Отряд приближался к городу, вокруг простирались сады и пасеки. Жужжали пчелы, пели птицы, среди зелени листвы шелестел ветерок. «Закатные» лучи Цветка проникали через листву и приятно согревали. Найпа прикорнула в седле, облокотившись на шею рыжей лошадки — усталость сморила девушку, та хоть и давно привыкла к жестокости мира, но все же слишком много сегодня пережила. Тес-Нур вдыхал запахи цветов, ему тоже чуть полегчало. Навстречу отряду проскрипела тяжелая телега — семейство крестьян возвращалось с торга. Волы шагали спокойно и величаво, крестьяне покачивались в такт движению. Усатый глава семейства ударил кулаком в грудь и склонил голову — знак почтения к солдатам, советнику и наследнице. И вот — Городские ворота. На легком ветру колыхались бело-желтые знамена. У Танналара, как и почти у каждого Княжества, две линии обороны: внешняя и внутренняя. Если внешняя падёт, и Тени вторгнуться на поля, луга и сады, жители смогут укрыться за стенами Города и продолжать сражаться. А если падут и стены города, есть ещё Дворец… Укрепления эти выглядят весьма грозно: тяжелые, мощные, построенные «на совесть». Но, как известно, любая крепость может легко превратиться в темницу…
— Кто идёт! — спросил высокий и широкоплечий воин, облаченный в серебряную кольчугу.
— Ой, Луривун, ты видишь что свои. Открывай!
— О, сам Тес-Нур! Приветствую! И Наследница при тебе.
— Нет, это я при ней, а не наоборот, — Советник устало вздохнул, — Открывай, давай, у нас важные вести для княгини… Да и жрать охота.
— Сейчас-сейчас. Но сначала скажи — вы задали жару? Как там ваше новое оружие?
— Никак. Хвалёная сила каннаров обернулась пшиком. Но не беда, давно известно: главное оружие Империи — люди.
— Ну, это само собой. Входите!
Посеребренные ворота отворились, с полсотни городских детей выбежали навстречу отряду — поглазеть. Отряд, вступил в город и двинулся по Центральной Аллее — к белокаменному княжескому Дворцу.
* * *
«Цветок Надежды». Рисунок создан мной — на основе скачанной с инета картинки =)
* * *
Знамя Танналара
ГЛАВА 3. КНЯГИНЯ
Минули целые сутки. Снова наступил вечер — ненастоящий, как и многое другое в этом сумеречном, задавленном Смертью, мире. Густые тучи всегда закрывали небо, и солнечные лучи не пробивались к земле. Но Цветы Надежды, что росли в каждом Княжестве, заменяли солнце, дарили людям пусть и не яркий, но живой и целительный свет. Этот свет наполнял жизнью и спокойствием каждую живую тварь, даже траву, придавал людям сил, и лишь внутреннее Зло, то самое что живёт в каждом, препятствовало превращению Княжества в идиллию. А впрочем, даже если бы и не было внутреннего зла, не было внутренних распрей и страстей — всё равно Рая не получилось бы. Слишком уж всё тихо и спокойно, оно и понятно — когда вокруг одна смерть, даже в светлом доме не до радости… Тем не менее, сетовать на судьбу не следовало — все чувствовали себя в более-менее безопасно, благодаря свету цветка внутрь не могли проникнуть ни ветер, ни холод, ни мелкие Тени…
Найпа сидела у окна и смотрела, как местный василёк закрывался и гаснул, переливался малиновыми волнами и разбрасывал искры. От него и весь Танналар окрасился в закатные тона. Мягкое сияние отражалось от зеркальной глади озера, блестело на шпилях священных башен. Свет струился по мощеным камнем улочкам, заглядывал в окна и медленно отступал. Когда цветок совсем закроется и погаснет, наступит Ночь… Дворец располагался на небольшом островке посреди озера Майва, на соседнем островке рос Цветок. Озеро было весьма глубоким и обеспечивало водой всё княжество. От него, словно нити паутины, разбегались каналы, что питали окружавшие город сады, и служили для рыбалки местных жителей. Сам город раскинулся по берегам озера, чистый и опрятный, но безнадежно скучный — как и жизнь в нем. С высоты Дворца, он виден как на ладони. Аккуратные домики с белеными стенами и высокими островерхими крышами. Вокруг окон и дверей — орнаменты, дань традициям. Крыши домов покрыты не черепицей, как в Столице, а большими рыжими перьями огненных журавлей… Возле каждого дома — опрятный садик, огороженный кирпичным забором. Там шептались акации, цвели астры, их запах витал в воздухе и радовал людей.
Городок готовился ко сну. Утром прошли похороны погибших солдат — печальная музыка, плачь и протяжное пение… На дорожках еще лежали лепестки траурных цветов. Но к вечеру люди слегка успокоились. В условиях бесконечной войны они привыкли к смертям. По улочкам бегали неугомонные подростки, играли и смеялись. Пастухи гнали домой овец, мелодично позвякивали колокольчики. Стражники совершали вечерний обход, зажигали масляные фонари. Впрочем — только на главных улицах, остальная часть городка будет спать в темноте. Прохлада…
Девушка отхлебнула молока и прикрыла глаза. Вид умиротворенного городка успокоил, но усталость не уходила. Жизнь — борьба: со смертью, с тенями, с собственными слабостями. Внутри, под защитой цветка — скука и тяжелый труд, а снаружи, из мертвых земель — набеги Теней. Большие вторжения случались редко, как правило, мелкие стычки, но никаких перемирий… А иногда так хотелось про всё забыть и исчезнуть из этого жестокого мира, хоть на денёк. Забыть о бесконечной Войне, поверить что Тени и всё их воинство — лишь уродливый страшный сон… В памяти всплывали образы из книг — картины древней, почти забытой жизни. Бескрайние зеленые поля, заснеженные вершины, уверенные в своем будущем крестьяне, хрустальные дворцы, города в которых жили миллионы человек — и никаких теней, никаких двухголовых мертвяков высотою с дом, никакого ядовитого тумана…
Неужели это всё было по-настоящему? В книгах все описано до боли ярко — слишком уж ярко! Пожалуй, лучше бы не знать о Золотом Веке, мечты будоражат воображение, отвлекают от Жизни… Но, с другой стороны без них Найпа давно смирилась бы. Стала бы воспринимать войну как некое естественное явление, которое было и будет всегда. Мечты вдохновляют… Скрип двери отвлек Наследницу от размышлений. В комнату заявился Маттаух, жирный слуга-евнух. Облаченный в синий позолоченный халат, рыжебородый, в шапке из меха леопарда, он выглядел солидно. «И зачем ему дорогие наряды? — подумала Найпа, — всё равно ведь девушкам не нужен…Хотя, возможно это его единственная радость в жизни». Впрочем, Найпа хорошо относилась к Маттауху — у парня было одно качество, весьма редкое среди обитателей Дворца — наивность.
— О Наследница! — мягко проговорил евнух, — Княгиня вызвала вас к себе. Тайное совещание.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
