Вырвав у харифа право получить эти желания в удобное для него время, Костик вовсе не желал с ним расставаться, и всякие поползновения на это право рассматривал как покушение на себя самого. А поскольку такое в последнее время случалось все чаще, всех, кто хоть намеком проявил намерение лишить его того, что парень привык считать своим тайным сейфом, он мгновенно заносил в разряд недругов.
-Ваше королевство настолько обеднело, что готово шантажировать бедную девушку безопасностью ее друзей, лишь бы отобрать у нее законное право на три желания? - тщательно подбирая слова, едко поинтересовался Костик, презрительно глядя адмиралу прямо в глаза.
И ведь понимал он, что этим заявлением вполне может разбудить в аборигене зверя, но и отказать себе в удовольствии не мог. Возле окна что-то расстроенно прошипел Тарос, но Костик даже не оглянулся, сосредоточив все свое внимание на лице адмирала.
Инвард ле Бенедли вовсе не голословно слыл самым выдержанным и хладнокровным полководцем этого мира, крамольное заявление дерзкой девчонки он выслушал с абсолютно невозмутимым выражением лица. Только чуть сильнее натянулась кожа на скулах, да хищно дернулся возле глаза желвак.
-Как предсказуемо... следовательно, ваши желания вам дороже ваших красавчиков? - ответный удар был бы сокрушительным, не придись он в пустоту.
-Да фигушки! - Костик внезапно сообразил, что моряна, знавшая адмирала неизмеримо дольше, предвидела и этот его шаг, потому и дала ученице право говорить все, что вздумается.
И они с Таросом были вовсе не разведчиками, а группой прикрытия, главной задачей которой было как можно дольше потянуть время.
-Тар, - с показным пренебрежением отвернувшись от адмирала, медовым голоском позвала Тина, - принеси мне, пожалуйста, вон то кресло. У этого народа, оказывается, не принято предлагать девушкам сесть... варварские обычаи.
-Вот, - беспрекословно исполнил ее приказ квартерон, боявшийся такого сладенького голоска сильнее рыка харифа.
Тина проследила, как дернулся глаз хозяина, и грациозно опустилась на кресло. Что там сказала королева? Адмирал не переносит, когда его шантажируют? А с чего он решил, что другие такое любят?! Придется показать на примере... как это противно.
-Ох... как замечательно. Никто не представляет, как трудно девушке, никогда не ездившей ни на каких пангах, отсидеть на спине животного несколько дней. Так вот, по поводу желаний, объясни мне Тарос, будь добр, иномирянину, попавшему в этот мир, может их отдать правитель любой страны?
-Да, - пока не подозревая, к чему она ведет, осторожно подтвердил Тарос.
-И если иномирянин не получит эти желания у правителя той страны, куда попал изначально, то имеет право попросить их у любого другого?
-Ну, в принципе - да, - нахмурился квартерон, начиная догадываться, что сейчас его жена выкинет нечто непредсказуемое, - Просто, насколько мне известно, все иномиряне берут сразу... они ведь попадают без денег и вещей.
-Очень интересно! - Тина задумчиво постукала пальчиками по подлокотнику, - И очень подло. Воспользоваться бедственным положением попаданца и в первые же дни обобрать его под благородным предлогом. Сплошное жулье тут, как я погляжу. Я забыла тебе рассказать, дорогой, хариф тоже пытался выудить у меня желание за то, что я буду охранять стены его крепости с луком в руках. Хорошо, хоть моряне меня заранее предупредили. И как оказалось, не зря я не взяла ни одного желания... так и ходила в обносках, пока ты мне юбочку не купил.
-Тина, - немедленно расстроился Тарос, - к чему все это вспоминать?
-Очень просто, - печально сообщила девушка, - я терпеть не могу, когда меня шантажируют. Просто не выношу... а поскольку я девушка слабая, то у меня есть только один способ пресекать подлые происки шантажистов. Адмирал Инвард ле Бенедли, я официально отказываюсь получать положенные мне желания у королевы Сузерда, оставляя за собой право потребовать их у любого другого правителя на свое усмотрение.
Он этого не ожидал. Всего чего угодно, только не такого невозможного заявления, и потому опешил. Всего на один миг, такой короткий, что выражение лица даже не успело смениться, вновь застыв непроницаемой маской. Еще более железобетонной, чем раньше.
Вот только Тина успела рассмотреть мелькнувшую в голубых глазах обиженную растерянность кошки, у которой из лап вдруг выпорхнула почти задушенная птичка.
-Как вам будет угодно, - ледяным тоном процедил адмирал, - но в таком случае по закону военного времени вы приравниваетесь к подозрительным личностям, находящимся в столице без какого-либо законного основания и немедленно отправитесь к дознавателям трибунала, по обвинению в шпионаже.
-А последнее слово, прежде чем я к ним отправлюсь, мне не положено? - кротко осведомилась Тина, даже не надеясь на положительный ответ.
-Нет! - Мстительно прищурившись, холодно объявил адмирал и его ответ слился с не менее холодным и резким окриком Тароса.
-Протестую! Тина - моя жена, и приехала в Дилл по моему настоянию, если приказ харифа больше не считается веской причиной. А я, как офицер армии Сузерда, имею право во время отпуска устроить своей жене прогулку по столичным магазинам, прикупить модных платьев.
Черт побери, изо всех сил стараясь не показывать невольного изумления, восхитился Костик, оказывается, Тарос способен не только обольщать наивных лохушек, но и находить слабые места в сообщениях начальства!
-Я получил сведения, что ваш брак фиктивен, - с едкой насмешкой парировал заявление квартерона Инвард.
-А про браслеты вы, разумеется, никогда не слышали? И не знаете, что их невозможно обмануть? - Тина бросала обвинения почти наугад, руководствуясь не так собственными наблюдениями, сделанными во время путешествия, сколько интуитивным чутьём, просто вопившим, что именно в последних словах адмирала и кроется главная опасность, - Тарик, иди сюда. Покажем дяде браслетики.
-Конечно, дорогая, - в голосе Тароса звучал отголосок того самого веселого отчаяния, которое вело сейчас Костика, - вот.
Две левые руки, мускулистая и хрупкая, обернутые одинаковыми браслетами, более похожими на защитные щитки, чем на ювелирные украшения, протянулись в направлении адмирала. А в следующий момент, подчиняясь все тому же голосу интуиции, Тина мягко опустила свою ручку на длань квартерона.
И чуть не захлебнулась изумленным вдохом. Едва соприкоснувшись, браслеты словно ожили. Грозный металл засветился как от случайно упавшего лучика солнца, даже цвет чуть сменил, становясь одновременно светлее и ярче.
