Читаем без скачивания Выдыхая боль (СИ) - Соболевская Наталья

— Я вам точно не подойду. Требуется более опытный человек.

— Кира, опыт дело наживное, через месяц-другой освоитесь.

— Виктор Аркадьевич, если вы прикажете, то мне придётся подчиниться, но если вас интересует моё мнение, то я несогласна, — решив, что надо прекращать мямлить и пора проявить характер, твёрдо и уверенно заявила я. — Мне слишком рано переходить на другую должность, на своей ещё не освоилась.

Если финансовый директор нахмурился раздосадовано, то Олег, что образно выражаясь, сидел в зрительном зале, наоборот, приободрился.

— Кира, я вас услышал. Неволить не стану. Но мы ещё вернёмся к этому разговору, естественно, когда окрепнете, как специалист. И раз уж так вышло, что отнял у вас время, позвольте, я вас домой подвезу?

Если откажусь от предложения, то придётся отбиваться ещё и от Олега, не просто же так стоит – очередь ждёт, но и долго тащится по пробкам в тесном пространстве с Виктором Аркадьевичем – желания нет.

А если схитрить, и обоих их оставить с носом?!

— Спасибо. Буду благодарна, — согласилась я, и финансовый директор рукой указал путь, так понимаю, к своему где-то неподалёку припаркованному автомобилю.

Хлопнула дверца, послышалось рычание мотора, а после чёрный седан, что своим блеском слепил всех у крыльца, со свистом сорвался с места и, слава всему, на высокой скорости укатил.

— Виктор Аркадьевич, — сделала вид, что опомнилась. — Простите, совсем забыла, мы же с подружкой договорились встретиться после работы, кафе тут неподалёку, буквально через дорогу. Ещё раз извините, всё я побежала.

Глава 4

Эйфория после пусть и мелкой, но победы улетучилась так же быстро, как когда - то бесследно исчезала только что упавшая на банковскую карту стипендия. Да, были же времена, приобрела проездной, шиканула с одногруппниками в кафе, заказав себе аж две чашки кофе и десерт, купила куриных грудок и круп, чтобы в ближайший месяц голодом не сидеть и всё «ту-ту» деньги испарились. Подкормка в виде подработки и помощи родителей, конечно, помогала, но я уже и не помню такие времена, когда в экономии нет острой необходимости. Хотя о чём это я? Не были же времена», а до сих пор продолжаются. По моим меркам сказочную зарплату ещё не получала, только со щедрой подачи Татьяны Арнольдовны мне перечислили аванс.

Вернувшись домой, разогрела ужин, налила кружку чая, поставила всё это добро на журнальный столик перед телевизором, сижу не ем, а стучу вилкой по краю тарелки и думаю: «Что же с высокопоставленными кавалерами делать? Если так и дальше пойдёт, они же мне житья не дадут. А надо быть сосредоточенной и спокойной, чтобы работать и проявлять себя в полную силу».

И так прикидывала и эдак, но в какой-то момент со всего маху вонзила в отварную картофелину вилку и твёрдо решила, я не мышь, а они не коты — дам бой!

Нет, я, конечно, не собираюсь измазывать лицо грязью, обматываться боеприпасами и ползком лазать по коридорам фирмы, как по минному полю, но отпор дам. Глядя в глаза, скажу правду, что их прихоть, может, если не сломать мне жизнь, то изрядно её усложнить. А ещё обязательно напомню, что непрофессионально и неэтично начальникам относиться к сотруднице, как к женщине. Директора на работе должны быть как врачи — непредвзяты, строги, но справедливы и однополы.

К утру следующего дня ни одной капельки боевого духа не растеряла. Проснулась раньше будильника, приняла душ, в коем-то веке позавтракала, волосы собрала в пучок на затылке, надела строгий чёрный брючный костюм, косметику попросту проигнорировала, я трудовая пчёлка, а не как выразилась начальница: «Колышущаяся тройка под блузкой на шпильках с огромными наивными голубыми глазами». Кстати, насчёт шпилек, всё этому орудию пыток объявляю бойкот, решила я и прихватила с собой в офис страшненькие, старенькие, но мега удобные туфли без каблука, зато с мелкими дырочками для вентиляции.

В отделе появилась первой, ещё бы за час до начала рабочего дня сотрудников даже авторитет и тирания Татьяны Арнольдовны не заставит появиться.

Ого, я рано встала, но кто-то явно поднялся ещё раньше, и он оставил у меня на столе ну просто громадный букет крупных ярко-алых роз. И этот даритель либо Олег, либо Виктор: никому другому бы охрана ключ от отдела просто не выдала.

Обнявшись с подарком, окунулась лицом в лепестки. Аромат такой тонкий и нежный, что голову не хочется поднимать, так бы до конца рабочего дня с букетом и просидела. Мне, конечно, и раньше дарили цветы, но чтобы такие красивые и столько много — ни разу. Интересно, а какое количество штук? На цифре тридцать семь сбилась и оценила букет по весу, думаю, потянет на несколько килограмм.

— Ребёнок, напомни мне, когда я в следующий раз буду кого-нибудь принимать на работу, включить в требования к кандидату пункт «Неказистая внешность приветствуется», — вздрогнула от громкого и строгого голоса начальницы, а когда подняла взгляд, столкнулась с её недовольным лицом.— От кого веник?

— Не знаю, записки не было.

— Ставь в вазу, она в тумбочке, где бумага, и тащи веник ко мне в кабинет, будем прятать. Ну, либо можешь оставить у себя на столе, только учти, в одиннадцать я уеду в департамент, и наши примотают тебя к креслу скотчем, возьмут взаймы у электрика паяльную лампу и будут пытать, пока не признаешься, кто цветы подарил.

— Если убрать папки, то букет можно спрятать в вашем шкафу у окна, — выпалила я, представив себе картину, как Лидия Григорьевна, злорадно хохоча, выжигает мне на лбу звёздочку, точно такую же, какие она обычно рисует у себя на стикерах для заметок.

Скоро освобождаю шкаф у Татьяны Арнольдовны в кабинете, перекладывая из него документы стопкой на стул, а начальница подкрашивает и так ярко-красные губы и, глядя в зеркало, сама с собой сокрушается:

— Ну ладно Олег разница в возрасте есть, но некритичная, но Витя-то, куда раздухарился, как в той песне в паспорт бы заглянул, да на калькуляторе нынешний год отнял от даты рождения. У нас в фирме есть более подходящие кандидатуры, на которых можно свой похотливый глаз положить, — на этом моменте Татьяна Арнольдовна бросила на стол зеркало, зато обеими ладонями обхватила свою грудь и ею потрясла. — Вон сколько добра без дела пропадает.

— Татьяна Арнольдовна, но вы же замужем, — напомнила я, что её добро давным-давно пристроено и по идее должно по полной программе эксплуатироваться.

— Поговори мне ещё тут, — недобро посмотрев, рявкнула начальница и явно хотела ещё что-то сказать, но голос из соседнего кабинета её опередил.

— Доброе утро. Есть кто? Мне нужна, так секундочку… Кира Иванова.

— А кто её спрашивает? — поймав меня за руку, чтобы оставалась на месте, крикнула начальница.

— Курьер из доставки.

— Я Кира Иванова, сюда заходи, — представилась мной Татьяна Арнольдовна.

Молодой парень занёс в кабинет корзину с чем-то невероятно изящным и, думаю, вкусным. О да, это же клубника в шоколаде и ещё какие-то съестные штучки, которые раньше в глаза не видела, но выглядят очень аппетитно.

После того как курьер ушёл, начальница, выдрав из принтера листок, зачем-то начала выдёргивать вкусняшки из корзины и складывать на бумагу, а затем своеобразную тарелку мне протянула:

— Это тебе, и букет вечером не забудь забрать, а то вода протухнет и завоняет.

— А остальное в корзинке? — поражаясь чужой наглости, поинтересовалась я.

— А остальное мне. Во-первых, детям сладкое вредно, а во - вторых, мне же надо чем-то зависть к молодости и смазливости заесть. Или ты предпочитаешь, чтобы я тебя грызла?

— Угощайтесь на здоровье, Татьяна Арнольдовна, — широко улыбнувшись, сказала я, положила на листок себе ещё несколько лакомств и, с пониманием, что мне в начальницы досталась самая наглая, но при этом откровенная и харизматичная женщина, направилась к себе за стол.

Сладости оказались не только вкусными, но ещё и невероятно сытными, особенно те, что были полностью из шоколада, поэтому, когда коллеги засобирались на обед, решила никуда не ходить и доделать таблицу, вернее, понять, где ошиблась, куда-то полторы тысячи потерялись и не находятся.