спине.
— Ничего страшного. Я тоже не особо разговорчив с незнакомцами. — Ласково произнес он. — Эта госпожа не хотела тебе навредить. Она просто болеет, так что не нужно больше бояться. Пока я рядом, никто не посмеет тебя тронуть.
Мальчик лишь сильнее прижался к юноше, пряча лицо на плече. Цин Лун в очередной раз улыбнулся — ребенок был напуган и не спешил с ним говорить, но продолжал прижиматься к нему.
Когда впереди показались городские ворота, Цин Лун внутренне сжался. И дело было не в опасности, что таил в себе город и его жители. Когда-то давно он уже был здесь. Он вспомнил, как прибыл в первый раз, спустя сто пятьдесят лет изгнания. Тогда Муншоу был цветущим и прекрасным местом. Сейчас же, даже издалека Цин Лун заметил, что ворота и верхушки высоких зданий потрескались, краска и лак осыпались, а цветущие сады давним-давно высохли.
Услышав журчание воды, учитель отвлекся от гнетущих мыслей и вспомнил предостережение Бай Хуа, чтобы он смыл с одежды кровь. Люди в панике могут его где-нибудь закрыть, сочтя за зараженного.
— Мне нужно смыть кровь. — Предупредил мужчина и не спеша пошел на звук воды. — Не бойся, я не причиню тебе вреда. Как насчет еды? Ты хочешь есть?
Мальчик молчал, крепко обнимая юношу, но спустя недолгое время робко кивнул. Цин Лун улыбнулся, посадив его на камень у берега реки, и достал булочку.
— Пока я занят своей одеждой, можешь посидеть здесь и отдохнуть.
Ребенок нехотя отпустил учителя и принял маленькую, белую маньтоу. Даже холодная, она источала приятный аромат. Мальчик с сомнением покосился на Цин Луна, что снимал верхнее одеяние и рассматривал кровавое пятно на своей рубахе. Он и правда выглядел очень юным, но его глаза, когда он не смотрел на ребенка, становились до жути холодные. Этот взгляд принадлежал не улыбчивому молодому человеку, а взрослому, хладнокровному убийце. Именно убийце! Светлые и бездонные глаза обволакивали, заставляя свою жертву трепетать перед смертью.
Мальчик смачно сглотнул, в очередной раз покосившись на Цин Луна. Тот уже стоял по пояс обнаженным в воде и смывал с кожи следы крови. Он не морщился, прикасаясь к ране, будто не чувствовал боли. Обернувшись на ребенка, его мрачные глаза вновь посветлели, наполняясь жизнью и радостью. Он тепло улыбнулся ребенку, будто безмолвно убеждал, что все хорошо и его не нужно бояться.
Заметно успокоившись, мальчик вонзил зубу в паровую булочку и замер — такой вкусной еды ему еще не доводилось есть! Невероятно нежный, пряный хлеб. Мягкий, как облако. Издав стон наслаждения, он проглотил его, чувствуя, как теплая энергия наполняет тело.
Цин Лун с улыбкой смотрел, как мальчик щурится от удовольствия. Он был бледным и истощенным, от чего сердце мужчины жалось от сострадания. Когда учитель в очередной раз отвлекся на ребенка, то почувствовал, как вверх по ноге скользит что-то холодное и скользкое. Вздрогнув, он не успел опустить голову, как это «что-то» утащило его под воду.
Легкие обожгло от глотнувшей воды. Цин Лун затрепыхался, пытался сорвать с себя крепкие путы, но они лишь сильнее натягивались, опоясывая все его тело, и утягивали ко дну. Он не мог рассмотреть, что или кто это был и с каждым ударом сердца понимал, что скоро потеряет сознание от нехватки воздуха. И тогда его поглотит эта тварь. Пусть его тело было бессмертным, это не означало, что его вообще нельзя убить!
Над водой раздался грохот, а после всплеск воды. Кто-то разорвал путы на теле мужчины и потянул на поверхность. Цин Лун закашлялся, судорожно хватая ртом воздух. Тот, кто так героически прыгнул за ним в воду, был его преданный ученик. Бай Хуа сидел возле мужчины, придерживая его под спину, чтобы тот смог откашляться.
— Учитель, ты видел, кто тебя схватил? — спросил Бог Земли, поднимая Цин Луна с земли.
— Боюсь, что нет. — Он снял с одежды черную длинную прядь и с отвращением отбросил в сторону.
Мальчик смотрел на учителя большими глазами и мелко подрагивал. Это он поднял шум, благодаря чему Бай Хуа пришел на помощь. Сам бы он не смог вытащить из воды взрослого мужчину. Даже такого хилого.
— Ты испугался? — Цин Лун мягко улыбнулся, сев возле мальчика и погладил темные, взъерошенные волосы. — Со мной все хорошо. Не нужно переживать.
Ребенок вцепился в мокрую одежду Цин Луна и смотрел большими, изумрудными глазами. Придя в себя, Цин Лун заметил, что неподалеку стоит запряженная повозка с мужчиной в соломенной шляпе.
— Кто это?.. — Цин Лун растерянно посмотрел на ученика.
— Я подобрал несколько зараженных, а этот человек согласился вернуть их в город. — Объяснил Бай Хуа, махнув улыбчивому мужику. — Он как раз живет в Муншоу, но постоянно в разъездах.
— В таком случае, не будем больше медлить. — Учитель надел мокрую одежду, перекинул через голову сумку, повесил на спину доули и проверил бусины на своем пучке, после чего с облегчением вздохнул. Взяв на руки мальчика, он кивнул. — Мы готовы. Можем отправляться.
Когда-то Муншоу был по-настоящему прекрасным городом, но засуха все уничтожила: людей, природу, сказочные водоемы и животных. Теперь город больше походил на заброшенную деревню. Разрушенные дома, испорченные фасады, уничтоженная дорога, выемы и ямы вместо красочных прудов и фонтанов. Засуха произошла так давно, но люди не могут оправиться до сих пор. Сердце Цин Луна нестерпимо ныло от жалости к этим людям, старинным домам и памяти о былом.
— Наше достояние. — Мужик на вожжах указал на большое, темное здание впереди. — Когда все только началось, безумных заперли в лечебнице, но все это было бесполезно — они все равно вырывались и крушили все на своем пути. Потом было решено запирать их в нашей знаменитой тюрьме.
— И чем же она знаменита? — хмыкнул Бай Хуа, рассматривая темное здание с решетками на окнах.
— А… Я уже не помню, кто и когда ее построил, но еще ни один заключенный не мог вырваться оттуда. — С гордостью заявил мужик.
Цин Лун и Бай Хуа переглянулись. Их посетила одна мысль и совсем не хорошая. Если боги пропали в этом городе на задании, то должны были явить себя в обличие смертных. Иначе их бы узнали люди, они нарушили правило поднебесной и их отправили в ссылку в Царство смертных. А если это так, то, скорей всего, именно туда их всех и заключили.
— Но учитель, — прошептал Бог Земли, склонившись к юноше, — разве такое возможно?
— Мне кажется, что возможно. — Цин Лун нахмурился, замедляя темп и начал отставать. Заметив это, Бог Земли насторожился:
— Что-то не
