Читаем без скачивания Нелегкая поступь прогресса - Сергей Юрьевич Ежов

Спустя какие-то три недели после получения сведений о заключенном союзе, вся огромная масса уже союзных русско-турецких войск двинулась на запад. Русскими войсками, естественно, командовал Румянцев, а турецкие войска возглавил талантливый военачальник Айдослу Мехмед-паша. Я же получил отдельное задание: возглавить объединённый русско-турецкий отряд численностью в шесть тысяч штыков при пятидесяти орудиях. Моей задачей стал рейд в самое сердце Венгрии — город Кечкемет, где вспыхнуло национальное восстание против засилья австрийцев. Вот на помощь Ференцу Ракоци, провозгласившему себя престолоблюстителем Венгерского королевства я со своим отрядом и отправился. Со мной отправился и немалый обоз с оружием для мадьяр: пять тысяч ружей, пулелейки, свинец, порох и прочие припасы, необходимые зарождающемуся войску. Мадьяры хорошие солдаты, особенно они хороши на коне, впрочем, и пехота у них недурна, вот только вооружать её нечем.

Через Румынию, находящуюся под турецким контролем мы прошли беспрепятственно, и весь путь от Галаца до Орадя у нас была только одна забота: чтобы никто не свалился с телеги и не попал под колёса.

Транспорт для перевозки солдат я назвал телегами, но по сути это были куда более сложные сооружения: колёсные платформы, на которых закреплены четыре лавки, на которых солдаты сидели по пять человек. Итого на платформе размещалось по двадцать солдат. Чтобы люди на падали, по бокам и сзади были устроена ограда из жердей. Телеги по три были прицеплены к грузовикам, что, конечно же, не добавило скорости, зато позволило обойтись без лошадей. Даже кавалеристы отправились в рейд без своих четвероногих друзей — конским составом нас обязались снабдить венгры.

Марш я организовал так: колонна около двух часов двигалась со скоростью десять километров в час, затем личный состав выгружался, и километра два-три все бежал рысцой: нужно размяться после неподвижного сидения в тесноте. Затем все грузятся на свои места, и колонна снова мчится с невиданной доселе скоростью. Обед готовится в полевых кухнях, и во время остановок у водоёмов люди имеют возможность умыться, почиститься и хорошо покушать.

Венгры нас действительно ожидали, и приготовили всё, что обещали: продовольствие для людей, фураж для лошадей, да и самих лошадей тоже, и преотличных лошадей, доложу я вам.

Глава 3

Средней величины кабинет, предназначенный для приватных разговоров, оборудован со знанием дела и огромным вкусом, где все свидетельства скромности стоят немалых денег. Мебель здесь привезена из старой доброй Англии, где по особому заказу была изготовлена на фабрике Чиппиндейла. Отделка стен, тяжёлая ткань драпировки и даже паркет — всё здесь настоящее, английское, а потому лучшее в мире. В четырёх креслах расположились молодые джентльмены, одетые по последней лондонской моде, они слушают престарелого джентльмена, что с удобством расположился на диване, и, покуривая сигару, рассказывает им:

— Английский клуб в Петербурге открыт относительно недавно: при светлой памяти благословенной Екатерины Великой, поборницы свободы личности и защитницы человеческого достоинства. Членство в клубе, мои юные друзья, весьма высокая привилегия, доступная лишь лицам с поистине голубой кровью. Правление клуба тщательно отслеживает генеалогические древа потенциальных членов, и отсеивает негодных ещё на этапе рассмотрения прошения о приёме. Более того: клуб принимает далеко не всякое прошение. Вторым условием является владение соискателя достаточно весомым состоянием. Клуб не рассматривает прошений лиц, не располагающих состоянием хотя бы в пятьдесят тысяч золотых рублей. До недавнего времени был более удобный критерий: количество крестьянских душ во владении, но к величайшему несчастью, узурпатор трона ограбил всех нас и отнял наше движимое, говорящее имущество.

Не то было совсем недавно, при блаженной памяти великой Екатерине Алексеевне. При ней, милостивице, дворяне получили подлинные шляхетские вольности, право казнить и миловать своё говорящее имущество. А непокорных, буйных и просто недовольных из числа быдла, благодетельница разрешила бессудно отправлять на каторгу или в солдатчину. Ведь как стало хорошо! Воистину наступил Золотой Век русского дворянства, но неожиданно, не иначе, личными кознями самого Диавола, Камелия, любимая кобылка Екатерины Великой споткнулась буквально на ровном месте и упала вместе с хозяйкой на коротко обрубленные ветки кустарника. Погибла великая императрица, при которой Россия воспарила на немыслимую высоту, а на престол влез недостойный отпрыск великой матушки. Кстати, надо ещё разобраться, а имеет ли сей Павлуша хоть какие-то права на престол? Да, рождён он самой Екатериной, тут сомнений нет, но есть неясность: а от кого он родился. Покойная матушка была большой затейницей, и без мужского внимания не мыслила жизни. Бывало у неё и по три любовника одновременно, но сие не в укор благодетельнице. Значит много сил у дамы, коли один мужчина с нею управиться не может. Однако великий темперамент породил великое недоумение: а законный ли ея отпрыск? От кого он рождён? То ли от мужа, бездельного Петьки-дурачка, то ли от очередного молодца согревшего постель милостивицы. В первом случае мы, хоть и скрепя сердце, можем признать Павлушу легитимным монархом, а во втором случае, согласитесь, это решительно невозможно! Благословенная Екатерина, в великих своих порывах не ведь брезгала и простолюдинами, сие есть факт, и факт неоспоримый. Это простительная шалость, господа, к тому же Романовы вообще большие затейники — кто-то слывёт поклонником греческой любви, кто-то любопытствует каково оно в межвидовых связях, кто-то обожает боль и унижения, а некоторые не брезгают даже быдлом — вон, Петр Алексеевич подобрал прошедшую через десять рук чухонскую прачку, и возвёл её на императорский престол. Елизавета Петровна, за смазливую физиогномию и сладкий голос, подняла в графское достоинство безродного хохла Розума, сделала его графом Разумовским. Да-с, милостивые государи, необыкновенной спеси получился нувориш, стоило только извлечь его из грязи.

Джентльмен выпустил клуб ароматного дыма и покосился на свою сигару: столбик пепла держался на ней незыблемо, что свидетельствовало о величайшем самообладании курильщика, не позволяющем дрогнуть руке, и тем спровоцировать падение сигарного пепла.

— Однако я продолжу: как ни прискорбно, но логика подсказывает, что узурпировавший престол сын великой Екатерины происходит от отца-плебея. Судите сами: разве может благороднорожденный муж заботиться о нуждах черни? А ведь недостойный отпрыск великой императрицы только и печётся о подлой черни, о презренном купечестве, о бездельной мастеровщине. То, как Павел обошелся с гвардейскими полками, истинной и единственной опорой русской монархии, говорит о злобных замыслах по разрушению обороноспособности государства. Не забудем о том, как этот человек унизил и оскорбил всех дворян России вернув презренную обязанность служить, и при этом отнял полученные в соответствии с законом и обычаем воинские звания у дворян младше пятнадцати лет… Это неслыханное надругательство над здравым смыслом и над всем русским шляхетством совокупно. Скажем, моего племянника лишили чина секунд-майора. Между тем, с сей чин я для него честно выиграл в штосс у светлейшего князя Потёмкина. Вместе с тем, будем трезвы и непредвзяты, хотя вы тоже немало пострадали от бесчинств узурпатора.

Джентльмен помолчал, ожидая реакции собеседников, и один из них подал голос:

— Ваше сиятельство, должен признать, что Ваша логика совершенно безупречна, и лично я, равно как и мои друзья, разделяю обеспокоенность всего благородного сословия Российской империи судьбой трона, а в особенности личностью, занимающей сей высокие трон.

— Да, Ваше сиятельство — вступил в разговор второй молодой человек — для нас стало очевидной необходимость рокировки на российском императорском престоле. Но кто займёт оный престол? Я, как и мои друзья желаем узнать вашу точку зрения на столь важное обстоятельство.

Двое молчащих до сих пор молодых джентльменов кивками подтвердили свою заинтересованность в освещении сего обстоятельства.

— Вопрос престолонаследия, мои достойные друзья, не так сложен, как кажется. Жив и здоров внебрачный сын императрицы Екатерины Великой и Григория Григорьевича Орлова, Алексей Григорьевич Бобринский. Кто-то скажет, что в свои четырнадцать лет Алексей Григорьевич не проявил практически никаких способностей к военному делу, интереса к наукам или к руководству другими людьми. На это я отвечу, что царю и не нужно обладать какими-то особенными способностями, поскольку у него имеются верные помощники. Так что овладел Алексей Григорьевич французским и немецким языками, началами арифметики