«Кромешной тьмы глаза…»
Кромешной тьмы глазастихов моих касались.Но ты, слепая зависть,смогла их наказатьнепониманьем, сном,сладчайшей черной злобой,всегда глядевшей в обаи знавшей об одном.
«Я заблудился, не найти…»
Я заблудился, не найтиногам пути в затонах моха;над чащей плещется просвет,заметно заалев.Любое дерево в лесу —оно настолько одиноко,что никому не отыскатьего среди дерев.
«Поклон примите от прохожего…»
Поклон примите от прохожего,который не живет нигде:ни в чаще леса непогожего,ни в городе и ни в избе,ни в пустоши необитаемойи ни в пути с сумой вдвоем,ни на виду у всех, ни в тайне,ни в одиночестве своем —
от проходимца – нет, от странникасреди земного иль астральногохаоса (космос мнится нам) —поклон всем кольям и дворам.
При далеком колокольном звоне
Жил на свете человек (а может, не жил).Утром воду приносил, поленья – к ночи.Ко Христову Воскресенью нес гостинцы —что жене своей, что малым своим деткам.Что ни день – будь в непогоду или в вёдро —запрягал он свою утлую кобылу,день гонял ее по взмыленным дорогам,а под вечер они вместе возвращалисьпри далеком звоне колокольном —на кого бы царь не опалялся,у кого бы вор не крал пожитки,кто б пред Господом ни впал в какую ересь,кто б ни умер, кто бы ни родился.
Вместо перевода
Когда она проезжаламимо заката солнца,мимо детей ученых,мимо людских могил,то рожь сильнее рыжела,и дети кричали отчетливей,и слышали звук колокольцате, кто в могилах был.
«Да, когда-нибудь, когда не…»
Да, когда-нибудь, когда нестанет горя и утрат,всё внезапно явным станет —тут узнает в аккуратжалкий раб бумажной дести,что за месть в себе несет —что когда-то было детствои младенчество…и всё.
3. ЖИВАЯ ОГРАДА
Памяти моего отца
1. «У всякого – своя полынь…»
У всякого – своя полынь.Всему своя полынь.Простимся ныне навсегдаи сразу отболим.У всякого – свой сонный мак.Всему свой цвет и сон,былого хлеба лебедаи свет, и мрак…и всё.
2. «Прощай шиповник, и жасмин и навсегда…»
Прощай шиповник, и жасмин и навсегдапрощай, смородины колючая ограда,крыжовник, яблони в цвету, и навсегда —рябина и береза у ограды.Прощайте ирисы, тюльпаны, водосбор,пионы, лилии и флоксы, и навеки —большие маки… и огромный мир,давящий на смородинные ветки.
3. «Живая ограда живет до поры…»
Живая оградаживет до поры.Под снежные грудыуходят дворы.
Над твердью могильнойлетят под уклонраскосые крыльяокрестных ворон.
То ветер на свечкуслетел с высоты.И в зимнюю спячкувпадают кусты.
Смородинных ветоктончайший узорне сдержат вовекиподобный напор.
В дому запоздалом,в древесной тишине стало, не сталотеперь ни души.
Вкруг жизни, вкруг сада,его детворы —живая оградаживет до поры.
4. «Провал и безопорье, и дыра…»
Провал и безопорье, и дыра,в бессмысленном пространстве злая точка —преображенье завтра во вчера,когда цветок узнает точно,что восходить ему пора,когда почует срок тугая почка,когда трава надумает вставать,а птицы – время точно обозначить.
5. «Что нас окутало кругом?..»
Что нас окутало кругом?Что нас преследует и душит?Ребячья простота присуща душам,а мы не ведали о том.
6. «Мы вновь приедем в этот дом…»
Мы вновь приедем в этот дом,построенный его трудом.Там сруба запах сладкийи сад его посадки.
И по следам его следовтропинкой узкой вдоль кустоврябины черноплоднойпройдем мы в дом холодный.
То будет осенью: денексентябрьский будет одинок,как эта тропка лисья,смешав следы и листья.
Крылечко скрипнет. Стукнет дверь.И одиночество теперьв бревенчатом затвореуже почти что горе.
Так выйдем в сад повеселей:следы и листья на земле,и каждое растенье —его поминовенье.
В саду становится видней,насколько крепче и вольней,чем наш удел непрочный,дыханье этой почвы.
7. «Деревьям ли мерещится война?..»
Деревьям ли мерещится война?земле ль понять людские разногласья?Судьбе-молчальнице видназемля, исполненная ясного бесстрастья:ее парные зеленя,наплывы или удаленья,в беспечности ее огня —рачительное тленье…
И углубляясь в грунт на штык,побег грядущий прививая,вне человечьей суетымы в этом мире пребываем.
8. «Утра дачного туман…»
Утра дачного туман.Тени хороши.Распечатанный тюльпанна столе лежит.Вы из запредельных странполучили днесьраспечатанный тюльпан —дорогую весть.
9. «Тропинка малая в клубничной толкотне…»
Тропинка малая в клубничной толкотне,впитавшая в себя песок и гальку,сама вернется поутру ко мне,сама вернется поутру ко мне,какою б я не обернулся далью.
10. «В лесу сиротливом…»
В лесу сиротливоместь высохший пруд.Лопух и крапивана взгорье растут.
Лопух и крапива —житейский сорняк —в лесу сиротливом,где хвоя да прах.
Не знает окрестныйзаброшенный люд,чей век безвозмездныйокончился тут
и чье здесь когда-тодымилось жилье,куда без возвратаисчезло живьем.
В лесу беспечальномполяна и пруднечайно, случайнона вас набредут —
былого истома,томление лет —те вязы вкруг дома,которого нет.
МНЕ КАЖЕТСЯ, ДУША
1972–1973
Посвящается В.А. Севрюгину
«Для трагика невидима…»
Для трагика невидимаи для слепца безлична —трагедия обыденна,обыденность трагична.И не с набатом в унисонлюдская бьется мука,нет, внемлешь ты сквозь смертный сон,как в стекла бьется муха.
«Бывает всякое: сентябрь бывает, май…»
Бывает всякое: сентябрь бывает, май…Сентябрь, пайщиков своих пересчитай —всех садоводов, их детей и их собак —ясны их тени в облетающих садах.А, впрочем, нет, пускай безоблачно-пестрыво всех садах горят деревья и костры,и мальчик на большом велосипеде,как маятник, качается и едет.
«Звезды в море упадая…»
Звезды в море упадая,упадая на беду,тьму собою прободая,звезды знают и ведут:то ль хвостатая комета —угрожающий Пифон,то ль играет до рассветазвездных циклов патефон.
«Бесплотно время, говорят…»
Бесплотно время, говорят.Но звезды только в нем горят.Надеюсь я, что плотью летнаполнил пустовавший след,мелодий сих речитативв косматый мрамор воплотив.
ПОДЗЕМНАЯ НИМФА
1976–1977
«…Nimph in the orisons
Be all my sins rememred…»
ShakespeareПодземная нимфа (1)
Подземная нимфа (воды – ни глотка)из тьмы непроглядной метрополитена —о, что за улов – твое плавное тело,о, как ты плывешь в этих толпах умело,на кожу скамьи так пленительно села,как будто на камень прибрежный. Гладка,как лак и твоя полноводная кожа,и сколько ж ее голубой – далеко женам плыть… Ты сидишь и читаешь, о, Боже,подземные боги! – газету с лотка.
Ева (1)
Представьте райский зоосад:плоды послушные висят,не счесть оленей, яблок,и тигры – травоядны.И средь библейской красоты —невинны, как кругом цветы,парные топчут травыАдам и Ева… Браун.
Девочка
Подростки: в очках он, а девочка в юбке короткой —на летней скамейке, обнявшись невинно и робко,сидят в ожиданье дневного сеанса кино,и жадно глотают одно на двоих эскимо.
Но мальчик в очках и с пушком на губе – только мальчик:и лакомство сладко, и фильм предстоящий заманчив,и девочка чувствует только объятия миг.И жадно глядит на нее проходящий старик.
Пастушка
Пасла я Зорьку возле базы.Вдруг шестеро в противогазах.Чтоб личность скрыть. Ну, я даласьлегко, чтоб не прибили часом.Ну и страшон противогаз!
Гляжу я в стеклышки – не вижу:в поту. Ребята еле дышатв глазастом этом колпаке.Запомнила наколку МИШАя у шестого на руке.
Построили всю часть и рукивелели вытянуть. С сеструхойидем мы вдоль шеренги – ишь:чуть не качаются со страху.Набрали мы шестнадцать Миш.
Мой Мишка разъяснился скоро.Из Горького. Здоров, как боров.Но симпатичный. Остальныхон продал сразу без отпору.За групповуху – к ногтю б их,
да мы, однако, деньги взяли,хоть покуражились вначале:начальству не с руки ЧП.Папаша дом сестрице справил.А с Мишкой ходим мы теперь.
Магдалина
