– Вы их горелыми в Деву запихнули?
– Веномов в Деву? – притворно изумился падальщик. – Да я к этим гадам даже за сотню радиотабл не прикоснусь! Близко не подойду!
– Издали сожгли?
– Ага.
Рассказывая, Штиль успел проверить Визиря на радиацию, химически и биологически опасные внедрения, сделал экспресс-анализ крови и, судя по всему, остался доволен результатами. Не зря покинув Франко-Дырки, Гарик тщательно провел полный цикл обеззараживания, причем не только себе, но и багги, всему оборудованию и находкам.
– А в Железную мы их проводника посадили, – продолжил падальщик. – За то, что к нам вывел.
– Комби? – уточнил Визирь.
– Да. – Штиль знал, что Гарик заинтересуется, и ждал реакции.
– Откуда?
– Я не спрашивал.
Разведчик качнул головой, показывая, что понял и ответ, и то, почему ответ был именно таким, после чего заложил большие пальцы за портупею, помолчал и, выдержав паузу, спросил:
– Забрал его Атлас?
– Конечно.
Следующий вопрос Визирь задал небрежно, походя, однако Штиль знал, что в действительности разведчик волнуется, как девочка на первом свидании.
– Есть что-нибудь интересное?
– Не смотрел.
– Сколько?
– Дорого.
– Дорого не куплю, – тут же ответил Гарик. – Я на мели, а найти ничего путного не удалось.
– Прибедняешься. – Падальщик выпятил нижнюю губу, демонстрируя, что не верит ни единому слову комби.
– Честное слово.
– Приходи, когда разбогатеешь.
– Я не Баптист, – с улыбкой протянул Визирь. – Сто раз его спрашивал, что нужно делать, чтобы разбогатеть, но так ничего и не понял.
Толстый намек на личное знакомство с главарем банды Штиль услышал и принял к сведению:
– Чтобы разбогатеть, нужно много работать и быть умным, – наставительно сообщил он разведчику.
– Вот и Скотт так говорит.
– Баптист зря не скажет.
– Верно… – Штиль помялся. С одной стороны, ему хотелось заработать побольше, с другой – он понимал, что только разведчик даст за Атлас достаточно много. – Сколько у тебя есть?
– Бери все, что есть. – Комби нервным жестом выложил на капот багги походный контейнер с радиотаблами – не забыв мысленно похвалить себя за то, что не переложил радиоактивные элементы в свой контейнер, – и кошель с золотом. В общем, все, что выгреб из карманов мертвого егеря. – Сам видишь, я не миллионер.
– Чем же будешь платить за стол и кров? – с подозрением осведомился Штиль.
– Возьму у Заводной кредит, – махнул рукой Гарик.
– Теперь это так называется? – осклабился падла.
– Теперь это называется так же, как всегда, – строго произнес Визирь. И тут же перешел в атаку: – Мне некогда, Штиль, соглашайся на предложение или жди другого комби. Только не факт, что он окажется при деньгах.
Было видно, что громиле очень хочется поскорее расстаться с Атласом, но он боится продешевить. Тем не менее вид радиотабл и золота в конце концов заставил падальщика сдаться.
– Я возьму все, – произнес Штиль, сгребая с капота предложенное. – Но ты мне останешься должен две радиотаблы.
Предложение было более чем заманчивым, однако сразу соглашаться не имело смысла. Гарик потер подбородок, цокнул языком, осведомился:
– Я забираю Атлас?
– Да.
– Тогда договорились. – И немедленно взял протянутое падлой устройство.
– Ты мне должен, – напомнил Штиль.
– Я надеюсь хорошо поторговать на ярмарке…
* * *
Останавливаясь в каком-либо поселении… как правило, в достаточно крупном, в центре края, области или района, гильдеры отправляли по округе мобильные лавки, извлекая прибыль из тех лентяев, что так и не соберутся в город, но главное действо, естественно, разворачивалось на ярмарке.
Здесь продавали и покупали все, что имело смысл продавать и покупать в Зандре: еду и воду, оружие и боеприпасы, одежду, обувь, снаряжение, запчасти, приборы, устройства, наркотики, лекарства, топливные элементы, генераторы, машины, программы… Здесь продавали радиотаблы и расплачивались радиотаблами. Обменивались новостями и сплетнями. Пытались обмануть или обокрасть. Случалось – не доживали до конца ярмарки, случалось – уезжали с нее богачами…
– Будешь работать? – негромко поинтересовался Энгельс.
– Нет, – качнул головой Хаким. – Нужно найти проводника.
– Знаешь кого?
– Из Железной Девы на побережье ходят лишь два разведчика – Пепе Сапожник и Гарик Визирь, надеюсь, хотя бы одного из них привлекла ваша ярмарка, дорогой друг. И мне не придется ждать…
– Из Белого Пустыря тоже можно добраться до Безнадеги, – неожиданно произнес баши. – Но тебе нужны Сапожник или Визирь, потому что они знакомы с Шерифом.
– Вы умны, дорогой друг. – Тредер склонил голову.
– А ты не был со мной до конца откровенен, Хаким, – усмехнулся Энгельс.
– Не хотел погружать вас в мелкие проблемы простого обитателя Зандра, дорогой друг, – объяснил седой. – Они не стоят вашего времени, – и поправил киберпротез на правой руке. – Извините, если вы сочли мое поведение дерзостью.
– Я прожил много лет, – растягивая гласные, произнес Мухаммед, наблюдая за тем, как его разведчики проверяют подготовленную местными территорию. Броневики уже обозначили периметр, и теперь настала очередь комби и стационарных приборов исследовательского грузовика, которые вынюхивали Зандр на много метров в глубину, выискивая заложенные мины, отравленные полости или еще какую-нибудь заразу, способную угробить ярмарку и караван. – Но ни разу за всю мою жизнь меня не посылали к черту с таким уважением.
– Ни в коем случае…
– Молчи! – Баши поднял руку, дождался тишины и вновь улыбнулся: – Ты хороший человек, Тредер. Я скажу за тебя Баптисту, так что проблем с местными не будет.
– Спасибо, дорогой друг.
– Я обещал.
Мужчины пожали друг другу руки, и Энгельс, глядя седому в глаза, произнес:
– Не сдохни, пожалуйста. Я с удовольствием возьму тебя в первую команду.
– Спасибо за пожелание удачи.
– Увидимся, – буркнул Мухаммед и отвернулся к лобовому окну, наблюдая за маневрами мегов.
Ярмарку гильдеры, как правило, ставили за городской чертой, поскольку обычные поселения Зандра большими размерами не отличались и ни одна из их площадей не могла принять не то что торговую зону, а даже пару гигантских машин бронекаравана.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
