Читаем без скачивания От заката до обеда - Екатерина Великина

Проведя нехитрое исследование, я пришла к выводу, что по большинству местных секьюрити давным-давно плачет Кащенко, и случаи настолько запущены, что даже лоботомия не спасет. Впрочем, о какой лоботомии я пишу! Думаю, что даже десяток патологоанатомов, вооружившись микроскопами, лупами и прочей поисковой техникой, не обнаружат ничего, окромя дохлого таракана, тоже, кстати, сдвинутого на всю голову. Итак, поехали.

1. «Цезарь-парк». В первую очередь карета скорой помощи должна направиться именно туда. Ошалевшие от отсутствия покупателей местные охранники третий год играют в «Людей в черном». Потому что объяснить, зачем нужно носиться между рядами, распугивая старушек и детей, с кирпичной мордой, рацией и криками «прием», ничем иным, кроме как тем, что парни ведут охоту за инопланетчиками, не могу. У них третий год «Матрица», и они вполне вжились в роль. И только посмейте стырить какой-нибудь «Снеток Коломенский» или другую морскую задроту! Спалят, как Лазо в паровозной печке.

2. «Седьмой континент». Помешательство одиночное. Видимо, владельцы магазина побывали в «Цезаре» и поняли, что вариант «трое на выходе» неизбежно приводит к коллективным глюкам, посему у кассы стоит только один охранник. Но зато каков! Нервная улыбка, угловатые движения и настороженный взгляд сразу же выдают в нем фаната фильма «Боди-гард» и любителя вздрочнуть на монитор видеонаблюдения. К нему даже «дурку» вызывать не надо – чувак испытывает такой нервный напряг, что достаточно подойти со спины и хлопнуть пакетиком из-под чипсов, чтобы он выхватил свою «макарку» и проветрил себе мозги самостоятельно.

3. «Рамстор». Интеллектуал. Два месяца сидит с одной и той же «Лизой». Жизнь не складывается потому, что пирог с начинкой называется «кулебяка», а не «кулибяка». До тех пор, пока кто-нибудь не принесет ему орфографический словарь и не научит им пользоваться, магазин будет оставаться раем для клептоманов, причем склептоманить можно не только зажигалку, но и кассовый аппарат вместе с кассиром.

4. Стоянка перед «Бухарестом». Рай для сектантов и прочих идолопоклонников. Желаете свести знакомство с небесной канцелярией и заручиться автографом Всевышнего прижизненно – смело ступайте туда. Потому что пройти пять метров за десять минут, для того чтобы вручить вам талончик о парковке, может только божество. Да и собственно говоря, то, как он идет, тоже видеть надо! Честное слово, эта поступь прямо-таки требует водной глади под ногами и дымчатого ореола над башкой. Уверяю вас, проникнитесь! Картину не испортят даже растоптанные боты сорок шестого размера, повисшая, как конечность импотента, дубинка и терпкий аромат перегара.

5. Детский сад у дома напротив. Разжиревшее на детских харчах суповое рыло, живет от Нового года до Пасхи. Потому что в образе Деда Мороза или Пасхального кролика куда как безопаснее щипать молодых мамаш за задницу и хлебать подростковый бульон.

А чё я это все пишу, собственно говоря? Не далее как пару часов назад мою посланную в магазин за детским питанием бабку обшмонала охрана. К глубокому сожалению секьюрити, именно сегодня бабушку угораздило оставить свой противотанковый гранатомет дома. Посему ребята не поживились. Обидно.

Про одежду

То, что на провокации ведутся исключительно идиоты, для меня теперь не только «мифическая истина», а, так сказать, постулат, проверенный на личном опыте…

Давеча идем с сюпругом по Манежной площади, а навстречу нам она. Впрочем, она тут не главное. Тут гораздо важнее что на ней. А на ней шортики-поясочек-свитерочек-боты-шапочка, и все такое розовое-розовое… До тошноты… Ни дать ни взять миссис Пигги из «Мапет-шоу» в творческом отпуске. И наверное, я бы этот поросячий манифест даже не заметила, если бы откуда-то сбоку не раздалось ехидненькое: «Вон, смотри, все девочки веселенькие, а ты как монашка».

Честно говоря, в моей башке сразу же созрели два варианта ответа, напрочь лишенные оригинальности, но от этого ничуть не менее убедительные. А именно:

1) женский: вот и иди к своим веселеньким;

2) катечкинский: сам козел.

И понятия не имею, почему я промолчала.

Да какое там «промолчала»!

Вместо того чтобы послать супруга куда подальше, я пошла в ближайший магз и отоварила себе крохотулечную юбчонку, бриджи с заниженной талией и алые брюки «як у палача».

Причем все покупки я совершила как-то нелепо и поэтому совершенно неожиданно для самой себя.

Брюки купила более или менее «в уме», на «бриджах с очком наружу» настоял муж, а после бриджей мир окончательно потерял свою привлекательность, и в порыве отчаяния я приобрела тридцатисантиметровый кусок джинсы за 100 баксов, который надену, наверное, только в том случае, если мне придется зарабатывать на хлеб дорожной проституцией.

Нет, я не ханжа и к коротким юбкам отношусь положительно. Более того, ноги у меня тоже в полном порядке и запросто позволяют оголиться… Но господи, какая же это мука, топать в вышеозначенном изделии по городу! Ну вот самый простой вопрос: что мне делать, если из кармана выпадет пачка сигарет? Это ж как же ж так надо исхитриться, чтобы поднять что-нибудь с пола, не явив миру веселеньких трусиков?

Хотя вообще-то я великий борец за красоту. Битва эта тяжелая и кровопролитная. И по правде говоря, я не выигрываю.

Вот взять хотя бы туфли на шпильке. Эх, сколько я их у мамы клянчила, приводя всякие мыслимые и немыслимые доводы… Вопрос разрешился совершенно неожиданно: наступила зима, и мне потребовалась дубленка. Мама моя, тетка чрезвычайно практичная, тут же потащила меня на какой-то жуткий рынок, где мне купили Дубленку Теплую. Теплая – слово ключевое, потому что кроме потрясающей термостойкости в этом изделии ничего хорошего не было. И вообще – чего я пишу!! Эта жуткая семикилограммовая доха больше всего напоминала Царь-колокол. И болталась я в этом колоколе эдаким тощим шнуром-недоделком. Как вы понимаете, я пообещала маме издохнуть еще на рынке, после первой примерки изделия, но антреприза была напрасной. Мордастая продавщица оказалась хитрее меня и тут же надвинула на мою голову огромный капюшон, который сыграл ключевую роль в покупке. Это говно весило еще килограмма полтора и до кучи имело сбоку отвратительную пуговицу, застегнув которую я могла не только от мороза защититься, но и от мира вообще. Короче, мамаша поглядела на капюшон, прикинула, сколько она сэкономит на аспирине и прочих жаропонижающих, и тут же отсчитала деньги. Естественно, всю следующую неделю семейство уговаривало меня нацепить приобретение. Как сейчас помню – ходили они ко мне по очереди и врали нещадно. Тут было и лизоблюдское «вот сбоку тебе очень неплохо», и идиотское «может быть, шарфик стоит подобрать», и даже истеричное «зато тепло»… Все без толку. Наконец, поняв, что другого выхода не будет, маман сообщила:

– Ладно, мы твою дубленку обыграем. К ней просто надо обувь подобрать.

– Валенки, что ли? – мрачно поинтересовалась я.

– Что хочешь, то и купим, – обреченно ответила мама.

Естественно, я захотела сапоги на десятисантиметровой шпильке.

Когда мы с мамой пришли в магазин и сапоги вынесли, я допустила небольшой промах. Вместо того чтобы померить один, сказать «мне подходит» и свалить с коробкой под мышкой, я зачем-то нацепила оба. Естественно, земля под ногами закружилась, коленки задрожали и мне пришлось схватиться за спинку «примерочного» стула.

– А удобно ли тебе будет в них ходить? – сурово сдвинула брови мама, глядя, как я вытанцовываю по полу.

– Конечно, мамочка, очень удобно. Мне прямо никогда в жизни так удобно не было. Вот даже в кроссовках – и то нет такого комфорта, – говорила я, быстро запихивая сапожки в коробку.

Короче, мама прочухалась только дома, когда сапоги были приобретены. Прилюдная примерка сапог окончательно подтвердила мою обувную несостоятельность, и на сцене моментально появилась бабушка, подвякивающая: «По чеку возьмут назад, по чеку возьмут назад…» Дело запахло керосином (бабка у меня профессионал и как-то раз ухитрилась даже осуществить возврат котлет в Елисеевский), и я не нашла лучшего выхода, кроме как нацепить новые сапоги на ноги и, довершив экипировку дубленкой, слындить на улицу.

Вот улицу помню особенно хорошо.

Спуститься с лестницы мне удалось более или менее прилично – там были перила. Я еще немного задержалась в подъезде, чтобы стащить с башки капюшон и загримировать его под воротник. И вот иду я эдаким контуженым воином. Дубленка сама по себе, сапоги сами по себе, волосы на ветру развеваются по вискам пот течет – все-таки семь килограммов шкуры – это вам не шутки. Иду-иду, и тут впереди он.

Стоит он, значит, с друзьями, пьет пиво и в сторону мою не смотрит абсолютно. Ну, думаю, подлец, щас ты меня заметишь. И вот, наверное, думать этого мне было не надо… Потому что он и вправду заметил. Надо сказать, все заметили…