и переехать к нему в особняк. Мама сказала, что ей нужно подумать. Отчим оставил ей свой телефон и сказал, что готов ждать сколько угодно её звонка. На следующий день мама позвонила ему и приняла предложение, а через месяц они поженились. Полтора года мы жили у отчима. За всё это время мы так и не узнали, как он на самом деле зарабатывал. Он говорил, что занимается бизнесом, но ничего конкретного так и не сказал. К нему в особняк постоянно приходили какие-то люди в костюмах, которые вероятно были его партнёрами по бизнесу. Месяц назад… — Лиза остановилась на секунду и начала говорить с ярко выраженным надрывом, — отчим подарил маме на день рождения новый автомобиль. На следующий день после дня рождения мама попала в аварию на этом автомобиле и погибла. Отчим винил себя в её смерти… Он начал пить каждый день. Неделю назад я случайно услышала его разговор с партнёрами по бизнесу, так как он забыл закрыть дверь в свой рабочий кабинет. Они обсуждали нового конкурента, отказавшегося с ними сотрудничать, и решили, что от него надо избавиться, пока тот не обзавёлся связями в городе. Я стояла в коридоре и слушала этот разговор. Внезапно я почувствовала, как кто-то схватил меня за плечо. Это был один из телохранителей отчима. Телохранитель дождался, когда отчим закончит разговор, затем затащил меня в кабинет и сказал, что я подслушивала. Отчим приказал отобрать у меня телефон, всё время следить за мной и никуда меня не выпускать, пока он не решит, что со мной делать… За день до нашей с тобой встречи отчим сильно напился. Вечером он подошёл ко мне, когда я сидела на диване и смотрела телевизор. Телохранитель сидел в кресле в углу комнаты. Отчим стал рассказывать о том, как сильно он любил мою маму. В какой-то момент он замолчал, уткнулся носом в мою шею, глубоко вдохнул и сказал: «Ты пахнешь так же, как она»… Затем он грозно посмотрел на телохранителя. Поймав этот взгляд, телохранитель резко поднялся с кресла и ушёл. Я не знала, что мне делать… Я попыталась встать, но отчим схватил меня за руку, повалил на диван и начал срывать с меня одежду… Я ударила его левой рукой по лицу и попала пальцем ему в глаз. Он отшатнулся и схватился руками за лицо. Я вскочила с дивана и убежала в свою комнату. Через час отчим пришёл в мою комнату, извинился, сказал, что больше это не повторится и разрешил мне выйти из дома на прогулку под присмотром его подчинённого. В тот момент у меня созрел план, как я могу сбежать. Я сказала ему, что хочу пойти в парк аттракционов. На следующий день я приехала в парк аттракционов под присмотром охранника, который всё время шёл у меня за спиной на маленьком расстоянии. В очереди к колесу обозрения я увидела парня на металлических костылях. Я пошла в сторону этого парня. Проходя мимо него, я остановилась, посмотрела на колесо обозрения, затем на охранника, указала пальцем на одну из кабинок и быстро сказала охраннику: «Смотри, кто-то свесился из кабинки». Пока охранник поворачивал голову и пытался разглядеть, из какой именно кабинки свесился человек, я схватила костыль и со всей силы ударила его по затылку. Парень, у которого я взяла костыль, упал. Люди в очереди начали кричать на меня. Я сказала парню: «Извини, я в безвыходной ситуации», положила костыль рядом с ним и убежала, пока охранник не успел прийти в себя. А потом… потом я влетела в тебя на перекрёстке.
— Почему ты не пошла в полицию? — спросил я.
— А что я им скажу? У меня нет никаких доказательств.
— Что мы будем делать?
— Пока не знаю, — Лиза заплакала и продолжила говорить сквозь слёзы. — Я в замешательстве. Не надо было мне выходить из дома… Но мне так захотелось сходить с тобой прогуляться, поесть сладостей… Теперь ты в опасности из-за меня. Прости.
— Не волнуйся. Сейчас я что-нибудь придумаю, — сказал я, еле держась на ногах от волнения и представляя, как стою на коленях и прошу не убивать меня людей, преследующих Лизу.
Подумав минуты три или четыре, я сказал Лизе:
— Тебе срочно нужно уехать из города. Я могу купить тебе билет на поезд или автобус и дать немного денег на аренду жилья.
— Слишком очевидно, — сказала Лиза, перестав плакать. — У отчима, насколько я знаю, очень много подчинённых. Они могут контролировать все вокзалы и гостиницы города.
— Можно было бы доехать на такси, — сказал я, подумав несколько секунд, — но я могу взять машину в аренду на пару дней и довезти тебя сам. Так будет дешевле и безопасней. На работу мне только в понедельник. У нас есть два дня в запасе.
— Ты уверен, что тебе это надо? Ты не обязан мне помогать.
— Но я же не могу просто взять и уйти.
— Можешь.
— Как ты себе это представляешь? Я иду домой, продолжаю жить, забыв о тебе, а ты пытаешься убежать от опасных преступников, не имея денег и чьей-либо помощи?
— Я для тебя всего лишь посторонний человек… Наверное… зря я сбежала. Всё равно у меня не получится скрыться.
— Мы должны хотя бы попробовать. Ни к чему сдаваться раньше времени.
— Хорошо, хорошо, давай попробуем… — Лиза совсем успокоилась и говорила уверенно. — Нам надо где-нибудь переночевать.
— Стриптиз-клуб.
— Что? Ты серьезно?
— Ты же сказала, что в гостиницах нас могут поджидать. Есть ещё два варианта: бар и ночной клуб, но там высоки шансы встретить пьяных посетителей, ищущих приключений. В стриптиз-клубе людей немного; приходят они туда, чтобы расслабиться, а значит, шансов ввязаться в драку немного меньше… Можешь предложить свой вариант.
— Надо подумать.
Спустя несколько минут Лиза сказала:
— Ничего в голову не приходит. Во сколько открывается стриптиз-клуб?
— Часов в девять или десять вечера, — сказал я, затем посмотрел на часы. — Через пару часов я вызову такси.
От волнения я, смотря в землю, ходил вокруг Лизы, уткнувшейся лицом в колени, обдумывая сложившуюся ситуацию. Мне в голову, как обычно, в первую очередь приходили негативные мысли: «Каким оружием они воспользуются? Пистолет? Нож? Автомат?.. Профессиональные преступники используют автоматы?.. Их поймают, если они начнут стрелять прямо на улице? Или они смогут без проблем скрыться?.. Они пощадят меня, если я пообещаю молчать?.. Нет, не думаю. Они мне не поверят… Смогу ли я выжить после ранения? Некоторым людям это удаётся… Почему тот преследователь в парке действовал так бесхитростно? Было очевидно, что среди
