Обычно мышечное напряжение повышается в старшем возрасте. В этом нет никакого сомнения. Однако это происходит не из-за таинственного возрастного фактора, а из-за накопления явных стрессовых и травматических воздействий. И чем дольше человек живет, тем больше шансов, что он будет попадать в стрессовые и травматические ситуации. У некоторых людей это происходит рано и ярко выражено. Другим выпадает возможность избегать стрессов и травм, и они сохраняют такую живость и гибкость в 70 лет, как будто бы им 25. Я надеюсь, что лучшее понимание механизмов сенсомоторной амнезии приведет к увеличению количества таких людей.
Если мы вспомним, что в человеческом организме имеется почти 800 мышц и что все они содержат много чувствительных нервных клеток, то сможем понять, почему наше хорошее самочувствие зависит от сенсорной информации, лежащей в основе обратной связи между мышцами и головным мозгом.
Люди с высоким мышечным тонусом чувствуют себя плохо. Иногда они теряют надежду на восстановление. Сотни клиентов говорили мне: «Я чувствую себя таким старым!» Они имели в виду свой высокий мышечный тонус, считая его необратимым.
Но реакцию мышц на стресс можно одолеть. Можно чувствовать себя молодым в любом возрасте. На практике это выражается в низком мышечном тонусе, не требующем больших затрат энергии при сокращении, ощущении комфорта и умении управлять своими мышцами. Основная соматическая цель всей нашей жизни – как можно эффективнее уметь управлять собой, все лучше учиться тому, как «плавать» в море жизненных стрессов и травм, уподобляясь поплавку, который всегда остается на гребне волн.
Глава 3
Луиза (56 лет): синдром «замороженного плеча»
Когда я познакомился с Луизой, у нее был синдром «замороженного плеча». За два года до этого она упала, сломав верхнюю часть плечевой кости, поблизости от плечевого сустава. Хирург ввел в кость фиксирующий стержень, для того чтобы обломки находились рядом. Позже стержень был удален. Структура кости восстановилась, но функция руки осталась нарушенной. Физическая терапия привела к частичному уменьшению послеоперационной малоподвижности, но улучшение все же было незначительным. Луиза не могла поднять правую руку выше горизонтального уровня. Она не могла также завести руку за спину. Рукой можно было двигать вперед, но даже это давалось с трудом из-за сильных хронических болей в плечевом суставе. Луиза, которой недавно исполнилось 56 лет, пришла к выводу, что ее жизнь подходит к концу.
После того как Луиза рассказала мне свою историю, я попросил ее встать, чтобы посмотреть на ее осанку и пропальпировать мышцы – точно так же, как я это делал с Барни и Джеймсом. Глядя на нее спереди, я обратил внимание на то, что ее правое плечо было ниже, чем левое. Казалось, что его тянут вниз. Кисть правой руки по сравнению с левой располагалась ниже на 2 см. Она сказала: «Мне кажется, что моя правая рука весит 20 кг». Луиза стояла передо мной мрачная, одна из сторон ее тела казалась «увядшей».
Когда я ощупал ее мышцы, я сразу понял, почему рука казалась ей такой тяжелой. Она была права: руку тянуло вниз. Широчайшая мышца спины, которая крепится к верхней поверхности плечевой кости, а также к краю лопатки и спускается вниз вдоль всей спины к тазу и нижним отделам позвоночника, была сильно напряжена. Это постоянное напряжение оттягивало руку вниз и не позволяло Луизе поднять её выше горизонтального уровня. Для того чтобы двигать рукой вперед для выполнения простейших действий, таких как прием пищи или управление автомобилем, ей приходилось пускать в ход верхние мышцы плеча, преодолевая значительное сопротивление. Это приводило к возникновению сильных болей в мышцах, которые постоянно находились в действии. Широчайшая мышца спины была как бы «заморожена» и неуправляема.
Мощная грудная мышца Луизы также была непроизвольно сокращенной и жёсткой. Эта мышца, расположенная рядом с широчайшей мышцей спины, прикрепляется к верхней части плечевой кости. Ее волокна покрывают переднюю поверхность грудной клетки от ключицы, через грудину и до пятого, иногда шестого ребра. Грудная клетка в свою очередь была оттянута вниз из-за хронического сокращения мышц живота, идущих от нижней части грудной клетки к лобковой кости. Напряжение грудных и брюшных мышц слегка оттягивало плечо вперед и вниз, сочетаясь с настолько же сильным натяжением широчайшей мышцы спины назад и вниз. Таким образом, плечо было как бы «замороженным» (рис. 6) и выглядело так, будто у Луизы сломано крыло.
Рис. 6. Осанка Луизы
Так как Луизе было уже за пятьдесят, она думала, что все проблемы с восстановлением руки связаны с возрастом. Врач сказал, что ее рука неподвижна из-за рубцов, образовавшихся вокруг перелома недалеко от сустава, и что рубцы можно удалить оперативным путём. Однако после двух перенесенных операций – вначале для установки стержня, а затем для его извлечения – Луиза не соглашалась на новые операции, не веря, что от них будет прок.
Интуитивно Луиза была права. Хирургия, конечно, ничего не дала бы. Никаких изменений структуры кости и образований вроде рубцов, которые мешали движению, не было. Причиной было то, что определенные области мозга без ведома хозяйки постоянно посылали импульсы мышцам, чтобы те сокращались. Это разделение между структурой и функцией является основополагающим для соматического подхода к проблемам человека. Если имеются структурные изменения, то необходимо хирургическое вмешательство или медикаментозное лечение. Если же нарушена функция произвольного управления мышцами, то ее необходимо восстановить.
Луиза должна была переобучиться эффективно управлять своими мышцами, и в этом была суть проблемы. Я знал по опыту, что именно вызывало симптоматику синдрома «замороженного плеча». Однако Луиза лишь ощущала тяжесть в правой руке и боли в переднем отделе плеча. Она не чувствовала, что у нее сокращены мышцы. Она не только не могла расслабить, но и не ощущала их. Она была согласна с мнением врача, что ее неспособность управлять рукой вызвана структурными нарушениями.
Для того чтобы восстановить сознательную способность Луизы управлять «замороженными» мышцами, я постарался помочь ей научиться ощущать сокращение мышц при помощи ее же собственной центральной нервной системы. Когда она легла на левый бок, подложив подушку под голову, правым боком кверху, я положил руку ей на поясницу у края широчайшей мышцы спины, а другую руку – на ее правое плечо. Затем я направил их друг к другу так, чтобы она могла ощутить связь между ними.
Постепенно она осознала, что движения в нижней части спины напрямую связаны с движениями в плече. Тогда я попросил ее выполнить нечто странное: максимально сократить широчайшую мышцу спины до самого таза, вызвав тем самым еще большее сокращение мышц плеча и более сильное ощущение их «замороженности». В то же время я крепко держал ее направленную вперед руку и довольно сильно тянул ее в противоположном направлении. Ее мышцы при этом сократились еще больше. Зачем я это делал? Для того чтобы при помощи системы сенсорной обратной связи Луиза осознала, что она непроизвольно сокращает мышцы плеча и оно замирает в «замороженном» положении.
Луиза поочерёдно произвольно сокращала мышцы плеча, делая их еще тверже, а затем расслабляла «замороженные» мышцы, судорожно державшие ее руку и мешавшие ей двигаться. Она выполняла эти движения все лучше и лучше. Тем самым она вспоминала, как их нужно делать. И чем больше она их запоминала, тем лучше она их выполняла. Вскоре она смогла расслабить ранее сильно сокращенные мышцы настолько, что они стали мягкими и свободными, и она смогла свободно двигать плечом впервые за два года.
Луиза была одновременно обрадована и изумлена. Она даже заплакала от такого волшебного изменения. И ее слезы радости были частично от осознания того, что она вернула утраченный контроль над своими движениями. Волшебство заключалось не в том, что сделал я, а в том, что Луиза добилась этого сама, изнутри себя. Она получила бесценный опыт, вновь открыв свою свободу и умение управлять собой.
Мы проделали те же действия и с другими мышцами плеча Луизы, пока к ней не пришло ощущение того, что она делает, и пока не восстановилась способность управлять мышцами.
Затем я обучил ее специальному соматическому упражнению для того, чтобы она могла тренировать свое новообретенное сенсомоторное умение прямо перед сном и сразу после пробуждения. Уже через две недели, на третьем сеансе, она смогла поднимать правую руку вертикально, а также класть её на правое ухо.
Теперь Луиза ощущала себя свободной, гибкой и активной.
Проблема с плечом больше не возвращалась. Также больше не вернулось и ее удрученное, «предсмертное» настроение. Она забыла, что ей за 50, и начала вести себя, как намного более молодая женщина. Благодаря новому опыту она обнаружила в себе ресурсы для преодоления сложной физической проблемы, а это вернуло ей чувство бодрости и уверенности в себе.
