осмотрел его куда тщательнее. Когда ещё представится возможность поработать с настолько сильным одаренным. Он, кстати, так и продолжал мирно спать. Уже не из-за нашего воздействия, а оттого, что организм ослаб. Прошлись по всему телу. Степан Денисович показал, как с язвами работает. Я в этом вопросе мог только чистотой Крови дополнить, исцеляющий эффект усиливая. А так, по мастерству… Пожалуй, что хирург меня в этом и превосходил. В том смысле, что у него куда больше опыта, когда можно работать основательно и тщательно. Я всё же в первую очередь полевой целитель. Так что с удовольствием чужое мастерство перенимал.
Отработали, как надо. Довели пациента до состояния, когда ему уже ничего не угрожает. Нужно как следует отдохнуть, сил набраться.
То, как Маргарита Робертовна работу принимала, — отдельный балаган. Нос воротила, осмотрела мужчину тщательно. Причем только визуально. Никаких сканирующих техник не использовало. Что разом уронило её авторитет в моих глазах.
Степан Денисович дал рекомендации, что и как дальше делать. Причем потребовал записать это на бумаге, в двух экземплярах и заверить печатью. Ох и шипела на него за это Маргарита Робертовна…
Да уж. Миленькие отношения.
* * *
Уже когда в машине обратно ехали, вопрос задал, что за отношения такие.
— Деловые, — хохотнул довольный Степан Денисович. — Ты не думай, Олег, что у меня какие-то секреты есть. Хорошему человеку, думаю, ты и сам будешь рад мастерство открыть. Только вот оно упирается в чистоту Масла, так ведь? У меня оно высокое, но и так не хватает. А уж у этой Маргариты, чтоб её, Робертовны, чистота пониже будет. Нет таких уников, как ты. А жаль.
— А разве она не главная целительница в госпитале?
— Главная. Но душа-то у неё жадная, хитрая и меркантильная. Думаешь, она секрет хотела узнать, чтобы людям помогать? Три раза ха, — проворчал мужчина. — Цену себе набить, вот что она хотела.
— Да уж, да уж, — покачал я головой.
— Ты прямо как Аристарх, — хохотнул хирург.
* * *
Аристарх Павлович с интересом слушал рассказ, как прошла поездка в госпиталь. Не далее как день назад целителя вызвал к себе князь. Который лично сказал, что больно дела хорошо пошли в лечебнице. А раз есть что-то хорошее, то надо этим делиться. Иначе и вопросы могут возникнуть о причинах улучшения дел и о том, как они связаны с молодыми дарованиями.
Намек был понят правильно. Ещё бы его не понять, ведь после беседы Аристарху Павловичу прямо сказали, что надо наведаться в госпиталь и вылечить одного уважаемого человека.
И вот теперь целитель слушал, как всё прошло.
— Ты знаешь, кто такой Дуб, — делился впечатлениями Степан Денисович. — Боец он знатный, с именем. Убить его основательно пытались и прикончили бы, если бы не парень.
— Что, и в этот раз справился? — сказано это было с нотками веселья, хорошей выдержки.
Обычное веселье оно раз, пришло и ушло. А это веселье — когда долго за кем-то наблюдаешь, думаешь, что ну вот здесь-то парень не должен справиться! А это «здесь» всё отодвигается и отодвигается. Невозможное и от этого завораживающее зрелище.
— Да справился, справился. Но ты всё дослушай, — перешёл хирург на заговорщицкий шепот, закинув в рот закуску.
Двое мужчин встретились поздно вечером, после рабочей смены, и решили, что раз уж повод есть, то можно и по стопочке выпить.
— Что там было?
— Как обычно, у черного отряда бывает. Проклятие с сюрпризом. С такими пациентами никто возиться не любит. Ну, ты знаешь, — шмыгнул Степан Денисович. — Обычно они до госпиталя не доживают. А тут, сам понимаешь, важный человек. Такими кадрами не разбрасываются. Поэтому и вывезли его в госпиталь.
— Так, а случилось-то что? — Аристарх Павлович не оценил долгую подводку.
— Какая-то гадость полезла. Дух смерти, не меньше. Я уж было подумал, что всё, сейчас пожрет всех. Парня в сторону откинул, прикидывал, успеем сбежать или нет. А парень наш не растерялся, духа-то и прибил.
— И всё? — расстроился Аристарх Павлович.
— И всё?! — опешил хирург. — Он духа с ходу прикончил и дальше лечить продолжил! А ты — и всё! Тьфу! Налей ещё, ирод.
— По одной же договорились, — прищурился Аристарх Павлович.
Но налил.
— Я ожидал другой реакции, — выпив, прямо сказал хирург.
— От меня? Или от парня? Если от него, то не стоило. Я в него духа как-то кинул. Он его поймал и прибил. Даже не дернулся.
— Боевого духа смерти? — удивился Степан Денисович.
— Не, обычного паразита.
— Так это совсем другое.
— Ну так это же Олег! — хохотнул целитель.
— Действительно. Давай уж и по третьей за него. Не знаю, откуда он взялся, но парень — гений.
Вздохнув, Аристарх Павлович разлил настойку. Выпили и третий раз.
Глава 2
Вернулись обратно задолго до конца рабочего дня. Меня от любых дел освободили. Как-никак, я сегодня и так хорошо выложился.
Отличный вариант, чтобы отправиться к Петру домой да заняться телом наконец-то, ещё клятвы принести, но утреннее появление его родственников спутало все планы. При таком количестве любопытных глаз точно не вариант своими делами заниматься. Да и, в принципе, не вариант там дальше жить. Надо бы Петра навестить, узнать, что да как.
Поэтому по прибытии в лечебницу я первым делом пошёл переодеваться. Демьян, который тоже клятвы принес и начал совсем иначе работать, столкнулся с аналогичной проблемой, как и я сегодня. На самом деле это типично для целителей. Мы работаем со всеми видами отравлений, то есть с грязным Маслом, ещё через себя что-то пропускаем. Запачкаться — проще простого. Мне в этом плане легче, потому что чистота высокая. Демьяну куда хуже приходится. Не всегда, но, когда он выкладывался, одежде доставалось.
Что хорошо — в лечебнице знали про эту проблему, и здесь имелась как полноценная душевая, так и постирочная. Поэтому сдать вещи в стирку не проблема. Что касаемо сменки, Демьян решал проблему просто. Покупал дешевую одежду, которую не жалко, но которая выглядит более-менее прилично. Мне тоже назвал места, где закупиться. Что я и сделал, оставив запас на рабочем месте. Поэтому во что переодеваться, имелось.
Приведя себя в порядок, отправился в ресторан.
Где сел за столик, мило пообщался со Светой, которая сегодня заказы принимала да глазками в мою сторону постреливала, выбрал себе еды побольше и попросил Петру передать, что, как будет минутка, пусть подойдет или передаст новости. Заглянул он ко мне не сразу, минут через пятнадцать. Что ожидаемо. Как работает парень, я видел и прекрасно знал, что дернуть его в любой момент не представлялось возможным. Иначе что-нибудь сгорит.
Ко мне за столик Петр сел смущенным, отводя взгляд.
— Главное, что ты живой, — хохотнул я при виде этого
