Прорыв в развитии этого жанра в гонконгском кино совершил эмигрант из Пекина, режиссер и художник Кинг Ху (Ху Цзиньцюань) в 1966 году. Вдохновляясь постановками классического китайского театра – пекинской оперы, голливудскими вестернами, а также японским жанром «тямбара» – псевдоисторическими боевиками с поединками на мечах, вроде «Семи самураев», он снял для Shaw Brothers фильм «Пойдем выпьем со мной»: авантюрную историю про девушку-воина, вступившую в опасную игру с бандой разбойников, которые захватили в плен ее брата. Именно в этой картине сцены экшен впервые были поставлены как танцевальные номера, со сложной и изящной хореографией (за нее отвечал опытный театральный актер Хань Инцзэ) и позаимствованными из пекинской оперы полетами по воздуху на тросах. В соответствии с этой же концепцией на главную роль была приглашена вообще не знавшая кунфу балерина Чэн Пэйпэй.
Кинг Ху также сформулировал важный художественный принцип, который во многом объясняет программный эклектизм гонконгского кино. «Западное кино зажато между двумя полюсами – реалистическим и фантастическим, – говорил он. – Но в китайской культуре нет этого противопоставления. Мы можем показывать реальное событие как фантастическое и наоборот». Соединение стремительной вестернизации гонконгского кино с китайской культурной спецификой, очевидно, и породило его уникальный стиль.
Хореографически выстроенный экшен в фильме «Пойдем выпьем со мной» (1966)
Летающие герои в фильме «Печать дзен» (1972)
Кинг Ху развил и усовершенствовал свои идеи в последующих картинах, снимавшихся в Гонконге, на Тайване и в Южной Корее – «Таверна Дракона» (1967), «Печать дзен» (1972), получившая специальный приз Каннского кинофестиваля с формулировкой «за техническое совершенство», «Доблестный» (1975), «Дожди в горах» (1979). Одновременно с этим другой классик жанра Чан Чэ своими картинами «Убийца» (1967), «Однорукий меченосец» (1967), «Золотая ласточка» (1968) привносит в уся чуждую Кингу Ху маскулинность. Фильмы Чана Чэ пользовались большим успехом в 70-е годы, однако исповедуемая им идея «янган» – мужского братства – не стала мейнстримом для уся. А вот образы женщин-воинов, введенные Кингом Ху, являются почти непременным достоянием этого жанра, что придает ему несколько феминистический характер.
Со времен Кинга Ху и по сей день реализм в постановке боевых сцен не считается достоинством фильмов уся. Напротив, максимально ценится постановка боев как изобретательных, поражающих воображение балетов. В Гонконге возникает уникальная профессия «экшен-хореограф»: кинематографист, придумывающий и воплощающий на экране эти танцевальные боевые сцены, подобно шоустопперам из голливудского мюзикла.
Так, вошедшие сегодня в арсенал Голливуда полеты персонажей по воздуху и пробежки по стенам, были изобретены именно в павильонах Shaw Brothers, однако воплощались они на экране не с помощью спецэффектов, а посредством съемки и монтажа. Полет снимался несколькими камерами с разных ракурсов или одной, но с многими дублями. За две-три секунды действия перед зрителями мелькало несколько монтажных склеек. Прыжок, план снизу, план сбоку, удар на крупном плане, приземление. Ошеломленный зритель не успевал осознать, что в этом полете герой умудрялся нарушить едва ли не все законы физики. Гонконгские кинематографисты 60–70-х годов реанимировали также многие приемы немого кино, в частности рапид и реверс, экспериментировали с разными техниками освещения, использовали сложные тревеллинги кинокамеры и зум для создания оптических иллюзий. Их изобретательность заставила влиятельного современного теоретика кино Дэвида Бордуэлла заявить: «Я утверждаю, что фильм о боевых искусствах был важнейшим коллективным вкладом Гонконга в эстетику кино, таким же значительным, как советская монтажная теория, движение немецкого экспрессионизма и другие стилистические школы»[8].
В 1967 году Ран Ран Шао стал первопроходцем еще в одной области: он основал первый гонконгский телевизионный канал TVB (спустя год у него появился конкурент – канал RTHK). Значимость этого события для формирования гонконгской идентичности невозможно переоценить. Появление телевещания на кантонском диалекте стало одной из причин того, что британское колониальное правительство в 1974 году признало его, наряду с английским, официальным языком в Гонконге (так и остается по сей день). Телевидение также стало «храмом Шаолинь современного гонконгского кино». Из него вышли почти все его звезды. На TVB начинали свою карьеру Чоу Юнфат, Мэгги Чун, Анита Муи, Лесли Чун, Вонг Карвай и многие другие. Сегодня TVB – это один из крупнейших создателей синоязычных телепрограмм в мире, чье вещание охватывает тридцать стран, включая США и Канаду.
В конце 70-х Shaw Brothers уступила первенство на гонконгском рынке другим, более динамичным, соответствующим вкусам молодежи студиям. По сравнению с фильмами Цуй Харка, Джеки Чана, Патрика Тама и других молодых кинематографистов, ее стиль начал восприниматься как «классический» – что для большинства зрителей означало «старомодный». Однако сами режиссеры гонконгской новой волны почти в один голос называли среди источников своего вдохновения фильмы именно Shaw Brothers. Сегодня об этом говорят уже голливудские режиссеры. Кстати, Ран Ран Шао периодически инвестировал деньги в голливудские проекты; самый известный американский фильм, снятый при его участии, – «Бегущий по лезвию» Ридли Скотта. А в 1977 году он был посвящен английской королевой в рыцари и с тех пор именовался «Сэр Ран Ран Шао». На Западе его торжественно называют «человек, открывший миру фильм о боевых искусствах», а в Азии совсем просто: «царь азиатского кино».
* * *
В 2014 году исполнилось восемьдесят лет классику гонконгского кино, режиссеру, сценаристу и актеру Чу Юаню. Российским зрителям он знаком, в основном, как исполнитель роли главного злодея в первых двух сериях «Полицейской истории» Джеки Чана. Мало кто знает, что этот «злобный наркоторговец» в прошлом – один из ведущих режиссеров Гонконга, чья фильмография насчитывает сто двадцать три картины, по большей части снятые на Shaw Brothers.
Чу Юань в фильме «Полицейская история» (1985)
Чу Юань – не тот режиссер, с которого нужно начинать знакомство с гонконгским кино. Но для тех, кто уже знает и любит, его фильмы могут стать источником особенного удовольствия. Как экзотическая приправа к и без того вкусному блюду.
Выходец из актерской семьи, Чу Юань начинал свою карьеру в кино как сценарист, но очень быстро переквалифицировался в режиссера. В 60-е годы он снимал малобюджетные молодежные комедии и мелодрамы – примерно по четыре штуки в год. Его мастерство и производительность в итоге заметил Ран Ран Шао – и Чу Юань получил приглашение в высшую лигу.
В это время студия переживала трудные времена. Ее покинули два ведущих режиссера – Кинг Ху и Чан Чэ. Более того, у Shaw Brothers появился мощный конкурент. Только что образованная компания Golden Harvest успешно раскручивала новых звезд – Брюса Ли и Энджелу Мао. Shaw Brothers срочно нуждалась в новых идеях, чтобы сохранить свое лидерство на азиатском рынке.
И Чу Юань смог их предложить. Брутальной маскулинности Брюса Ли он противопоставил утонченность цветовой гаммы классической китайской живописи, интеллектуальный шарм хитроумно закрученной интриги и неожиданный для фильмов о боевых искусствах эротизм. Чу Юань является создателем первого в истории гонконгского кино эротического триллера – «Интимные признания китайской куртизанки» (1972). Героиня этой картины, обманом проданная в бордель, становится там жертвой группового изнасилования и вдобавок вынуждена терпеть домогательства хозяйки борделя, лесбиянки с садистскими наклонностями, виртуозно владеющей боевыми искусствами. Кажется, у нее только два пути: покориться или покончить с собой. Но героиня находит третий: она становится любовницей хозяйки борделя в обмен на обещание научить ее кунфу и терпеливо готовит изощренную месть своим насильникам.
Страсть и коварство в фильме «Интимные признания китайской куртизанки» (1972)
Секс + саспенс + боевые искусства – такая комбинация была невиданной в гонконгском кино, и студия сильно рисковала, выпуская эту картину. Но ее колоссальный кассовый успех показал, что направление выбрано правильно, а Чу Юань после этого на целое десятилетие стал ведущим режиссером Shaw Brothers.
В 70-е годы он работает в разных жанрах, но больше всего – в кино боевых искусств. На его счету целая серия картин, ныне считающихся стопроцентной классикой жанра: «Дуэль за золото» (1971), «Ящерица» (1972), «Злодеи» (1973), «Паутина смерти» (1975), «Волшебный клинок» (1976), «Кланы убийц» (1976), «Сентиментальный меченосец» (1977), «Нефритовый тигр» (1977), «Меченосец и соблазнительница» (1978), «Клан амазонок» (1979) и ряд других. В эту эпоху Чу Юань фактически создал новый канон жанра уся, фильма о боевых искусствах.
