Глава 5
Тинни
Я молча иду рядом с Буллом, и с каждым шагом во мне растет растерянность. Почему Булл извинился передо мной? И за что? Ведь тот придурок из магазина заслужил, чтобы с ним поступили именно так.
А ещё с каждым шагом я отчётливо понимаю, что приближаюсь к тому, что вновь не увижу Булла несколько дней. Кто-то из вас скажет: «Ну и что? Стоит ли из-за этого переживать?», а я отвечу – стоит. Я пыталась разобраться в странном чувстве потери, охватившем меня, когда после ужина с Буллом пошла домой. И с каждым днем это чувство лишь росло. Я порывалась под разными надуманными предлогами – одолжить по-соседски сахара или муки – постучать в его дверь, но так и не решилась.
Вместо этого постоянно дежурила около двери и смотрела в глазок при малейшем шорохе на лестничной площадке, но Булл не выходил из квартиры и тогда я начала думать, что он избегает меня. Чувство пустоты затопило меня, но чудесным образом отступило, когда сегодня, открыв дверь, увидела Булла.
Теперь же проклятая пустота вновь возвращается.
Мы входим в вестибюль нашего дома и медленно поднимаемся по ступенькам к моей квартире. Достаю ключ от квартиры, и… на меня накатывает решимость не допустить, чтобы сегодняшний день так закончился. Я не могу и не хочу вновь поддаться пустоте.
Открыв дверь, вхожу в квартиру. Булл заходит вслед за мной и несёт покупки на кухню, попутно осматриваясь по сторонам. Мне кажется он жадно вбирает в себя каждую мелочь в моей квартире, которая выглядит захламлённой от того что у меня много вещей.
Я стою в дверях кухни и смотрю, как Булл кладёт пакеты на кухонный островок. Наконец он поворачивается ко мне лицом, и я решаюсь сказать ему то, что творится в моей душе. Я не могу позволить ему выйти за дверь, не сделав этого.
— Тинни… я…
— Это было очень мило с твоей стороны, — выпаливаю, перебивая его. Булл на мгновение застывает, как будто я говорю на другом языке. — Я знаю, потому что всё время случайно натыкаюсь на людей и что-то ломаю, а ты был так мил с этим парнем…
Булл действительно был вежлив и старался уладить инцидент мирно, но парень оказался придурком. Мне самой хотелось влепить ему пощёчину. А ещё врезать кассиру. Она так открыто плотоядно пялилась на Булла, что было видно – она хотела его. И это притом что я стояла рядом!!! Я знаю, что мы не вместе, но разве со стороны мы не выглядели как пара?
Ходить вместе по магазину было так естественно. Что удивительно, я ни разу не споткнулась, не опрокинула нечаянно товар с полок. А то, как мы надолго зависли в проходе у детских товаров и полочки с презервативами.?!
Так, стоп, Тинни. Сейчас не время об этом думать. К тому же если Булл не захочет быть рядом со мной, то в обозримом будущем мне не понадобятся ни презервативы, ни уж тем более вещички для детей.
А ещё я почти уверенна, что именно Булл уберег меня от несчастных случаев. Рядом с ним я чувствую себя в безопасности. Никто не натыкался на меня, а в тот единственный раз, когда почти сошла с тротуара, не заметив этого, Булл мягко подтолкнул меня, и я не оказалась на проезжей части.
Мне кажется, что оберегать меня это словно вторая натура Булла. Было несколько моментов, когда мне на мгновение показалось, будто бы он предвидит наперёд, какой со мной может произойти несчастный случай и мастерски предотвращал его. Только вот себя не уберёг, и в стычке с парнем вышла осечка. Боже, как же я хочу вернуться в прошлое, пока этот придурок не испортил нам день.
Булл извинился первым, даже не смотря на то, что был не виноват. Я же давно привыкла к тому, что люди злятся, когда делаю что-то нечаянно, но когда Булл бросился защищать меня, моё сердце растаяло.
Конечно, придурок сам виноват в случившемся. И ему не стоило обзывать Булла, тем более после того как он старался решить всё миром. А парень видимо расценил доброту Булла как слабость, за что и поплатился.
— Я схватил парня за горло, сладкая, — напоминает он мне и мое сердце затрепетало от этого прозвища. Мне хочется спросить, всех ли он так называет или только меня. Моя мама, например, всех зовет «милая», но мне «сладкая» нравится больше, чем «милая».
— Он сам напросился! — горячо возражаю. — Мне хотелось придушить его за то, как он с тобой разговаривал!
— Не нужно никого душить, — едва уловимо улыбается Булл, делая шаг мне навстречу.
— Знаю, что на самом деле не смогу задушить кого-то, но могу прямо сказать им, что они грубы.
— В тебе слишком много огня... — качает он головой, улыбаясь еще шире. — Тинни.
— Я всё понимаю. И, наверное, действительно похожа на одну из этих маленьких тявкающих собак,— смеюсь я и пренебрежительно машу рукой. — Поэтому никто не воспринимает меня всерьёз. — Поникнув, замолкаю.
— Но ты не сдаёшься, — гордо заявляет Булл, подойдя ко мне. Он нежно приподнимает мою голову пальцем за подбородок, чтобы я посмотрела ему прямо в глаза. — Ты не позволяешь остальному миру тормозить тебя.
Булл скользит пальцем по моей щеке. Прикосновение такое обжигающе горячее, что мне приходиться бороться с желанием закрыть глаза и уткнуться лицом в его гигантское тело. Я очень хочу быть так близко к нему, насколько это возможно.
Но когда Булл очерчивает пальцем мои губы, я проигрываю битву. Закрыв глаза, отклоняю голову назад и решаюсь озвучить вопрос, который мне легче задать, не смотря ему в глаза.
— Ты поцелуешь меня? Никто никогда не целовал меня раньше.
Глава 6
Булл
Сердце неистово колотится в груди, когда смотрю на прекрасное личико Тинни. Её губы, нежные как лепестки цветка, манят меня.
— Ты получишь все, что захочешь, Тинни, — выдыхаю и, наклонившись, нежно касаюсь губами её губ.
Я так чертовски велик по сравнению с ней, что стараюсь действовать нежно и осторожно, но прильнувшее ко мне гибкое тело посылает к чёрту мои благие намерения.
— Булл! — вскрикивает она, когда я, подхватив её, топаю к дивану.
Тинни обхватывает меня ногами за талию, и я прижимаю её к спинке дивана. Знаю, что мне надо бы перевернуться и позволить ей быть сверху, но не могу. Чувство доминирования охватывает меня.
— Я буду нежным, — рычу, прижимаясь к ней всем телом.
Член, натянув свободные шорты, выпячивает головку и, уткнувшись в обрезанные джинсовые шорты Тинни, умоляет освободить его. Может мне стоит сдвинуть тонкую полоску джинсовой ткани и позволить ему почувствовать липкий жар Тинни?
Последние капли контроля испаряются, когда Тинни неожиданно ловко стягивает с меня футболку и касается обжигающе горячими ладонями моей груди. Обезумев, толкаю её на подушки дивана. Они падают на пол, и, кажется, падает и разбивается что-то ещё, но мы не останавливаемся. Ничто сейчас не имеет значения кроме страсти охватившей нас.
Мягкие, влажные губки Тинни ласкают мои. Проворный язычок танцует с моим. Когда же она, осмелев, прикусывает мою нижнюю губу, я немного кончаю в шорты, но продолжаю атаку членом между её бёдер, надеясь, что он проскользнёт внутрь.
Тинни отчаянно извивается подо мной, как будто тоже желает, чтобы я как можно скорее оказался в ней, но, чёрт возьми, я же настолько большой, что причиню ей вред.
— Что ты делаешь? — шепчу у её губ, когда чувствую, как её рука, опустившись между нами, оттягивает вниз мои шорты.
— Ничего, — шепчет она, лукаво улыбнувшись.
Я продолжаю скольжение но, на секунду посмотрев вниз, замираю от открывшейся «картины». Тинни мастурбирует, пока я притворяюсь, что трахаю её! Это уже слишком для меня.
— Чёрт, — ворчу, двигаясь на ней всем своим большим телом.
Крошечная рука Тинни ускоряется, и я слышу её тихий вздох. Прервав поцелуй, смотрю на неё. Щёки Тинни пылают, дыхание замирает, и она, посмотрев мне в глаза, с тихим всхлипом кончает.
— Можно мне… попробовать? — спрашиваю, и она, кивнув, шаловливо прикусывает губку.
