Читаем без скачивания Удача не бывает случайной - Юрий Горюнов

— Неужели это так! — деланно удивился я. — Не замечал. А на женщин это тоже действует?

— К сожалению, — поделилась она. — Видимо есть в тебе что-то.

— Я знаю, что, — уверенно заявил я. — Холост, вот и вся причина. А ты-то как выдерживаешь?

— Пью успокоительные, — улыбнулась она. — Что касается обеспеченных, то сам не прибедняйся. — Элен не знала всех моих возможностей, но, безусловно, догадывалась, что финансово я был обеспечен, иначе, откуда деньги для покупки произведений искусства. У меня был стартовый капитал в начале своей деятельности, а затем я заработал денег на Китайской операции, да и так занимался иногда иной коммерцией.

— У тебя есть предложения, что нам надо приобрести?

— Вот читаю, куда движется мода в области искусства.

— Элен, мода движется туда, куда ее направят специалисты, в том числе и мы с тобой. Но ты права, надо что-то свежее. Как ты думаешь, уклон в Латинскую Америку пройдет?

— Не ново, но можно подумать.

— Вот и думай. Есть у нас специалист по культуре Латинской Америки?

— Мишель Рено.

— Значит, мне надо с ним встретиться.

— Жан, как понимаю, ты собрался за океан?

— Почему бы и нет! Что-то засиделся я здесь, а то скоро завою от скуки.

— В ближайшее время в Лувре будет выставка, один день отдан журналистам и специалистам. Там думаю, будет Рено. Да, ты его знаешь, — сообщила Элен.

— Это такой невысокий, плотный, чуть с залысинами и немного картавит?

— Именно он.

— Пригласительный мне доставать или ты?

— Не утруждай себя. Принесу.

Знакомство с экспертом было важно для дальнейшей деятельности, он мог вывести на нужных и не бедных людей, которые часто и влияют на жизнь и действия тех или иных органов государства. Оплатить поездку Центр мне не мог, но польза от поездки должна быть определенно. Въезжать в Аргентину чисто под видом покупателя произведений искусства, мне не хотелось. Эта поездка не известно, сколько могла продлиться, хотя я и мог себе это позволить, но это трата средств; надо было искать и другие варианты для поездки.

Если бы я был у себя в Центре, там нашли бы возможности, но отправлять меня из Франции, им было не под силу. Помочь могли только документами для нелегального въезда, но тогда мне пришлось бы исчезнуть из Франции и добираться через третьи страны, а легально только я сам.

Рассчитывать на удачу, было глупо, ее надо было организовать. Любую встречу, любое знакомство я должен был направить на достижение цели, тогда удача и не пройдет мимо.

Элен принесла мне приглашение, и в нужный день я был в Лувре, где и «случайно» встретил Мишеля Рено. Я ему представился, он меня узнал и мы сев в уголке, и поговорили о выставке. Я его расспрашивал об особенностях культуры Латинской Америки, а он обстоятельно рассказывал, найдя в моем лице благодарного слушателя. Слушать его было приятно и интересно. Под конец разговора он заметил:

— Я вижу, что вы разбираетесь в живописи, скульптуре. Если надумаете работать в этом направлении я дам вам рекомендации.

— Буду очень признателен, — с благодарностью ответил я.

Когда он ушел, то я прошелся еще раз по залам и направился к выходу, где почти столкнулся с Сержем Дюпоном — журналистом одной из газет, с которым был давно знаком, и в газете, где он работал, иногда публиковали мои статьи.

— Привет, Жан, — окликнул он меня. — Что это ты со стариком Рено беседовал? Интересует культура Латинской Америки?

— Есть такое дело, начал проявлять к ней интерес.

— И в чем он, если не секрет? Пойдем, посидим, выпьем по чашке кофе? Я угощаю.

— И я расскажу тебе о своих планах? Так что ли? — засмеялся я.

— Примерно.

Я не возражал и мы, выйдя из Лувра, направились вдоль набережной, дойдя до ресторана Luncha, зашли, разместившись на открытой веранде.

— Так какой у тебя интерес к Латинской Америке? — начал допытываться Серж.

— Есть мысль съездить, но кратковременная поездка не очень интересна, а длительная затратна, — все это было правдой, но сама идея у меня появилась, едва я увидел Сержа. Идея, которая хоть и была бредовой, но могла и выжить от скудоумия, в котором я пребывал в поисках канала выезда.

Серж потер кончик носа: — Есть одна идея, только не говори, нет, сначала подумай над ней. У нас в ближайшее время вернется из Аргентины корреспондент, а замены пока нет.

— И ты предлагаешь подумать об этом мне? — вымолвил я несколько лениво.

— Предлагать не могу, могу подбросить идею главному редактору. Ты, кажется, знаешь испанский?

— И английский и много чего.

— Вот видишь, — он замолчал, что-то обдумывая, а я не тропил. — Там сложно работать, — признался Серж.

— Догадываюсь. Также как и то, что я не журналист.

— Да брось ты, твои статьи написаны не хуже тех, кто учился журналистике. Зато у тебя может появиться возможность побыть там подольше. Не часто бывает, чтобы удалось совместить личное с работой.

Идея Сержа была, как нельзя, кстати. Это и была удача. Мне было нужно не напрашиваться, а чтобы инициатива исходила от него.

— Не часто, — согласился я. — Мне надо подумать.

— Суток хватит?

— Что ты так торопишься?

— Да я начальник отдела, вот и тороплюсь, а то отправят меня, а у меня здесь семья, а ты один. Так что?

— И чтобы вы без нас холостяков в этом мире делали?

— Нашли бы себе занятие.

— Знаю я ваши дела. Ладно, завтра позвоню.

— Если дашь согласие, тогда я пойду к главному.

Вечер я провел в раздумьях, хотя думать было не о чем и так все было ясно. Я должен был взять паузу, и нужно было продумать условия, на которых я мог бы поехать, не ущемляя себя в правах перемещения и особенно возможности вернуться. На другой день я позвонил Сержу и дал согласие, но известил, что у меня есть условия.

— Как не быть, — отреагировал Серж. — Я поговорю с главным, и потом тебе перезвоню, условия обговаривать будешь с ним.

— Звони. Мяч на вашей стороне.

Интересоваться, как долго мне ждать я не собирался, все должно быть построено так, чтобы они нуждались во мне больше, чем я в них.

Примерно через пару дней Серж позвонил и предложил приехать к ним в редакцию. Когда мы с Сержем вошли в приемную, секретарь вежливо поздоровалась и разрешила войти к главному редактору. Главный предложил нам присесть и произнес:

— Присаживайтесь. Так вот, разговор у нас с вами серьезный, а времени маловато. Совсем нет времени. Приступим к делу… Прежде чем принять решение, я хотел бы что-то узнать о вас, — поинтересовался он из вежливости, зная ответ.

— Не возражаю, а что именно вас интересует? — спросил я.

— Что сочтете нужным сообщить.

— Я знаю несколько языков, интересуюсь искусством. У меня есть интерес к Латинской Америке. Да, что возможно, вам будет интересно — не женат, так что в этом направлении обо мне печалится из-за моего отъезда некому. У меня ясный ум, я прилежный и приложу все усилия, чтобы оказаться достойным вашего доверия, оказанного мне с вашей стороны, как нанимателя.

— Шучу здесь я, — прервал мой рассказ о себе главный. — Если бы не необходимость, то я не выступал бы в роли нанимателя.

Я знал, что это его манера разговора, Серж предупредил меня, что ему нравится, когда его принимали за злодея, хотя был очень порядочным человеком.

— Иезуитских оправданий не будет, — парировал я.

— А вы знаете их девиз?

— Цель оправдывает средства.

— Верно, только цель есть, мы ее поставим, а вот средства фиксированы. Не забывайте об этом.

— Учту.

— Мы предварительно обсудили возможность сотрудничества с вами, и о направлении вас в Латинскую Америку в качестве нашего корреспондента, — продолжил главный. — Ваши статьи я прочитал, слог хороший, но там надо не об искусстве, а событиях. Сможете?

— Пока не напишу, не знаю. Гарантий дать не могу.

— Это понятно, — вздохнул редактор. — У нас сложная ситуация. Наш корреспондент заболел и видимо надолго. Его возвращать надо, а человека умеющего писать и знающего язык, коммуникабельного, сейчас нет, не готовы мы были к этому. Серж предложил вашу кандидатуру, и если я правильно понимаю, вы не возражаете.

— Получается, что я для вас, как затычка, — не счел я нужным подбирать слова, прощупывая их заинтересованность. — Есть брешь и ее надо заткнуть, а потом подберете другого, а затычку выбросим.

— Грубо, конечно, но в целом, похоже, — согласился редактор, — кроме последнего слова «выбросим». Должен признаться, что на текущий момент ваша кандидатура случайная наша удача, случайная находка.

— Удача не бывает случайной, — заметил я, и обратил внимание, что редактор в согласии кивнул головой.

— Возможно, вы правы, — снова согласился редактор, — но ваша фраза лишь подтверждает, что вы способны коротко и ясно выразить мысль. Вы умеете думать.