не подвел, да и ветер настойчиво толкал в спину дальше именно в этом направлении.
Нейтральная зона.
Давненько он здесь появлялся, но впечатления до сих пор сохранились. Им с Вуди было по шестнадцать, когда особенно активно забурлили гормоны. Девочки-оборотни казались слишком маленькими и невинными, чтобы удовлетворить мальчишеский интерес, взрослые женщины-оборотни внимания не обращали, а здесь, по рассказам старших приятелей, встречались доступные, для которых важен не возраст и раса, а деньги. Вот друзья и подались на поиски, предварительно отработав лето на ферме. У них была цель, причем такая яркая, что они себя не жалели, трудились как не каждый взрослый захочет. Когда собралась нужная сумма, коровы, наверное, были рады гораздо сильнее мальчишек, а они, счастливые и взволнованные, в сумерках сорвались с места и вперед, становиться взрослыми и опытными!
Благодаря подсказкам тех же старших приятелей, они не миновали ворота, торчащие посреди поля. А там ведь как? Если пройдешь мимо ворот, то дальше по полю ничего странного не будет, иди себе да иди, через несколько часов выйдешь к другому клану оборотней, да и все. А вот если положишь у ворот монетку да подождешь, можешь войти в Нейтральную зону, здесь главное не бояться, трусливых ворота не впустят.
Мальчишки бросили по монетке и стоически вытерпели, пока по шее скользило нечто липкое. Они прошли проверку, и через несколько минут, скрипнув, ворота приоткрылись достаточно для того, чтобы в них нырнули подростки. Айк не помнил, кто зашел первым. Может, Вуди? Они никогда не делили ни заслуги, ни приключения. Но Айк четко помнил, что они шли рядом, стараясь не отставать друг от друга, дабы не потеряться. А потеряться было легко, потому что стоило сделать шаг в Нейтральную зону, и в ноздри оборотней ударил запах алкоголя и благовоний. Убойная смесь, от которой они перестали различать даже собственный запах.
Они шагали по длинной улице, рассматривая, раскрыв рты, обычные домики, как в Долине, вот только атмосфера была другой. Почти из каждого домика слышались или странные визги, или громкий смех, от которого хотелось поморщиться, или ругань, причем мужчины кричали на женщин!
Даже если бы им не сказали, что в зоне много людей, они бы сами поняли это, увидев обилие фонарей. Оборотням, драконам и нечисти, которая здесь так же водилась, свет не был нужен.
Пройдя по улице, они безошибочно остановились у трехэтажного здания с занавесками, разукрашенными красными маками, переглянувшись, вошли, и... Выскочить сразу не позволила гордость и, наверное, любопытство, а потому они, оторопев, разрешили статной женщине завести себя глубже в холл, где разгуливали разукрашенные девицы, и потому синхронно кивали в ответ на прозорливый вопрос женщины: зачем пришли. И даже отдали деньги вперед. Но когда беззаботно прогуливающиеся девушки вдруг передумали просто гулять и начали подходить к ним, выпячивая кто грудь, кто губы - у кого чего больше - ребята, не сговариваясь, рванули к выходу.
И плевать было на деньги, на то, что опыта так и не набрались, а значит не стали взрослыми, как хотелось, плевать, что им вслед слышался смех, и смеялись с них люди!
Нейтральная зона уничтожила яркую цель ребят, и с тех пор ни Айк, ни Вуди здесь больше не появлялись. Не было ни нужды, ни желания: через год они вытянулись, слегка возмужали, и стали интересны нормальным женщинам, в своем поселении.
А теперь вот опять дорога сюда привела, и опять из-за яркой цели. Айк надеялся, что она не померкнет. Нет, не так. Он сделает все, чтобы она не померкла. Хотя и сильно сомневался, что найдет свою половинку здесь.
Обернувшись у ворот в человеческую сущность, Айк бросил монетку, и стойко перетерпел липкое прикосновение к шее. На этот раз ворота распахнулись, едва не слетев со скрипящих петель, и оборотню не пришлось протискиваться. Он прямо шагнул под свет фонарей на пустынную улицу, тем более что по эту сторону не было ливня, только мелкий дождь. Ноздри Айка мгновенно заполнились запахом алкоголя и благовоний, но уши, слава императору, не подвели. Еще в прошлый раз он отметил, что здесь жизнь кипит не на улице, а в помещениях, и вот опять из окон домов слышался смех, кто-то терзал скрипку, кто-то предъявлял кому-то претензии, кто-то требовал денег, поскрипывая пружинами кровати.
Поморщившись, Айк прошел дальше, и заметил одинокую фигуру женщины с зонтиком, которая шла смело навстречу, а по мере приближения, вдруг охнула и убежала за угол ближайшего дома. Да прям! Можно подумать, он страшнее нечисти, для которой Нейтральная зона что дом родной!
Айк поднял руку, задумчиво потирая лоб, а потом рассмотрел свои грязные после пробежки ладони и досадливо выругался. В таком виде женщина, наверняка, и подумала, что он нечисть. Не мудрено. Не хватало, чтобы его половинка так же шарахнулась - лови потом, доказывай...
Он, конечно, не против поиграть в кошки-мышки, но такими ручищами жалко испачкать мышку. Да и лицо сейчас точно не лучше выглядит. Айк закинул голову вверх, но мелкий дождь, которому он обрадовался при входе, теперь разочаровал. Взгляд выхватил бочку, стоящую на углу следующего дома под желобком, и оборотень мгновенно оказался рядом. Дождевая вода - подходит!
Тщательно вымыв руки и лицо, осмотрел одежду - брюки уже не отстирать, рубашку при усердии можно спасти, но шкаф в номере и так завален рубашками. А вот кожаная куртка и мешок выдержали испытание достойно. Бросив взгляд по сторонам на случай пугливых прохожих, Айк скинул брюки, рубашку, переоделся в сменное, тряпье оставил возле бочки, и пошел дальше, чувствуя себя гораздо свежее.
Он остановился у трехэтажного дома, с ухмылкой отметив все такие же занавески с маками. Интересно, внутри тоже ничего не изменилось? И там ходят такие же развязные женщины, не знающие меры помаде и духам, только сильно постаревшие?
Он хотел пройти дальше по улице, но изнутри послышалась тихая музыка, которая заставила развернуться, толкнуть дверь и войти. Просторный холл, погруженный в полутьму не помешал рассмотреть столики, за которыми сидели и люди, и несколько оборотней-гепардов, и оборотень-волк, седой, убитый жизнью, и парочка совсем молодых драконов, похоже, еще даже без крыльев. Они не обратили на вошедшего ни малейшего внимания, потому что
