— Ваша Светлость? — осторожно подал голос ищейка, не понимая причины задержки.
— Я думаю, — бросил мужчина. — Кострище готово?
— Да, все готово, ведьмы скованы и напичканы зельями, — отчитался Хаис. Шейарш кивнул. Зачем он оттягивал встречу с ведьмой, и сам не знал. Где-то в глубине души опасался увидеть вместо той светлой и чистой души настоящую ведьму.
Но сколько бы он не задавал вопросов, а неизбежное приближалось. Осознав, что и сам уже не может ждать, вздохнул, провел пятерней по волосам и скомандовал:
— Открывай. Сам останешься за дверью, я сам буду разговаривать с ведьмой.
Если слова Великого Инквизитора и удивили подручного, то он оставил свое мнение при себе, все прекрасно знали, насколько неосторожное слово может подпортить карьеру. Потому кивнул и загремел засовами. Правда перед тем, как распахнуть дверь, глянув в маленькое смотровое оконце, девушка сидела около стены, поджав под себя ноги и обхватив руками за плечи. Никакого опасения она не вызывала. Значит, опасности не представляет.
Когда на пороге появился герцог Дархэ, она смотрела на него во все глаза, не имея сил отвести взгляда. Сам входящий ощутил чувство дежавю. Все как тогда, три года назад. Тот же взгляд, в котором застыло… Что? Но самое удивительное, страха не было, только решительность. Что же она задумала? Вон как глаза блестят.
Дверь за спиной Шейарша лязгнула, мужчина едва заметно поморщился. Сейчас любой громкий звук причинял дискомфорт. Сделав шаг, застыл посреди камеры, уставившись на пленницу. Она даже не потрудилась встать. Так они и смотрели друг на друга несколько минут.
Тяжелый вздох девушки прервал тишину.
Глава 2
В сырой и мрачной камере сидела рыжеволосая и юная девушка и смотрела на вошедшего. Страха от нее не исходило, она не только оказалась спокойна, но еще и распространяла вокруг себя свет, от которого резало глаза. Инквизитор и ведьма смотрели друг на друга, не имея сил оторвать взгляда. Но, осознав, что происходит, огромным усилием воли вернул себе самообладание.
— На рассвете тебя сожгут. Не желаешь покаяться? — равнодушно бросил мужчина. Но его равнодушие было показным, внутри герцога все скрутилось от осознания предстоящего. Он уже понял: ее он сжигать не станет. А тут еще и сама пленница удивила, она улыбнулась так, что даже лед бы растаял.
— Желаю, Ваша Светлость, еще как желаю, — оживилась девушка. Удобно устроившись, она заговорила.
***
Альра Ангела
Стоило мужчине оказаться на пороге камеры, как я ощутила нечто необычное внутри себя. Радость, тепло, нежность и еще что-то необычное, светлое, заставляющее ощутить за спиной крылья. Признаться, сперва передумала говорить то, о чем собиралась, но после его фразы о моем сожжении решительность вернулась. Мне захотелось увидеть его реакцию.
Будучи наивной и доверчивой, я часто видела то, чего нет на самом деле. Вот и сейчас мне всего на миг показалось, что я заинтересовала этого неприступного, мрачного и такого уставшего мужчину. На миг стало его жаль. Чем же таким он занимался, если выглядит так устало? Словно несколько суток на ногах, еще и его резервы полупусты. Это я увидела благодаря своему дару.
— Чтобы вы дослушали до конца, необходимо немного привести вас в чувство, а то вдруг от моей исповеди ваше сердце не выдержит, — произнесла и прежде чем тот успел возмутиться, я приложила руку к его груди и выпустила свою силу. Герцог дернулся, будто я его ударила или обожгла. А потом его лицо разгладилось, глаза на миг закрылись. Я ощутила, ему в данный момент хорошо и легко, усталость отошла на второй план.
— Вы в курсе, что только что едва не лишились жизни? — глухо спросил лорд, приложив ладонь на то место, где я его касалась.
— Почему? — не сразу сообразила я. — Причинить вред в силу специфики своей силы я не могу, отдача собственной магии может и убить. А вы слишком плохо выглядели. Теперь же вам получше?
— Да, спасибо… — с трудом выдавил из себя Инквизитор, чувствовалось, он не из тех людей, кто привык благодарить. Скорее чаще принимает благодарность от других.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Зато теперь вы можете принять мою исповедь и покаяние, — пожала плечами и начала рассказывать о фантазиях подруг — вечерами на девичьих посиделках многие делились своими похождениями на любовном фронте, это считалось не хвастовством, а достижениями, я же слушала и запоминала, о прочитанном в книгах, о некогда услышанных брошенных фразах. Сама поразилась, насколько много я успела узнать.
С каждой фразой мужчине становилось не по себе. Глядя на меня, все больше хмурился, наверняка и помыслить не мог, что я способна на такое. Так как магический взгляд я оставила, чтобы следить за реакцией организма на свой рассказ, то прекрасно ощутила изменения. Вот по спине его скатилась капля пота, за ней другая. Глаза заблестели.
А я все продолжала в красках расписывать где, когда и с кем, в каких позах, на каких поверхностях. В какой-то момент стало стыдно и неловко, я даже не ожидала, что мой язык повернется, чтобы произнести подобное.
Да, как правило, ведьмы не особо обременены моральными принципами или ценностями, касающимися девичьей чести. У нас все по-другому. Только к первому разу относимся щепетильно, ведь от него зависит наша сила. Потому и выбираем более сильных. А потом многие пускаются во все тяжкие. И не потому что так уж не хватает близости с мужчиной, а из-за силы. Возбуждение, всплеск адреналина, оргазм — все это делает резервы больше, магию мощнее. А у некоторых ведьм подобные «развлечения» вообще способ продлить собственную жизнь.
К сожалению поверье о том, что ведьмы не умеют любить, не лишено основания. Да, это действительно так. Но есть еще кое-что, об этом мало кто знает, потому что мы не распространяемся о подобном. Ведьма если влюбилась, то это на всю жизнь. Если на ее чувства не ответили, она может сойти с ума и сменить магию со светлой на темную. Разбитое сердце — первый шаг в бездну. Именно поэтому если вдруг возникает нереальный интерес, многие стараются бежать быстро и без оглядки от объекта своей начинающейся привязанности.
У меня другой случай. Три года назад я вдруг отчетливо осознала — мой. Бежать смысла не было, я прекрасно знала, это бесполезно. От себя не убежишь. А мое сердце давно уже принадлежало тому, кто сейчас находился передо мной в довольно возбужденном состоянии. Мне бы порадоваться, что я добилась своей цели, но стало вдруг грустно. А еще говорят, что это женщины любят ушами, оказывается, мужчины тоже не чужды подобному. Или это целиком моя заслуга? Хотелось верить, что на другую девушку он бы так не реагировал.
Лорд стиснул кулаки, я едва не прыснула. Сохранять самообладание ему становилось все сложнее, вся его фигура просто застыла каменным изваянием. Мельком осмотрев превратившегося в статую Инквизитора, на миг запнулась. Бугорок в штанах намекал на его состояние.
Бедолага, наверняка штанах мужчины давно стало тесно. Но он стойко держался, при этом даже сохранял невозмутимость. Только капля пота скатилась по виску, но он, казалось, этого даже не ощутил. А мне на миг стало стыдно, но я тут же отбросила эмоции, в конце концов, если я остановлюсь, с него станется отправить меня прямо сейчас на костер, а я еще инициацию не прошла, так и не узнала, насколько большой у меня резерв. В груди теплилась надежда, что моя задумка удастся, и я смогу получить желаемое, пусть на одну ночь, один единственный раз, но мне и этого будет достаточно.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Сойти с ума мне не грозит. Да, мое сердце разобьется, когда будет вскрыт обман, но я уже знала, как стану жить, полностью уйду в работу. Если до костра дело не дойдет. Эх! Как много «если». Но я всегда предпочитала верить в лучшее.
Так задумалась, что на миг запнулась, у меня самой уже внизу живота тянуло, а руки пришлось спрятать за спину, чтобы не сделать глупость. Меня так и тянуло коснуться того, к кому стремилось сердце, но этим я сделала бы только хуже себе. Герцог все еще считает меня ведьмой, подлежащей истреблению, значит, у меня нет права на ошибку. Вздохнув, продолжила делиться чужими фантазиями и опытом.
