«такой как ты»? Интересно, чем я вызвала подобную реакцию?
– Вы не поверите, такие как я тоже способны быть вежливыми и благодарными, – отвечаю с неким ехидством, однако на лице мужчины появляется лишь повторная ухмылка.
– Разберемся.
Одно слово, и он отворачивается, спускается по ступенькам и направляется к единственному такси, которое скучает в ожидании клиентов. Надо же, периодами может вести себя, как джентльмен, хоть по манере общения и не скажешь.
Надеюсь, он сейчас погрузит пьяную Викулю в машину и свалит к своему другу? Потому что оставаться с ним наедине нет абсолютно никакого желания. Больше всего меня волнует мое же душевное спокойствие. Мне ещё сердечных переживаний из-за этого типа не хватало для полного счастья.
А то, что они будут – уверена, как бы сейчас не пыталась сопротивляться влечению к незнакомцу.
Пульсирующая боль в висках становится еще сильнее, чем полчаса назад, настроение на нуле, еще и ноги гудят от хождения на высоких каблуках. Хочу послать весь мир нахрен и свалить домой.
Спать – это единственное желание на данный момент. Даже сильный ветер, который треплет мои волосы и обдувает лицо, не помогает справиться с головной болью. Еще и гром гремит – сейчас, чувствую, начнется самый настоящий ливень.
– Ты долго? – мужской голос выводит меня из раздумий, и я поднимаю взгляд.
Мой спутник стоит возле открытой передней пассажирской двери и строго смотрит на меня. Черт, черт, черт! Ну какого, спрашивается, хрена он прется, если я правильно понимаю, меня провожать? Я – девочка взрослая, сама справлюсь.
– Спасибо, но мы дальше сами справимся, – продолжаю стоять на месте, однако в ответ мне прилетает лишь громкое:
– Да ради Бога! Забирай свою пьяную подругу и вали нахрен!
Забирай? Он что, совсем ненормальный? Хам!
Хлопок двери, заведенный двигатель и… первые капли дождя. А в такси рядом с этим психом Вика. И боюсь даже представить, куда он ее сейчас пьяную повезет.
Бегу к автомобилю, резко открываю заднюю дверь и плюхаюсь на сиденье. Хоть и нет желания тащиться с этим ненормальным на другой конец города, но и выбора у меня сейчас тоже нет. Главное попасть домой, с остальными проблемами будем разбираться по мере их поступления. Не съест же он меня, в самом-то деле.
И не изнасилует. По крайней мере, не похож он на одного из дегенератов, которые остались за стенами клуба. Грубый, наглый – это есть, но ведь не идиот же.
Одет прилично, часы дорогие (еще в клубе мой наметанный взгляд рассмотрел все детали даже в полумраке), приятным парфюмом несет за версту – уверена, мужчина просто прячется за маской хамства и брутальности, привлекая к себе внимания.
Если что – будем пугать папой. Он у меня личность известная – вряд ли кто-то в трезвом уме и здравом рассудке захочет обидеть любимую принцессу Алексея Владимировича Гончарова. Разве что самоубийца, но мужчина, сидящий на переднем пассажирском кресле, на такового не похож.
– Куда подругу везти? – интересуется, когда автомобиль трогается с места.
– Гражданская восемь, – тяжело вздыхаю и откидываюсь на спинку кресла.
До дома Викули ехать минут двадцать – можно даже выспаться, если очень захотеть. Но я сейчас так напряжена, что даже расслабиться не получается.
Да и город пустой – автомобиль летит по проспекту, как угорелый, попадая в зеленый коридор. Ни одного красного света – вот же, засада.
Еще и дождь льет, как из ведра, а у меня даже зонтика с собой нет. Кто ж знал, что ночью я попаду под ливень.
– Помощь нужна? – мужчина поворачивается ко мне, когда такси останавливается перед домом Викули.
Смотрю на пьяную подругу, понимая, что сама не справлюсь. Да и прикрывать ее перед папашей в очередной раз нет никакого желания – девочка не маленькая, пусть сама разгребает свои проблемы.
– Справлюсь, – тяжело вздыхаю и вылезаю из машины под струи дождя. Пока звоню в калитку и жду охрану, промокаю до нитки.
Отлично, просто прекрасно. Прозрачная блузка липнет к телу, волосы похожи на растаявшие сосульки, и сама я вот-вот замерзну.
Ну, где вы шляетесь, олухи? Нельзя слегка ускориться?
Парни выгружают мою подругу, а я, наконец-то, снова попадаю в теплый салон. И жду, что же будет дальше.
Надеюсь, мужчина не думает напроситься ко мне на чашку кофе?
– Ну? – слышу громкое, когда более-менее перестаю дрожать от холода.
Я всё ещё зла на подругу – из-за того, что та напилась в клубе, заставив меня бегать под дождем, поэтому переспрашиваю довольно резко:
– Что «ну»? – не совсем понимаю, что он от меня хочет.
– Адрес свой будешь диктовать, или сразу ко мне? – отвечает мне с некой ленцой в голосе, видимо, считая, что таким способом делает мне самое большое одолжение в жизни.
Он это серьёзно? Неужели я похожа на девочку по вызову?
Да что он о себе возомнил, этот высокомерный тип? Думает, я прямо сейчас растекусь лужицей у его ног? Ну, помог девушке, спасибо, но это не повод брать с неё оплату натурой. Или он считает себя настолько шикарным мачо, что все должны по первому его зову прыгать в его кровать?!
Я очень хочу высказать ему всё это в лицо, так как злость на этого хама резко вытесняет мой страх пред ним. Ровно до того момента, пока мужчина не поворачивается ко мне лицом.
Надо же, от одного взгляда темных глаз слова застряли в горле. Его взгляд имеет странное воздействие на меня, вот ничего не могу с этим поделать. Такое чувство, что он просто лишает меня воли.
– Советская двадцать пять, – произношу как скороговорку, слега осипшим голосом из-за волнения, которое так же внезапно охватывает меня с головой. Сейчас лишь одно желание – пусть незнакомец отвернется. И перестанет сканировать своим пронзительным взглядом.
Срочно домой – в родные стены и подальше от этого заносчивого типа! Не пойму, что я в нем хорошего-то нашла? Согласна, красивый, но этом положительные качества заканчиваются. Немного по-другому я представляла наше знакомство, когда увидела его возле бара. Никак не с фраз «не советую со мной разговаривать в подобном тоне» и «на выход».
Да кем он вообще себя считает? Пупом земли? Или царем вселенной?
– Приехали! – громкий голос водителя выводит из раздумий, и я внимательно смотрю в лобовое стекло.
Мой дом кое-как виднеется сквозь пелену ливня, и до него еще ой, как далеко по моим скромным подсчетам. И только сейчас замечаю – мы стоим на месте с выключенным двигателем.
– В смысле? – мы интересуемся одновременно с мужчиной, а я даже слегка подаюсь корпусом вперед, хватаясь за подголовники.
– Машина поломалась, дальше пешком, – печально вздыхает водитель. – Вот же,
