Читаем без скачивания Бухарские обряды - Голиб Саидов

По окончанию возведения столь непростого сооружения оямулло делает «муборак-бози» (прославление Бога и пожелание счастья молодым в форме своеобразных песнопений). После чего, присутствующим женщинам раздают конфеты и подарки, а кроме того, по традиции на голову каждой из женщин оямулло набрасывает по небольшому носовому платку, сопровождая различного рода пожеланиями. К примеру, «чтобы и у вашей дочери мы вскоре погуляли на свадьбе», что-то в этом роде. Платки тут же снимаются с головы и сохраняются их обладательницами как своего рода сувениры на память о проведённом мероприятии.

И в заключение, конечно-же, необходимо присутствие келин (невесты), которая скромно (как того требует этикет) опустив голову, делает «таъзим», то есть совершает плавные величественные поклоны собравшимся. Все вокруг улыбаются и рады: они-то её прекрасно знают, и потому им немножечко смешно – так как, «вчерашняя» озорная шалунья хоть на миг стала серьёзной и ответственной. Пусть она завтра снова станет прежней, но «сегодня» так забавно и мило видеть её серьёзной, отдающей дань традиции и уважение к предкам: ведь такое больше никогда не повторится, а потому в этом кроется что-то очень важное для девушки, которая решилась перешагнуть через черту, отделяющую её от детства и беспечности.

Фотиҳа (Женский праздник)

Бухарские куклы. Фото автора.

Как я уже описывал выше «Фотиҳа» является исключительно женским праздником, на котором кроме многочисленных родственниц с обеих сторон, присутствуют также соседи, сотрудницы по работе и просто близкие подруги и знакомые. Обычно это мероприятие проводится в доме невесты. Каждый уважающий себя житель Бухары с молодых лет стремится обзавестись собственным домом (или, как говорят в обиходе «участком»), который позволял бы в будущем проводить подобного рода свадьбы и обряды, предусматривающие, как правило, немалое количество народа. Обычные панельные дома считаются нечто вроде «клетушек», в которых летом задыхаешься от жары, исходящей от бетонных блоков, а зимой мёрзнешь из-за недостаточного тепла. И, кроме того, в таких квартирах не особо развернёшься со свадьбой, предполагающей двести и более человек.

Во дворе дома невесты расставляются столы и стулья, взятые напрокат, накрываются скатерти (бывает, что и без них); столы сервируются всевозможной снедью, закусками и фруктами. На заднем дворе, огороженным «чодиром» (брезентом) устанавливается огромный казан, вокруг которого «колдует» нанятый специально усто со своими помощниками («шогирд») над очередным праздничным блюдом (чаще всего это – «кабоб» – разновидность жаркого).

Домашняя же кухня на это время превращается в настоящую чайхану, где на всех четырёх конфорках в огромных баках постоянно кипятится вода для заварки чая. А ванная комната служит складом для спиртного: в неё закладываются большие куски льда, привезённые заранее с хладокомбината, вокруг которых стынут всевозможные бутылки с вином, шампанским, водкой и коньяком.

Один из углов двора предоставляется в распоряжение музыкантов, нанятых для того, чтобы веселить гостей. Самые близкие родственники невесты, как правило, являются обслуживающим персоналом: они не имеют права присаживаться и веселиться наравне с гостями, а должны всячески тормошить и веселить скованную в начале мероприятия публику. Их «свадьба» будет чуть позже, когда закончится основное веселье и гости разъедутся по домам.

Сторона жениха, тем временем, прихорашивается и проверяет – все ли подарки уложены как следует, не забыли ли чего. Наконец, наняв специальный микроавтобус, в который заносят подносы («ляъли») с подарками (как я уже говорил, число их может колебаться от 10 до 16-ти) и, расположившись сами, они едут к дому невесты. Не доезжая до самого дома, где-то примерно за квартал, они спешиваются, берут на руки подносы и, под звуки карная, сурная и барабанщика, медленно и торжественно идут в направлении дома, где живёт невеста.

Родственники невесты, заслышав характерные звуки музыки, тоже торопятся выйти навстречу гостям и ждут их у порога своего дома. Наконец, процессия подходит к дому невесты, гости передают подарки на руки своим будущим родственникам, все обнимаются и целуются со своими сватами и их окружением. Оямулло, встречая каждую гостью, обмакивает кусочек ваты в муку (символ чистоты, счастья и достатка) и слегка проводит по щекам женщин.

Подарки с подносами заносят в дом, куда приглашают только родных и близких. Там, усевшись в кружок и поставив перед собой подносы, начинают по порядку их разбирать. Оямулло, руководимая всем процессом, громко объявляет содержимое очередного подноса и кому он предназначается. Как правило, сторона жениха обязана преподнести подарки всем близким родственникам невесты, не забыв при этом никого. Для этого заранее уточняются размеры: голов, воротников, а также размеры одежды и обуви тех, для кого будут предназначены подарки. Каждый поднос подарков помимо всего прочего, дополняется также чётным количеством лепёшек (обычно 2 или 4) и всякого рода сладостями.

Естественно, не забывают и саму невесту: её одаривают «с головы до ног». Этим актом будущий муж, как бы показывает, что он самостоятелен и вполне созрел для брака, чтобы суметь достойным образом содержать семью. Правда, чаще всего для того, чтобы провести такое мероприятие, как свадьба, денег одного только жениха может и не хватить, а потому традиционно все близкие родственники помогают ему не только продуктами, но и нередко финансами.

Тем временем, к назначенному часу, дом невесты наполняется многочисленными приглашёнными гостями – женщинами. После чего всех приглашают за стол, где все уже готово для празднества. Гости рассаживаются на отведённые для них места, хозяева произносят полагающую случаю приветственную речь, музыканты берутся за свои инструменты и женский праздник вступает в свою основную фазу. Слышатся хлопки от пробок шампанского, разливается вино и… как это ни покажется странным, но ряды бутылок с водкой и коньяком тоже начинают стремительно редеть. Вот вам и «восточная женщина».

– «Да-а, – глубокомысленно вздохнул автор данной статьи – раньше спиртное на подобного рода мероприятиях не предусматривалось». Что тут сказать? Времена меняются, люди тоже.

Обязательным во время данного праздника, является присутствие «созанды» (профессиональной танцовщицы, развлекающей гостей). Во время танца к ней периодически подходят женщины и протягивают купюры самого разного достоинства. (12) Чуть позже, когда публика хорошенько «разогреется», статус созанды постепенно блекнет на фоне того, что, порою, вытворяют ещё совсем недавно скромные женщины. Здесь, подобное разрешается, а иногда даже и приветствуется. Ибо, где ещё женщина может свободно раскрепоститься и дать волю своим чувствам, не стесняясь никого, как не на свадьбе любимой родственницы. Иной раз, войдя в раж, какая-нибудь из женщин такое выдаст, что знаменитый «восточный танец живота» меркнет по сравнению с пластикой, которую способна продемонстрировать, казалось бы, обыкновенная гостья.

Когда разгар праздника достигает своего апогея, то, как говаривал в известном всем нам фильме Иван Васильевич: «Танцуют все!». Деньги «лепят» уже друг другу (вернее, подруге). В общем, умеет, оказывается, «оттянуться по полной программе» восточная женщина, если только захочет.

Домот-бари (Приход жениха в дом невесты)

Тем временем, сумерки сгущаются и наступает вечер. В доме жениха скапливается тоже немало народу, большей частью мужчины: родственники и многочисленные друзья. Дом гудит словно улей: ближайшие родственники и простой люд, обслуживающий свадьбу, снуют туда-сюда; вакиля (своего рода, женский «администратор») даёт бесконечные последние указания; друзья, в ожидании домота (жениха) курят в сторонке, обсуждая предстоящий поход к дому невесты, периодически сотрясая своими шутками вечерний воздух; родители жениха волнуются и лихорадочно соображают – не упустили ли чего?; это волнение невольно передаётся главному «виновнику» торжества: он придирчиво всматривается в зеркало, проверяя – хорошо ли «сидит» на нём халат, не съехала ли в сторону чалма; любопытная и назойливая детвора, собравшаяся со всей округи, так и норовит попасть кому-нибудь под ноги и, прыснув, под оглушительную ругань взрослых, стремительно убегает в сторону для того, чтобы тут же наткнуться на следующего.

Словом, нормальная «рабочая» обстановка обычной бухарской семьи.

«Домот-бари», что дословно означает «вести жениха» – особо запоминающий праздник не только для многочисленной ребятни, но также и для взрослых ребят, поскольку само шествие предполагает наличие неизменных атрибутов, сопровождающих процессию, а именно – двух факелов («машъал») на длинных шестах, которые несут два факелоносца по обе стороны от жениха, окружённые толпой его близких друзей. Под скандирующие выкрики друзей, плотно облепивших со всех сторон жениха, толпа не спеша движется по направлению к дому невесты. Это яркое и завораживающее зрелище, уходящее своими истоками в глубокую древность, несомненно, имеет доисламские, а точнее зороастрийские корни. Удивительным образом, пройдя через века и столетия, оно сохранилось и дошло до наших дней.