на квартиру, прояснить некоторые моменты, пока работать нельзя.
Приехав домой, первым делом заказал разговор со Святославлем. Вот когда я порадовался, что связь ещё аналоговая, света в квартире нет, а телефон работает.
Жданович начал с потопа. Доложил, что последствия незначительные. Промокли стены и потолки на кухне двушки, в ванной и в туалете. Частично промок потолок в коридоре. Но везде отделка была только черновая.
— Так что, отделались лёгким испугом, четырьмя мешками штукатурки и потерей времени, — подвёл итог прораб.
— Только вы никому об этом не говорите, — заговорщицким шёпотом попросил я и мы оба рассмеялись.
— Я что звонил, у меня мысль появилась, пойдёмте, покажу, — позвал он меня в туалет и предложил белые полосы на стенах продлить и на пол.
— А что, забавно будет, — улыбнулся я. — Давайте, попробуем.
Пока мы болтали, раздался звонок и меня соединили с мамой.
— Есть новости? — спросил я.
— Нет, — хлюпая носом, ответила она.
— Ничего, потерпи еще немного. Я уже всех тут на уши поднял. Ты не представляешь, каких людей! Так что решат все в нашу пользу, даже не сомневайся! Ты Ахмада видела?
— Видела.
— Как он?
— Плохо, — опять хлипнула мама, — осунулся, оброс…
— Ну, это всё ерунда, выйдет — и побреется, и откормится… Пусть ещё немного потерпит. Скоро всё закончится, — постарался как можно уверенней сказать я, убедился, что мама немного успокоилась, и мы попрощались.
Больше мне там делать было нечего, и я постучался к Ивану. Он только пришёл с работы. Договорились, что я созваниваюсь с частью, договариваюсь на завтра, заезжаю за Иваном на работу в институт после своих пар и мы вместе едем выбирать палатку и печь.
Пришлось вернуться и позвонить в часть. По-военному чётко и строго ответивший завсклада, услышав, что я от Сатчана, сразу перешёл на обычный человеческий тон.
— С радостью поможем родной науке, — заверил он меня. Ещё бы, небось, за хорошие деньги.
Договорились, что приеду завтра с представителем Института археологии. Он подробно рассказал мне куда ехать, и что говорить на КПП. На этом мы с ним и простились.
Зашёл к Ивану, подтвердил поездку завтра в часть и решил, что надо предупредить Гришу, что палатку можно больше не искать. Дома был один Родька. Поболтали с ним о делах в школе.
— Ты напиши папе записку про палатку, — попросил я. — А то забудешь сказать, а он так и будет её искать для меня.
По дороге на Котельническую планировал день на завтра. Похоже, придётся ехать в университет на машине, чтобы время не терять. После пар сразу в Институт археологии, а оттуда за палаткой. Часть в Подмосковье, ехать надо будет в сторону Ногинска по Горьковскому шоссе.
Глава 3
* * *
Москва. Квартира Сатчанов.
Вечером Сатчан, как обещал, позвонил тестю домой.
— Николай Алексеевич, тут такое дело… Помните Павла Ивлева, что приезжал к вам на дачу, когда моя секретарша Римму накрутила? — начал он. — Теперь Ивлев сам в такой же ситуации, представляете? А он только недавно в Верховный Совет на полставки устроился… Да, поздравлю от вас, обязательно!
Так вот, студентка одна в МГУ всё не может успокоится, пытается его с женой развести. А у них двойняшки только родились, она сейчас кормит. И так получилось, что отец этой девахи у вас работает в управлении мостов и искусственных сооружений, Быстров его фамилия, Степан Михайлович. Можно как-то на него повлиять? Чтоб он разума дочке, хоть немного, в голову вложил?
* * *
Москва. Квартира Эль Хажж.
Вернувшись домой после курсов в посольстве Ливана, Диана рассказала Аише, что опять видела там Марата. Аиша довольно улыбнулась и Диане показалось, что улыбка эта была радостной, если не сказать счастливой.
— Что ты, вообще, о нём думаешь? — спросила Диана, чтобы проверить свою догадку.
— Он очень вежливый, сильный, — начала перечислять Аиша, — надёжный, ему можно доверять в любых вопросах. И он очень талантливый педагог.
Ну, точно, это она по телефону кому-то про Марата говорила, как есть, втюрилась она в него! — убедилась в своих догадках Диана и пошла к мужу.
— Говорила сейчас с Аишей, — поделилась она с ним, — это она про Марата по телефону говорила, что влюблена и жить без него не может, сто процентов.
— Я так и знал, что этим всё закончится! — опять запаниковал Фирдаус.
— Да ладно, что ты так переживаешь, — спокойно улыбнулась Диана. — Её родители не против ее знакомств с парнями, сам же говорил, так почему мы должны быть против? И, вообще, если так посмотреть на Марата, то у него есть свои плюсы. Ты посмотри на него, он же прёт, как бульдозер, хрен его остановишь. Влюбился в Аишу совсем недавно, а вот уже и арабский язык учит. Знаешь, кого он мне напоминает? Пашку! Он точно такой же: если что задумал, будет делать, пока не сделает.
— Что ты хочешь сказать, что Марат перспективный муж для Аиши? — озадаченно посмотрел Фирдаус на жену.
— А почему нет?
— Ну давай подумаем. Аиша единственный ребёнок у своих родителей, — задумался Фирдаус. — Сыновей у сестры с мужем нет… Может, поэтому они и не возражают против этой дружбы? Может, это, как раз то, что им нужно? Крепкий зять, который будет надёжным тылом для Аиши… Рано или поздно ей достанется бизнес отца… Знаешь, похоже, что ты дело говоришь. Надо с Павлом поговорить по этому поводу.
* * *
Москва. Общежитие Завода имени Лихачёва.
Вернувшись в общежитие, Марат застал в комнате весёлую компанию. Его соседи по комнате частенько устраивали у них посиделки, не сказать, что очень шумные, но собиралось человек семь-восемь с девчатами, пили винцо, пели песни под гитару, анекдоты рассказывали. К одиннадцати, обычно, все уже расходились.
После курсов арабского Марат собирался заняться домашним заданием, а тут такое… Слишком уж шумно. Он взял свои тетрадки и пошёл в коридор. Пристроился на подоконнике и принялся зубрить и старательно выписывать арабские буквы. Парни и девушки шли по своим делам мимо, он не обращал
