Таким он казался мне и в мои 10 лет, и в 20, и в 30, и даже в 40. Коренным образом мои представления о дяде Олафе изменились лишь тогда, когда я начал разбор бумаг в сейфе отца. Потому что почти сразу же я среди прочих вещей наткнулся на небольшую брошюру, озаглавленную «Следы древних в Антарктиде». Автор — О. Вайцзеккер, издана в 1940 году. На обложке — имперский орел и гриф «Совершенно секретно».
С волнением перелистывал я пожелтевшие страницы. Дядя Олаф, оказывается, принимал участие в антарктической экспедиции 1938–1939 годов! Той самой, о которой ходит много слухов, но известно очень мало правды.
Конечно же, вскоре я уже ехал на своем «мерседесе» (предпочитаю немецкие машины — видимо, сказывается мое происхождение) к домику Вайцзеккеров. Дядя Олаф был уже глубоким стариком, но находился в удивительно здравом рассудке. Старческое слабоумие не коснулось его до самой смерти. Поэтому я был уверен, что узнаю интересующие меня детали.
Дядя Олаф обрадовался моему приезду — в конечном счете, он относился ко мне как к родному племяннику. Правда, его радость несколько поутихла, когда я объяснил ему цель своего визита. Сначала он пытался отрицать любое свое участие в тайных исследованиях, и только когда я предъявил ему брошюру, сдался.
— Парень! — Дядя Олаф по старой памяти называл меня так, хотя у меня уже были свои взрослые дети. — Я не уверен, что тебе надо это знать. Очень не уверен.
— Но почему, дядя Олаф?
—Это очень опасное знание, подчеркиваю: очень. Чем меньше ты знаешь обо всей этой истории, тем спокойнее будет твой ночной сон!
— Я уже многое узнал, поэтому спокойным мой сон уже вряд ли будет…
— Да, старик Генрих свалял большого дурака, что не сжег все бумаги заранее. Все хранил их зачем–то. А потом скончался так скоропостижно, что не успел принять никаких мер. Тебе не надо бы знать все это…
— Дядя Олаф, — сказал я твердо, — это жизнь моего отца. Я хочу знать о ней все. В конце концов, я, его сын, имею на это право. Заклинаю вас вашей старой дружбой — расскажите мне о своих исследованиях.
— Я не уверен, что твой отец одобрил бы это, — усмехнулся старик. — Но я сделаю это. Прошу только о двух вещах: во–первых, не рассказывай об этом никому до моей смерти. Во–вторых, десять — нет, двадцать раз подумай, прежде чем публиковать все это где бы то ни было.
Я пообещал и сдержал свое слово. Дядя Олаф умер в 1996 году, и я двадцать раз подумал, прежде чем писать эту книгу. И решил все же опубликовать те факты, о которых он рассказывал мне тем вечером и в течение еще многих следующих вечеров.
Подготовка
Подготовка экспедиции к Ледовому континенту началась в 1934 году. Именно тогда была создана специальная межведомственная группа А, в которую вошли представители «Аненэрбе», германского ВМФ и несколько известных ученых–полярников. Руководил группой А сам Рудольф Гесс, его заместителями были Готт и капитан Ритшер от ВМФ. Флот, которым в ту пору командовал адмирал Редер, специально назначил в группу не самого титулованного своего представителя, чтобы не ставить под угрозу секретность, которой была окутана подготовка экспедиции.
Несмотря на свое достаточно низкое звание, Альфред Ритшер обладал гигантским опытом. Он был довольно молод — родился в 1895 году в рабочей семье и, когда пришло время призыва, попал в знаменитый «Флот Открытого моря». А тут как раз началась Первая мировая; известно, что большая часть германского ВМФ принимала в той войне весьма незначительное участие. Но это относится в большей степени к крупным судам. Ритшеру повезло: он провел всю войну на легких крейсерах, которые действовали весьма активно, и набрался боевого опыта. После поражения германский ВМФ был резко сокращен, и места молодому офицеру (а Ритшер, благодаря своему недюжинному таланту, смог стать офицером ВМФ — уникальный случай для сверхконсервативного кайзеровского флота!) тал! уже не нашлось. Не особенно огорчившись, Ритшер перешел в торговый флот.
Так случилось, что в 1923 году он попал на китобойное судно, постоянно ходившее в южных широтах. За 10 лет почти непрерывного плавания Ритшер весьма близко познакомился с условиями полярных морей, не раз высаживался на ледовый берег Антарктиды. Человек разносторонних дарований, он был знаком с весьма многими полярными исследователями — например, с Амундсеном, — которые ценили молодого моряка и относились к нему как к равному.
В 1931 году Ритшер почти полгода проводит на суше. За это время он успевает сделать три важных дела: жениться, написать и опубликовать книгу «Восемь лет в компании пингвинов» и вступить в НСДАП. Да–да, как и многие офицеры, пережившие позор поражения в Первой мировой, Ритшер был полон националистических чувств. Несмотря на свое рабочее происхождение, моряк был далек от любых симпатий к социал–демократам и коммунистам. Ему, как и миллионам других немцев, именно Гитлер казался человеком, способным вывести страну из кризисного болота.
Ритшер считал, что Антарктида скрывает в своих глубинах множество еще не раскрытых тайн. О некоторых странных явлениях он рассказал в своей книге. Вот, например, один из таких отрывков:
Погода исключительно ясная, великолепная видимость. Вдали поднимается ледовой стеной берег Антарктиды. Внезапно мы видим, как из ледяной стены поднимается наверх яркий луч света. Вся команда сбегается на палубу, чтобы посмотреть на это чудо. Свет чуть синеватый, отчетливо различимый даже на фоне ярких солнечных лучей. Ширину столба мы на таком расстоянии определить не можем; ясно только, что она довольно значительна. После короткого совещания, влекомые любопытством, поворачиваем к ледяному берегу.
По мере нашего приближения луч бледнеет и в конце концов исчезает совсем. Что это было? Странное, неизвестное науке оптическое явление? Какие–то секретные испытания? Или нечто иное, такое, что мы даже не можем — или боимся — представить себе? Ледяной материк хранит в себе еще множество тайн, и мы лишь прикасаемся к ним время от времени, лишенные возможности проникнуть в их глубинную суть.
Как бы то ни было, в 1933 году, после прихода нацистов к власти, Ритшер триумфально возвращается на службу во флот. Редер понимает, что знания и опыт этого моряка–полярника очень пригодятся возрождающемуся ВМФ, который намерен проводить операции по всему миру. Правда, его тут же «перехватывает» знаменитый адмирал Канарис, который зачисляет Ритшера в свою знаменитую разведку — Абвер. На короткое время он становится начальником Третьего оперативного отдела. А у нацистских главарей на Ритшера свои виды — и в 1934 году капитан попадает в межведомственную группу А в качестве эксперта от флота.
Подготовка экспедиции ведется неспешно и обстоятельно. Для начала принимается решение провести глубинную «разведку». Для этой цели снаряжается судно «Корморан», которое в сентябре 1935 года под командованием Ритшера отправляется в южные моря. Плавание «Корморана» длилось 8 месяцев, до весны 1936 года. Ритшер со своим экипажем прошел всю Атлантику, обследовал побережье Антарктического полуострова, берега Земли Элсуэрта и Земли Мэри Бэрд. Эти пустынные ледяные берега и сегодня чрезвычайно непопулярны среди исследователей — множество плавающих льдин, постоянные шторма и метели делают их малопривлекательными. До сих пор здесь нет ни одной полярной станции. Но была еще и другая причина: именно здесь моряки в основном и наблюдали странные, загадочные явления, объяснения которым не находилось ни у кого.
Но тайна лишь влекла Ритшера и его спутников. В процессе своего плавания они наметили план будущей высадки по следующему сценарию: основание полярной базы на Антарктическом полуострове с последующим тщательным обследованием«белых пятен» материка.
В апреле 1936 года «Корморан» вернулся в Бремен. Его прибытие не было триумфальным: небольшой, побитый штормами кораблик проскользнул в гавань на закате. У причала его ждали всего несколько человек. Среди них был сам Рудольф Гесс, а также специалисты «Аненэрбе». В их числе и Олаф Вайцзеккер, только что сделавший потрясающее открытие.
Оно касалось еще одной знаменитой загадки человеческой цивилизации — великанов острова Пасхи.
Думаю, все читатели знают об этом небольшом островке, затерянном в пространствах Тихого океана. Живущее здесь крохотное племя туземцев веками высекало из камня титанические головы людей странного вида и расставляло их на склонах гор. Относительно «гигантов острова Пасхи» высказывались разные версии. Все ученые были солидарны в том, что своими силами островитяне не смогли бы справиться с изготовлением и установкой колоссов. Некоторые предполагали, что маленький островок — это обломок большого материка, легендарной тихоокеанской Пацифиды, ушедшей под воду. Другие считали, что статуи изготовлены представителями внеземной цивилизации. В подтверждение своей гипотезы они приводили обнаруженные на острове скальные рельефы, на которых были изображены странные механизмы.
